Приключения Василисы. Или как царевна-лягушка за с - страница 128
- Вот здесь пару деньков отдохнем, найдем попутчиков и двинем дальше. - Мамука, не скрывая улыбки, оглянулся. - Возражения есть?
Лисса захлопнула рот.
- Какие возражения? Я в таком доме согласна жить док конца дней.
Брысь загоготал, а Мамука только шире улыбнулся.
- Эко вы загнули барышня. По таким расценкам жить, разорите вы дедушку до конца года. Это вам не сарай с соломой, здесь не зазорно остановиться и царю. Ну и цены соответствующие. Так что два дня. И даже если не найдем попутчиков поедем сами. Иначе сядем в долговую яму.
- В смысле яму? - Не поняла Лисса, сворачивая вслед за провожатыми с главной дороги к постоялому двору.
- Яма как яма. - Брысь равнодушно пожал плечами, а она опять разинула рот не веря своим ушам. - В земле копают. Ночь в ней сидишь. Только днем выпускают на работу. А как долг отработаешь, так тебе уже и белый свет не мил. Так что, барышня держите денежки к телу ближе. И вам спокойно и не упрет никто. И не смотрите что люд на вид приличный. Каждый третий проходимец или вор.
И опять загоготал, а она притихшая как мышка, только диву давалась, как оказывается, люди во всех мирах похожи. Так и норовят украсть, что с краю лежит или соблазнить невинную девицу. Положим, девица может сама за себя постоять. Отращивать зубы как у крокодила она уже могла, осталось научиться чешуей кожу покрывать. У нее такая прочность, не всякий меч проткнет. А вот на счет кошелька Брысь прав. Надо переложить в место понадежнее. Хорошо в этот раз она с собой в дорогу пару лифчиков взяла.
Постоялый двор встретил их шумом, гамом. С дороги его было не слышно, а сейчас, Лисса не знала, куда рулить кобылу, чтобы ненароком никого не затоптать. Два мужика катили огромную бочку, подпирая ее плечами, чтобы в лес не укатилась. Еще один тащил через двор истошно блеющего козла. За загоном, в грязной луже, хрюкали три порося. Там же тетка рубала курей, две помощницы их ощипывали и относили через черный ход на кухню. Вокруг них столпились мяукающие кошки, которым выкидывали потроха. Пара дворовых собак залегла в кустах в надежде, что и им перепадет от щедрот хозяйских. Под навесом работники распрягли богато украшенную карету. И взяв под уздцы уставших лошадей, повели на водопой, где на жердях сидела ватага пацанов, готовых за медяк хорошенько их почистить. Еще двое снимали с закорок кареты сундуки с багажом и тащили их в гостиницу. Три груженые подводы, крытые тканью похожей на брезент, и обвязанные веревками, стояли чуть в сторонке. На одной из них, охраняя свое добро, сидел мужчина, жуя на свежем воздухе пирожок и провожая всех хмурым взором.
- Кажется мы не единственные постояльцы. А ну робята поторопись, иначе будем спать на сеновале. - Мамука свернул к конюшне.
Они за ним. Забрав с собой только сумки, оставили коней на попечение работника, за десять медяков обещавшего позаботиться о них как о своих родственниках, сами отправились на постоялый двор.
Поднявшись по ступеням, толкнули дверь и оказались в просторном помещении, больше похожем на холл гостиницы, чем на трактир.
- Так и должно быть? - Лисса ожидала, что едва они войдут их оглушит гомон ужинающих постояльцев, столы, лавки, запахи еды. Девушки, разносящие заказы, шутки смех, а тут никого, будто все вымерли. Высокий потолок, натертый до блеска воском деревянный пол. От чего в воздухе витал едва ощутимый аромат меда. Широкая лестница, покрытая коврами, под ней конторка. Из-за нее им улыбался молодой парень в лакейской форме. Лисса тряхнула головой, пытаясь прогнать ощущение дежавю. Это же гостиница из ее современного мира, а не средневековый постоялый двор.
- Добро пожаловать. - Парень им еще раз улыбнулся, и ничего не оставалось, как покрепче сжать лямки сумок и подойти.
Мамука облокотился на высокую стойку руками.
- Когда я был здесь в последний раз, здесь был трактир, или у вас гостей уже не кормят?
- От чего же. - Парень еще раз улыбнулся.
Лисса от удивления моргнула. Ну точно, Дейл Карнеги переместился в этот мир и теперь учит местную обслугу улыбаться в тридцать два зуба. До того улыбка парня была слащавой и безжизненной. Мамука скривился. Отсчитал за две ночи вперед два златеня, серебряную полтину за обслуживание и белье.
- За порядком у нас следит охрана. - Предупредил их парень, заполняя какие-то бумаги. - Так что, прошу не устраивать драки и не тревожить других постояльцев.
- Так, где у вас кормят? - Не выдержал Брысь, начиная звереть от вечной улыбки парня.
- Вот двери, ведущие в таверну. - Рукой в белой перчатке тот указал на двустворчатые двери в другой зал. Сейчас они были закрыты, и за ними царила уже начавшая казаться зловещей тишина.
И тут входная дверь хлопнула, два работника втащили громоздкий сундук, снятый с дорогой кареты и, пыхтя от натуги, потащили его на второй этаж.
- Ключи от ваших комнат. У вас есть с собой тяжелые вещи? Можем сказать нашему работнику, чтобы их принес. Но за это вам придется платить отдельно. Дополнительные услуги в обслуживание не входят.
И опять улыбка во все тридцать два, от которой даже Мамуку перекосило.
- Нет, у нас все с собой. - Рявкнул разбойник, выхватывая ключи из протянутой ладони. - Нам туда. - Мамука указал им с Брысем на лестницу и пошел за ними.
- Значит так. - Обратился он, понизив голос до едва слышимого шепота. Лисса и Брысь навострили уши. - Комнату занимаем одну. Пока барышня изволят приводить себя в порядок и отдыхать Брысь, дежуришь под дверями, а я пока посмотрю что здесь да как.
Как бы Лисса ни хотела провести ночь одна за запертой дверью, она не стала возражать. Пока не выяснится, почему у нее от ощущения этого места чешуя встает дыбом и хочется оскалиться во все двести два драконьих зуба, лучше Мамуке не возражать.
