Лоринг - страница 116

— Велите ехать по мосту Анны-Марии.

Брови инспектора удивленно поднялись:

— Но это за город! — через секунду он догадался, — станция цеппелинов? Право, Лоринг, вам должно быть известно, что уже неделю не было полетов. Станцию вот-вот закроют на сезон ввиду неблагоприятных погодных условий.

— Если я ошибаюсь, то самое большее, что вы потеряли, это время на беседу со мной.

Карета пошатнулась, когда мы въехали на мост. Я пережил легкую дурноту, и спустя минуту смог продолжить:

— Еще есть Пилс, который давно точил на меня зуб. Возможно, это все его рук дело. Черт подери, меня могла подставить даже леди Коллинс.

— Вот как? А ее падение и нахождение в больнице без сознания — проявление актерского таланта?

— Случайность. И не такое бывает, если работаешь с командой, а не единолично.

Я промолчал о том, что у меня был пятый подозреваемый. Вудроу. После услышанного в штольне всё поменяло свое значение. Он скрывал от меня то, что имело отношение к заданию. Доверие не для меня. Я не дарю его другим и не требую от них, но есть незыблемые правила. Заказчик должен быть откровенен, иначе как можно ручаться за успех предприятия? К тому же, слова Стоуна об эксперименте подтолкнули меня к неким размышлениям, которые пока стоило отложить. Еще будет время подумать об этом позже. Вудроу мертв и Стоун, скорее всего, тоже.

— Сегодня в заброшенной шахте произошел обвал, — я снова вытер кровь, на этот раз со щеки. — Пошлите туда людей, пусть разберутся.

— И по какой же причине?

— Там находилась лаборатория Шермана. И допускаю мысль, что там похоронен маньяк Ртутная Крыса.

Глаза инспектора стали круглыми, посыпалось множество вопросов, но к моему счастью, повозка остановилась. Мы находились на отправочной станции цеппелинов.

Это была огромная площадка, огражденная низким кованым забором. При входе на станцию стояла касса, где можно было купить билеты и узнать расписание. Мы промчались мимо удивленного кассира и охранника, которому Вилсон едва не ткнул в лицо свой жетон.

— Кого мы ищем? — на ходу спросил инспектор.

— Если все верно, где-то здесь сейчас доктор Шерман. Возможно, вместе со своими питомцами.

Мне впервые довелось слышать, как Вилсон выражается, и это было действительно сильно.

— Если по вашей вине мы их упустим, Лоринг!..

— Благодаря мне вы вообще узнали об этом, инспектор.

Зал ожидания был просторен, немного напоминал ресторан при вокзале: сводчатый потолок, большие круглые часы, стены с огромными панорамными окнами. На длинных скамейках было пусто, одинокий джентльмен читал газету, покуривая трубку. В окно открывался вид на так называемый причал: выстроившиеся в ряд пять мачт, к которым пришвартовывались дирижабли. Справа виднелись ангары. На длинном шесте дрожал флюгер, указывая, что дует северный ветер и со значительной силой. Возле одной из мачт поднимался цеппелин. Его нос находился в стыковочном гнезде, и сейчас продолговатая серебристая махина, словно громадный небесный кит, довольно быстро всплывала в мутное небо. Люди на земле понемногу отпускали канаты, удерживающие транспорт. Под раздутым туловищем цеппелина находилось три гондолы.

— Проклятье! — прорычал Вилсон.

Доставая на ходу револьвер, он кинулся к дверям, выходящим на станцию. Я помчался за ним. Здесь, на поле, где не было ни домов, ни холмов, ветер сдувал с ног. В ноздри ударил запах снега.

— Стойте! Остановитесь! — кричал инспектор, но его слова уносило ветром.

Трава серебрилась от инея. Обернувшись к зданию зала ожидания, я увидел бегущих за нами венаторов.

Дирижабль был уже на самой верхушке мачты.

— Стойте! Именем закона, остановитесь!

Рабочие, чьей задачей было отпускать канаты, пока цеппелин поднимается, наконец обратили на нас внимание, но еще не слышали Вилсона. Кто-то из них указал в нашу сторону пальцем. Еще бы, ведь инспектор размахивал револьвером.

— Опустите его! Живо! — крикнул Вилсон, пытаясь определить, кто из рабочих главный. — Я инспектор Двора Венаторов, вы обязаны подчиниться.

Когда у всех на виду оказался жетон, один из работников станции, одетый в темно-серую форму, как и прочие, но имеющий особые нашивки на груди, поинтересовался:

— Могу я узнать причину? Моё имя Датсон, я дежурный штурман.

— Вам известно, кто на борту? — спросил Вилсон, — и куда направляется цеппелин?

— Это грузовая перевозка. Около полусотни ящиков. По документам — крупный скот.

Вилсон обернулся ко мне, и я кивнул. То, что я видел в лаборатории, заставляет думать, что именно под таким прикрытием удобно переправлять мутантов.

— Куда направляются?

— Полуостров Гуррин, инспектор.

— Оттуда рукой подать до Огалтерры, — сам себе прошептал Вилсон и тут же велел, — посадите дирижабль. Немедленно!

— Сию секунду…

Штурман отдал приказ, и рабочие потянули канаты, но в результате усилия они все попадали на землю, и гайдропы вмиг утратили натяжение, опали мертвыми змеями.

— На борту обрубили канаты! — крикнул штурман, хоть мы и так это уже поняли.

Дирижабль оторвался от мачты и начал разворачиваться.

— Проклятье! — Вилсон смотрел на удаляющийся цеппелин в полном бессилии. Найдя в себе силы, он повернулся к штурману, — документы на отправку у вас?

Тот кивнул и отошел к будке возле мачты. Вернувшись, продемонстрировал папку.

— Что случилось? — этот вопрос задал Финлисон. Запыхавшийся от быстрого бега, раскрасневшийся, он смотрел то на удаляющийся цеппелин, то на Вилсона.