Лоринг - страница 103

— Я хотел бы взглянуть на так называемое дело, — сказал Вилсон. — Что если это всё чья-то шутка?

— Да, ваш отдел ведь занимался Лорингом. Леди Коллинс, если не ошибаюсь, — Финлисон протянул руку, и кто-то услужливо подал ему желтую папку.

Вилсон покачал головой, показывая, что не хочет знакомиться с ее содержимым:

— Я узнаю бумаги. Они были в моем кабинете… когда-то.

— Да, пока не испарились вместе со всеми данными из архивов, — Финлисон отлично справлялся с ролью доверчивого зануды. Он так искренне изображал недоумение, словно не был в состоянии связать моё появление в бюро, исчезновение данных из архива и замалчивание со стороны Вилсона. — Какое счастье, что мне ее подбросили.

— Несомненно.

— Что ж, — Финлисон повернулся ко мне, — я бы с радостью отправил вас в темницу немедленно, но проблема в том, что прием заключенных там исключительно до восьми часов вечера. А сейчас половина девятого. Придется переночевать в уже привычной для вас камере. Думаю, никто возражать не станет.

Шестеро законников были готовы броситься на меня при попытке побега. А Финлисон не постесняется отдать приказ стрелять, в этом никаких сомнений.

Я впервые поднимался в камеру, ставшую мне почти домом, сопровождаемый таким внушительным конвоем. Там все было перевернуто. Матрас лежал на полу, подушка валялась под столом, ящики оставили выдвинутыми.

— Финлисон, — с укоризной произнес Вилсон, глядя на оставшуюся после досмотра разруху.

— Думаю, Лоринг не будет расстроен, — прозвучало в ответ. — Помнится, заключенные часто жалуются на скуку. Ему же это не грозит.

Стоило переступить порог, как решетка за мной захлопнулась. Дверь, которую долгое время никто не запирал, снова была на замке. Камера даже словно стала меньше и темнее.

Я стоял посреди хаоса, понимая только одно: меня повесят. На этот раз наверняка. Вилсон теперь казался таким далеким, и его лицо тонуло в тени. Мелькал Пилс, все суетился, будто это что-то могло исправить.

Чего я ждал? Обещания, что меня вытащат? Заверений в вечной дружбе? Нет, в сказки я давно не верю.

— Мы разберемся, — сказал Вилсон, обращаясь ко мне и ко всем присутствующим.

— По-моему, достаточно разобрались, — пожал плечами Финлисон.

— Не делайте глупостей, — с нажимом произнес инспектор, заглянув мне в глаза.

— Дельное замечание. Лучше и не скажешь, коллега!

Я подошел ближе:

— Эта папка была у Коллинс?

— Я не… — Вилсон смотрел на меня так, будто надеялся прожечь дыру у меня промеж глаз. Намеки о молчании сейчас неуместны. Неужели он не понимает, как записи могли оказаться в участке?

— Тогда она в опасности.

Оставалось только надеяться, что он понял, о чем я говорю.

— Что мы слышим?! — воскликнул Финлисон, от которого, разумеется, не ускользнул наш краткий диалог. — По-моему, арестант угрожает сыщику леди Коллинс. Все это поняли? Все? Господа, нелепо отрицать, что мы поймали опасного подонка.

Глядя, как все один за другим уходят к лестнице, я протянул руку, едва не коснувшись решетки, но тут же отдернул ее. Неужели этот мерзавец Финлисон не сказал бы об отмычке, если бы нашел ее?

Я кинулся к умывальнику, потянул его, чтобы между керамикой и стеной образовалось отверстие, засунул пальцы. Все на месте. Отмычка, которую я соорудил в первые же дни пребывания в этой камере. Теперь это вопрос времени.

Я приглушил лампу, чтобы случайному свидетелю не бросились в глаза мои действия, и приступил к знакомству с замком.

Но тут снова послышались шаги, и отмычка нырнула под манжету. К камере направлялся Финлисон. Он выглядел крайне довольным собой, что, признаться, было неприятно. Дважды я попался за решетку, и в обоих случаях скорее по чужой подлости, нежели по собственной глупости. Льстит ли мне это? Нисколько. Какая разница, по чьей вине я окажусь на виселице?

— Наверно вы думаете, что сбежите отсюда, — произнес он, приближаясь к решетке. — Но видите ли, я не Вилсон.

— О, это заметно.

— От меня вы не сбежите. И не обманете. Я отправил письмо в темницу, вас ждут утром. Учитывая предыдущие сомнительные подвиги, добиться вашего повешения в ближайшие дни — не так-то и сложно.

Он решил выждать паузу, и я не хотел нарушать молчания. Финлисон наблюдал за мной, как довольный охотник за жертвой, в которую осталось только выпустить пулю.

— Но есть у меня к вам предложение. Я бы мог похлопотать, чтобы казнь заменили пожизненным заключением, если вы окажете мне небольшую услугу.

Венаторы слишком заботятся о преступниках. Того и гляди, за сделками некого будет сажать и вешать.

— Меня интересует инспектор Вилсон.

— Так скажите же ему об этом, — посоветовал я. — Знаю, это не все одобряют, но не скрывайте своих чувств.

Финлисон натянуто улыбнулся, окинул меня презрительным взглядом:

— Зачем он вас отпустил? Что входило в ваши обязанности?

— Ума не приложу. До сих пор полагал, что только пить кофе по утрам в его кабинете.

Финлисон отошел к стене и присел на стоящую там скамью:

— Ночь долгая, Лоринг. Я могу просидеть здесь до самого утра, а затем лично сопроводить вас в темницу. Хотите ли вы поспать напоследок в нормальной кровати или предпочтете валяться перед смертью на соломе?

— Мне нечего сказать, инспектор. Все, что я знаю, не удовлетворит вашего интереса. Вилсон куда лучший рассказчик, чем я.

Тот хрипло рассмеялся, но его искусственное веселье было прервано появлением Пилса.