Приключения Василисы. Или как царевна-лягушка за с - страница 147
Дурдом. Лисса открыла рот, чтобы разуверить княгиню в ее заблуждении и тихо его закрыла. И что сказать? После ночных откровений Мароша ей остро расхотелось рассказывать каждому случайному знакомому, что она дракон. Если бы она была уверена, что приступы самопроизвольного обращения больше не будут повторяться. Можно признаться даже в том, что она до сих пор девственница. Вот только Лисса была уверена, что ее будет тошнить и мутить еще не раз. Пока человеческое тело адаптируется к происходящим в нем изменениям. Пусть уж лучше княгиня считает ее беременной, чем окончить жизнь в пробирках в лаборатории чернокнижника. И тут ее осенило. Надо срочно покрасить волосы. Угу, первая здравая мысль за все утро.
- Это не Марош. - Можно было наврать, что Славий отец ребенка, но у нее язык не повернулся приплести сюда еще и воеводу. О Боже. Мамука ее убьет.
Княгиня повеселела. Прямо расцвела, превратившись в ослепительную красавицу. Лисса от удивления моргнула. Что она сказала, чтобы так обрадовать ее? Догадка закралась в воспаленный мозг. Она не любит вампиров.
- Тогда я позову Ольгу, она принесет воды умыться. Кушать хочешь? Таблетка уже должна была подействовать.
Лисса только покачала головой. Мирослава, живо напомнила ей Лию. Но если бабушка хотела стать для нее подругой, то княгиня вела себя как мать. И ее вдруг обуяла жгучая зависть к детям Мирославы. Лисса понимала, что забота, которой женщина пыталась ее окружить, лишь тень той огромной любви, которую она дарит своим детям. Но и от этой малости ей было хорошо. Она почти не слушала, что говорит княгиня. Ей было стыдно, что приходится обманывать ее. Она бы совсем сникла, занимаясь самобичеванием, какая она сволочь и нехорошая редиска. Когда до ее светлости дошло, что ее никто не слушает.
- Василиса, я говорю, что дальше мы отправимся через портал. Иван уверяет, что у него хватит силы. Так что если хотите, можете присоединиться к нам. Почему ты так на меня смотришь?
Кажется, ей удалось ее смутить, и Лисса поспешно опустила глаза, чтобы женщина не увидела, навернувшиеся в них слезы.
- Вы так добры, что мне право не ловко.
Мирослава мягко обняла ее за плечи.
- Мои дети давно выросли и не нуждаются в моей заботе. В тебе я вижу одинокую девочку, пытающуюся ото всех это скрыть. В том числе и от себя. И если я могу помочь, не отказывайся. Нам обеим это необходимо.
Лисса шмыгнула носом, чувствуя, как по щекам скатились две горячие слезы.
- Только не реви. - В шутку пригрозила ей княгиня.
- Не реву. - Она попыталась утереть слезы, но они продолжали катиться и катиться. Не бывает в людях столько доброты. И, тем не менее, слова княгини пробили брешь в стене, которой она отгородилась ото всех еще в далеком детстве.
- Знаешь что? Мы сделаем гораздо лучше. - Ее светлость решила сменить тему. Вскочила с кровати и решительно потянула ее за собой. - Я отведу тебя в купальню. Представляешь, она здесь есть. Просто нам не стали открывать ее ночью. А потом спустимся в трактир и пообедаем вместе со всеми. Пошли, пошли. Некогда валяться.
Час спустя, злющая, как тридцать три дракона, Лисса спускалась в трактир впечатывая шаги в деревянные ступени. Мирослава устав слушать под дверью купальни ее стенания, ушла, сказав, что подождет внизу.
Проклятые волосы не желали краситься! Всю банку на них извела. Ее хватило бы перекрасить всех постояльцев. А она одну голову не смогла. Заразы не желали менять цвет с драконьего, на нормальный человеческий. Тогда она решила их подстричь. И потерпела такое же фиаско. Одни ножницы не резали, у других погнулись концы, а на третьих вылетела клепка, и они развалились на две части. Побившись головой о кафельную стену купальни, Лисса смирилась с тем, что волосы так и останутся зелеными, спокойно их помыла, мокрыми заплела в косы и убрала обратно под косынку. Та естественно намокла, но сушить было некогда. Ее светлость и так проявляет по отношению к ней ангельское терпение. Незачем его лишний раз испытывать.
В таверне было шумно. Многие постояльцы уехали на рассвете, другие только что прибыли и занимали свободные столы. Через распахнутые настежь окна лился свет, и внутрь проникала полуденная жара. За стойкой протирал глиняные кружки трактирщик и за медяк всем желающим наливал литр холодного кваса. Две девушки разносили еду, собирали грязную посуду и уносили ее на кухню, откуда доносился умопомрачительный запах чего-то мясного, жареной картошки с луком и сдобный аромат сладких пирогов.
Сглотнув голодную слюну, Лисса остановилась на предпоследней ступеньке. Поискала взглядом знакомые лица и, увидев Ивана Ярослава и Мароша за столом в дальнем углу, направилась в ним.
- Простите, извините. Разрешите, я пройду. - Протиснувшись между крепких мужиков, плюхнулась на лавку рядом с Иваном. - Добрый день.
- Кажется кто-то сильно не в духе. - Поддел ее вампир. - Пиво будешь?
- Лучше дайте яду, чтоб не мучиться. - Сложив руки на столе, уронила на них голову, и почти сразу выпрямила спину. - Где ее светлость?
- Они с Ольгой и капитаном обедают в номере. Не пристало ей сидеть рядом с мужичьем. - Иван придвинул к ней кружку. - Выпей квасу, остудись.
Лисса сделала несколько глотков, встрепенулась и оглянулась по сторонам.
- Мамуку с Брысем не видели? - Интересно, дядюшка уже в курсе, что скоро "станет троюродным дедушкой"? Лучше самой во всем признаться, чем он услышит сию потрясающую новость от княгини. Она уже тысячу раз успела обозвать себя дурой, что позволила Мирославе и дальше верить в эту ложь. А теперь хоть беги к Славию и проси сделать ей ребеночка. Интересно как он отреагирует, если она явится с подобной просьбой? Скорей всего покрутит пальцем у виска и отправит к целителю лечить мозги.
