Знакомство - страница 33
Ра всё мотал головой.
— Я не понимаю… у меня не складывается… я не могу как-то во всём этом…
— Вам и не надо, — сказал Ар-Нель. — Ваша Семья знаменита тем, что ваш прадед имел прямые права не престол и больше сторонников, чем сам Государь. Господин Л-Та, Господин-Головная-Боль-Двора, был блестящ, был неукротим, был подло убит… и с тех пор прошло уже лет шестьдесят или семьдесят… При Дворе вашу уважаемую Семью ненавидят — но не забывают…
Ар-Нель дружески протянул раскрытую руку, не предлагая сравнить ладони — и Ра смущённо коснулся его тонких, холодных, сильных пальцев.
— Пожалуйста, пожалуйста, Господин Ча, не надо об этом. У меня в животе холодеет, а мое солнце, как говорится, еле видно за тучами! Я не готов говорить об этом. Может, мой Старший готов, но я — нет. Мое образование не закончено, и вокруг слишком много… Господин Ча, лучше приезжайте драться или пить жасминовый настой, если хотите… я буду рад вас видеть…
— Хорошо, — сказал Ар-Нель покладисто. — Всему своя пора… Однако, не вас ли разыскивают, мой новый друг? Кажется, на Мальчике — ваши цвета…
К беседке подбежал запыхавшийся верный Крошка Ие с корзинкой.
— Господин, — сказал он огорченно, — я принес для вас пирожных и хочу позвать смотреть на жонглеров! Ваша свита грустит без вас.
— Ну да, — хмыкнул Ра, запуская в корзинку руку и понимая по искоркам в глазах Ар-Неля, что ведет себя до смешного ребячливо. — Вам было всё равно, когда угощали сладким… Я приду. Господин Ча, вы со мной?
Ар-Нель покачал головой и раскрыл книгу.
* * *
Запись N87-01; Нги-Унг-Лян, Кши-На, особняк Л-Та.
Итак, значит, меч. Не люблю я это дело, но раз далекая родина требует…
Длина, насколько я заметил — от шестидесяти до семидесяти сантиметров; короткий, в общем. И узкий, пальца в три. И легкий — редко весит больше килограмма. Очень здорово сбалансирован — каждый, какой я держал в руках. Обычно — одно лезвие, но бывают варианты. Обычно — прямое, но опять же бывают варианты: у клинка любимого меча Н-До — элегантный еле заметный изгиб. Такие были в моде при дворе в стародавние времена — этому мечу уже лет сто пятьдесят.
В основном приспособлен, чтобы резать и рубить; впрочем, острие часто тщательно затачивается. Тем не менее, высший пилотаж фехтовальщика — обезоружить; это — цель большинства салонных фехтовальных стилей. Убить — быстрее и проще, но нам надо, чтобы противник остался жив и не был тяжело травмирован. Потому ритуальный поединок и длится гораздо дольше, чем смертельный бой — соперники берегут друг друга, даже если настроены очень агрессивно.
Но вернемся к мечам. При таком всеобщем помешательстве на холодном оружии этой темы в любом случае нельзя избежать. Меч всё время оказывается перед глазами или на уме. Вокруг него крутится речь, фольклор, религия и бытовые детали. Я даже не знаю, с чем на Земле сравнить эту штуковину. С очагом, быть может, но очень, очень условно. Без дома жить можно — без меча нельзя.
Так вот.
Крестовина небольшая, кончики креста могут быть прямыми, лихо загнутыми вверх или опущенными вниз, к острию, как рога — видимо, тоже используется для попыток обезоружить. У мечей высшей знати часто — сложная гарда, защищающая кисть. Рукоять, как правило, кончается птичьей или звериной головкой; головка нужна, чтобы рука в бою не соскользнула. Держать такую рукоять очень удобно, она просто врастает в ладонь. На рукояти меча Лью — головка орла; у Н-До — дикого кота. Меч Ра украшен головкой странного создания, похожего на дракона. Этих маленьких тварек называют Разумом Стали, их призывают в свидетели, ими клянутся и обещают, если только клятва не требует прикоснуться губами к лезвию — это уже нерушимый обет. Чеканные головки, кованые тонко и точно, самоцветы, травление, эмаль, гравировки и позолота — должны бы превращать оружие в ювелирное украшение, но ровно ничего не убавляют в функциональности: меч — не церемониальная побрякушка; при всём своем глубоком смысле он, в первую очередь, оружие.
Форма — эргономичная и прекрасная; технология изготовления оружия оттачивалась тысячелетиями, каждый меч воспринимается сакральным, принципиально значимым — при таком подходе халтуры быть не может по определению. Оружейных дел мастер — наследственная, воспеваемая, чрезвычайно престижная и прекрасная специальность. Что-то рядом с философом, художником и поэтом.
Сталь на лезвия идет самая качественная, даже на крестьянские тесаки; подозреваю, что страсть улучшать сталь для мечей изрядно двигала прогресс. Ухаживать за ними на удивление легко; конструкция такова, что в случае крайней нужды можно и о камень наточить — хотя, конечно, ни один аристократ до такого не опустится: "тупой клинок" — это самое грязное оскорбление из всех мыслимых, хуже только "никудышник" — применительно к "нормальному" мужчине. За обожаемым оружием ухаживают больше, чем самая озабоченная внешностью земная модница — за своим личиком.
Меч стоит дорого; небогатая семья может год себе во всём отказывать, но купит меч, ценой сопоставимый с породистой лошадью. Такие покупки делаются, когда подрастает очередной младший ребенок: малышня может на палках тренироваться, на "тростнике" — но у юноши должно быть настоящее оружие. Меч — слишком серьёзная вещь: неудачный клинок может лишить своего обладателя жизни, чести и ещё массы всякой всячины.
Оружейных дел мастер к аристократам не ходит — они сами его посещают. В таких блистательных семействах, как Семья Л-Та, у каждого не по одному мечу, а по несколько: тот, главный, который с Разумом Стали, легкий меч для тренировок, похожий на фехтовальную рапиру, "тростник" — стальная имитация настоящего стебля тростника с деревянной рукоятью… И всё это добро — как одухотворенный семизвонный бубен у шамана, с множеством всяческих примочек, с защитными знаками, травлеными на лезвиях, с клеймами в виде семейных гербов, с клеймами оружейника, Господина Огня и Металла — создает упомянутый Господин, доверенное лицо Семьи.
