Скорпион Его Величества - страница 76
– Господа были благородными? – приподнял я левую бровь.
– Да, господин барон, они были людьми благородными, – подтвердил сержант.
– А что же они сами не предъявляют мне претензии, как люди чести? – поинтересовался я.
Стражник задумался. Мой вопрос был не праздный, все дворяне споры разрешали в поединках чести, а не призывали стражу.
– По-видимому, они не могут этого сделать из-за травм, – нашелся он.
– Сержант, – я снисходительно стал объяснять ему ситуацию, – они не предъявляют мне претензии потому, что я никого не бил и никакого урона нанести не мог. Я все время просидел на этом стуле, не вставая. А дело было так. К нашему столику подошел какой-то пьяный человек, кинул на стол кошелек и захотел купить моего вассала, конечно, я кошелек ему вернул. Затем несколько незнакомых мне людей вскочили и напали на даму, но по дороге упали, так как были пьяны. Вот и все.
Сержант топтался на месте, не зная, что сказать.
– Кто может подтвердить ваши слова, тан?
– Вон стоят свидетели, они могут подтвердить, – показал я рукой на обслугу.
Сержант взмахом руки подозвал охранника.
– Вилдрас, тан дрался с господами?
Охранник отрицательно покачал головой. Стражник вздохнул и обратился ко мне:
– Прошу прощения, господин барон, у нас претензий к вам нет.
– Это хорошо, сержант, – с доброй улыбкой ответил я. – Но претензии есть у меня. – Я салфеткой из белой ткани промокнул губы.
– К кому именно, тан? – нахмурившись, спросил стражник. Он уже подумал, что инцидент между благородными исчерпан и он спокойно может уйти. Уж очень ему не хотелось встревать в их разборки.
– К вам, сержант! Вы нанесли мне оскорбление, не поверив на слово. Вы подвергли сомнению слово дворянина и поверили простолюдину. Я вызываю вас.
Стражник уставился на меня, не веря своим ушам.
– Поединок? – переспросил он.
– Поединок, сержант, – подтвердил я. – Моя честь задета. Вы слово дворянина поставили ниже слова простолюдина. Вы не оставили мне выбора, и я не могу вам спустить урона своей чести.
Сержант заморгал. Видимо, с такой ситуацией он не сталкивался.
– Но я не могу с вами драться, – растерянно проговорил он.
– Почему?
– Я на службе! – воскликнул он, и в его голосе послышались визгливые, панические нотки.
– Это не важно. Согласно эдикту «О вольностях дворянства» его величества Меехира Восьмого, отца нашего короля, поединок чести может состояться сразу, в любое время и в любом месте, даже во дворце, – пересказал я ему по памяти уложение.
Неожиданно сержант развернулся и опрометью бросился прочь. Растолкал стоявших у двери солдат и скрылся. Те тоже не стали ждать продолжения спектакля и ушли вслед за командиром. Эрна зажимала рот ладошкой, но все равно не смогла сдержать смеха.
– Ты зря смеешься, – осадил я ее, – думаю, это еще не конец.
Так оно и случилось. Буквально через полчаса трактир был оцеплен, а мне приказали именем короля выйти и сдаться властям. В противном случае обещали применить оружие на поражение.
– Иди к Гронду и сообщи ему, что меня арестовали, – сказал я. – Уходи черным ходом.
– Вы не будете сопротивляться, милорд? – удивилась Эрна.
– Эрна, что я буду делать, не твое дело, выполняй приказ.
Больше не обращая на нее внимания, я встал и вышел на крыльцо трактира.
Меня окружили воины в знакомой мне форме. Впереди стоял офицер. «Опять тайная стража и опять коронер», – подумал я.
– В чем дело, коронер? – Во мне закипала злость. Сколько можно нагибаться перед всякой шушерой, которая считает себя не кем иным, как властителями чужих жизней?
– Вы арестованы! – нагло глядя на меня и усмехаясь, ответил он.
– Кто выписал ордер на мой арест? – Мне захотелось показать этому городу кузькину мать, чтобы он надолго запомнил визит нехейца.
– Ордера нет, есть подписанный заместителем городской тайной стражи приказ задержать смутьяна и доставить в городскую тюрьму для выяснения обстоятельств.
– А какое это имеет отношение ко мне, барону Аббаи Тох Рангору?
Я понимал, что меня хотят арестовать из мести. Примерно наказать, как выскочку-провинциала, чтоб неповадно было. Но не на того напоролись. Я уже был не простой студент-первокурсник, я был тайным стражником королевской тайной стражи, женихом небесной невесты, бароном-нехейцем, пусть без домена, но равный среди равных. По одному моему зову сюда прибудет больше сотни нехейских баронов с дружинами, и ни королевская рать, ни городская стража не сможет им противостоять. А следом прискачут всадники степи, чтобы смыть кровью оскорбление, нанесенное их народу. Они в Вангор отдали свою деву, отмеченную Творцом, и с ее женихом обошлись неподобающе, унизив его достоинство, а значит, унизили всех степняков. В Бродомире я спустил все на тормозах, сейчас я этого делать не хотел.
– В этом разберется начальство, – абсолютно не обращая внимания на мой статус дворянина, без всякого почтения проговорила канцелярская морда.
– Да мне плевать на ваше начальство. Меня может арестовать только королевский прокурор. Так что принесите ордер за его подписью, и я пойду с вами.
Ухмылка сползла с лица коронера, а черты его лица исказила злоба.
– Таких барончиков, как ты, щенок, мы десятками сажаем без всякого прокурора. Понаехали тут! Взять его!
Стражники, громыхая железом, устремились ко мне. А им навстречу устремился «торнадо». Смерч подхватил вояк коронера и утащил далеко вглубь улицы, разбросав по мостовой.
Те, кого мое заклинание не достало, пустились наутек. Я же решил пойти в гильдию. Прошел я только один квартал, как дорогу мне преградили несколько магов. Один вышел вперед:
