Десант в настоящее - страница 45
- Мир! - слышу свой ликующий голос, становится страшно от распирающего счастья. Мне всё равно, что подумают двойники, я хочу, чтобы мой голос был слышен девушкам наверху. - Я люблю тебя!
- Ага, вот и я о том же, - оживает пластмассовая трубка у меня на поясе. - Что дальше, Отто? - спрашивает Василий.
Я неохотно возвращаюсь к реальности:
- А в чём, собственно, дело?
- Да так, и в самом деле безделица: угнан челнок, зарезаны четыре человека, трое тобой похищены, статус ещё двоих пока непонятен. Вроде бы всё. Или у тебя есть что-нибудь новенькое?
Немного отодвигаюсь от Катерины и осматриваюсь. Не могу поверить, что мы и в самом деле внутри транспортного средства: круглая стена, сферой смыкающаяся кверху, семь глубоких кресел расставлены по периметру стены, винтовая лестница в центре выныривает из-под пола и ведёт куда-то вверх. Ни дверей, ни намёка на иллюминаторы. Как мы сюда попали? Тот же ровный свет с потолка, что и во всех помещениях базы. Тот же синтетический ковёр с высоким ворсом на полу.
Двойники закончили чистку оружия и примёрзли к креслам: сидят прямо, о чём-то тихо переговариваются. Смотрю на гибкую, пластичную Катерину и чувствую облегчение: у меня есть жена.
Сверху спускаются Маша и Лиля, тихо проходят к креслам и усаживаются рядом с двойниками. Те сразу замолкают.
Смотрю на них и понимаю: от меня ждут гениальных решений. Как пролезть через игольное ушко, например. Или прокатиться по радуге верхом на единороге. На их лицах - спокойствие и умиротворение. Они полагают, что своё дело сделали. Их гений на свободе. Теперь будет, кому о них заботиться, кому за них думать. Теперь дело за ним.
Трюк называется: "подержите младенца"...
Отстёгиваю трубку с пояса и кладу её на кресло. Мне нужен кто-то, кто бы прояснил ситуацию. Катерина, к сожалению, не подходит. Близнецы тоже... я им не верю.
Показываю указательным пальцем на Лилю. Она с готовностью встаёт. Иду к лестнице, она следует за мной. Вопросительно приподнимаю брови и показываю сначала вверх, потом вниз. Она не утруждает себя ответом, проходит мимо меня и быстро поднимается наверх.
Мы оказываемся в четвертьсфере метров пять диаметром. Три кресла, огромный экран, штурвалы, приборная панель, индикаторы, мониторы... полный антураж научно-фантастического фильма про космонавтов будущего.
- Почему не взлетаем?
- Створ порта управляется с центрального пульта. Пока не откроют, взлететь не сможем.
- Мы герметично закупорены, что у нас с воздухом?
- Практически неограниченно, воды столько же.
- Питание?
- Двое суток. Но можно, конечно, начать голодать прямо сейчас. Тогда неделю продержимся.
Глажу вещмешок у себя на поясе. У меня другие представления о наших запасах.
- Какой был начальный план?
Она пожимает плечами:
- Взлетаем и действуем по обстоятельствам.
- Сколько времени занимает подготовка к полёту?
- Нисколько, - она качает головой. - Садишься в кресло пилота, нажимаешь кнопки и летишь...
- Автопилот?
- Катерине кажется, что мы сумеем его отключить...
"Кажется!" Детский сад. А я-то думал, что они мне в бабушки годятся.
- "Кажется"? - она молчит. - Оружие?
- Никакого...
- Но хоть что-нибудь мы можем взорвать?
- Только себя!
- Ну! - я не могу скрыть радости. - Это уже что-то. Створ порта один для всех челноков или у каждого свой?
- К створу ведёт один коллектор. Общий для всех челноков.
- Прекрасно!
Из шахты лестницы показывается голова одного из близнецов. Кажется, Первый, он вообще побойчее своего братца. И моего, конечно...
Он поднимается чуть выше, - да! это Первый, - и передаёт мне трубку телефона. Оттуда уже рвётся недовольный голос Василия:
- ...пропал, или язык проглотил?
- Нет, ищу способ тебе его укоротить.
- Я всё хотел спросить, где ты учил русский язык?
- А почему это тебя интересует?
- Для немца ты слишком правильно строишь предложения, кроме того, большой запас идиом и выражений...
- Когда-то я был уверен в своих исключительных способностях к языкам, - выдерживаю небольшую паузу, потом добавляю. - До встречи с тобой, если быть точным.
- Почему же две гениальности не могут договориться?
Я спускаюсь по лестнице в общий зал и усаживаюсь в свободное кресло рядом с Катериной. Нет необходимости что-то скрывать от своей команды. Пусть слушают.
- Похоже, ситуация патовая, - не дождавшись моего ответа, говорит Василий, - ты не находишь?
- До сих пор мне попадались только проигрышные партии. Ничья - это совсем неплохо. Для меня это прогресс.
- Я знал, что консультацию ты получишь. И в одиночку ты не смог бы захватить челнок. Это Первый и Седьмой, верно? Они тебе помогли?
- Это что-то меняет?
- Ничего, - соглашается Василий. - Что будем делать?
- А у тебя какие предложения?
- Для начала отпусти девушек, зачем они вам? Это не по-мужски. Зачем их впутывать в наши разногласия? Тем более что взлететь вы не сможете...
- Добрейшей души человек! - я одобрительно киваю. - И о девушках позаботился, и готовность к диалогу показал, и даже о мужском достоинстве напомнил...
- Что же в этом плохого, Отто? Это ты захватил чужую собственность, ты убил четверых, взял заложников... как-то странно ты начинаешь новую жизнь...
Спешу его успокоить:
- Я только разминаюсь. У меня широкая программа противоправных действий. Особенно на ближайшее будущее.
- Например?
Мне очень не нравится его голос. Я постоянно чувствую подвох. Что-то здесь не так. Если бы не четверо покойников в коридоре и прыжок через отсечную дверь, я был бы уверен, что все мои ходы давно просчитаны.
