Хочешь выжить – стреляй первым - страница 106

– Получить в наследство большие деньги это хорошо, Джек. Мы могли бы открыть магазин или даже основать торговую компанию, а еще можно построить корабль и самим перевозить грузы. Знаешь, я не так много видел в жизни, но одно понял: мне нравится ездить и смотреть. Конечно, иметь деньги хорошо, но я против того чтобы лезть из-за них в драку. Однажды я видел, как человека убили из-за доллара. Мне этого достаточно. Я не хочу ничьей крови, поэтому прошу тебя не лезть в это дело. Пусть все остается по-прежнему.

– Знаешь, парень, тут дело не в тебе, и не во мне, и даже не в деньгах, а в справедливости. Мне никогда не забыть, как ты гладил одеяло в той дерьмовой гостинице. Пока ты радовался вшивому одеялу, кто-то спал на мягких перинах. Если ты наследник, почему твоими деньгами должен пользоваться кто-то другой, а с другой стороны – это только твое дело. Как скажешь, так и будет.

Тим некоторое время смотрел на меня, а потом сказал:

– Джек, ты просто узнай, кто меня искал, а там посмотрим. Хорошо?

– Хорошо, Тим. Хорошо. Попробуем узнать. Будет не по зубам, отойдем в сторону. Значит, договорились?

Только я решил, что вопрос закрыт, но тот снова обратился ко мне.

– Еще, Джек. Если наследство действительно существует, мне хотелось, чтобы оно стало общим. Моим и твоим. И я хочу это закрепить на бумаге. У нотариуса.

– Тим, зачем это тебе…

– Джек, я так хочу. Деньги, что ты заплатишь нотариусу, я отработаю. И еще. С завтрашнего дня я начну заниматься поисками работы, если, конечно, у тебя нет подходящего для меня дела.

На следующий день, как я ни упирался, он настоял на визите к нотариусу, а затем мы поехали к одному моему знакомому торговцу Джонатану Григу, с которым у меня были деловые отношения. Он мне как-то жаловался, что не может найти порядочного мальчика – посыльного. Когда я представил ему Тима, Григ кивнул согласно головой и сразу отправил его с поручением.

Теперь, когда Тим стал работать на Грига, у нас появилась новая традиция. Перед тем как разбежаться каждому по своим делам, мы вместе завтракали в итальянском ресторанчике, недалеко от нашей квартиры, причем всегда занимали столик у окна. Я садился лицом к стеклянной витрине, а Тим занимал место напротив меня. Карл садился за столик у двери, после чего раскрывал свежую газету и с головой погружался в мир сплетен и новостей. Сегодня было все как обычно, но, как выяснилось несколько минут спустя, мне это только так казалось.

– Тим, тебе точно нравится работать у Грига?

– Точно, Джек. Он меня уже сделал старшим посыльным, и теперь я командую Сдобной Булкой.

– Все время хотел спросить, почему ты называешь паренька, с кем работаешь, Сдобной Булкой?

– Потому что у него лицо круглое и мягкое, как булочка. Да он и не обижается, Джек.

Я слушал его, накручивая спагетти на вилку, но не успел поднести ее ко рту, как напротив витрины остановился грузовой фургон, загораживая от нас мостовую и противоположную сторону улицы. Не успел я в душе возмутиться этой наглостью, как владелец тележки, до этого беседовавший с покупателем, неожиданно выхватил из-под товаров, разложенных на тележке, винтовки. Настолько внезапным оказалось это покушение, что на какие-то мгновения я растерялся, подарив убийцам несколько секунд, за которые они успели вскинуть оружие и выстрелить. В это самое мгновение, когда они нажимали на спусковые крючки, я закричал:

– Тим!! Ложись!!

Он только успел поднять на меня недоумевающие глаза, как в этот миг стекло раскололось на тысячи мелких осколков, брызнувших в разные стороны. Последнее, что я успел увидеть, перед тем как инстинкт самосохранения кинул меня вниз, под стол, остановившийся, ничего невидящий взгляд Тима. Выстрелы не утихали ни на секунду. Рука нащупала маленький револьвер во внутреннем кармане, как звон колокольчика над входной дверью слился с грохотом выстрела, затем через секунду второго, который резко оборвал короткий стон. Карл убит! В следующую секунду пронзительно закричали в два голоса итальянцы, бармен и официант. В ответ на их крики ударил еще один выстрел, и зеркало за стойкой бара разлетелось вдребезги. Итальянцы мгновенно смолкли.

«Наглец, – только успела промелькнуть эта мысль, как послышались осторожные шаги в мою сторону. – Ну, давай, сука! Я тебя жду!»

Замерев, я был готов стрелять в ту же секунду, как только увижу убийцу, но тут мое ухо неожиданно уловило и выделило, среди грохотавших на улице винтовок, револьверный выстрел, раздавшийся от входной двери. Выстрел за спиной убийцы должен был его отвлечь, и я решил использовать шанс. Резко упав на бок, я выстрелил в замершую фигуру наемника. Пуля ударила ему в грудь, когда тот нажал на спусковой крючок. Пуля просвистела над моей головой и со звоном разбила последнюю тарелку на столе, разбросав вокруг макароны, залитые соусом. Он еще стоял, качаясь и глядя на меня невидящим взглядом, когда я протаранил его с разбегу плечом. Тот отлетел в сторону. Его предсмертный стон смешался с тяжелым грохотом перевернутого стола. Сбоку от двери, рядом с опрокинутым стулом, в луже крови лежало тело Карла с револьвером в руках. Струйка дыма еще вилась из его ствола. Я выхватил револьвер из его руки.

«Спасибо, друг!»

Завеса порохового дыма сделала свое дело, стрелки не видели, что произошло внутри ресторанчика, и ждали своего напарника, который должен был довести дело до конца. Мое появление стало для них большой неожиданностью. Воспользовавшись их оторопью, я замер, навел ствол на ближайшего бандита и выстрелил. Выронив винтовку, стрелок схватился за грудь, после чего стал заваливаться спиной на рядом стоящую тележку. Последний из убийц отбросил винтовку в сторону и бросился бежать со всех ног, но даже если бы у него были крылья, он бы не ушел от меня. Погоня, под крики прохожих и полицейские трещотки, длилась недолго. Он только успел свернуть за угол на ближайшую улочку, как я его нагнал, а затем рубанул наотмашь по голове рукоятью револьвера. Убийца как подрубленный рухнул, уткнувшись лицом в камни мостовой. Подскочив к нему, с силой ударил его по ребрам ногой, потом еще раз, затем схватил его за шиворот пальто и оттащил в тупичок между домами, где бросил на мусорную кучу. Оглянувшись по сторонам, снова ударил по голове револьвером. Протяжный стон резко оборвался. Выйдя из тупичка, снова оглянулся по сторонам. Никого не было, зато за углом слышались громкие крики и шум возбужденной толпы. Засунув револьвер за пояс, быстро свернул за угол, растолкал зевак, столпившихся перед рестораном, а затем шагнул прямо через разбитое стекло. Едкий запах пороха стоял в воздухе вместе с клубами дыма. Итальянцы, до этого осторожно выглядывавшие из-за стойки, при виде меня сразу нырнули обратно в свое укрытие, зато зеваки, стоящие на улице, сейчас с любопытством наблюдали за моими действиями, но стоило мне подойти к Тиму, как наступила тишина. Пальцы привычно скользнули по шее. Пульса не было. Уже убирая руку, я пальцами зацепился за шнурок на шее мальчика.