Сердце дьявола - страница 95

— Тем более, — совершенно спокойно заметил Волин. — Дайте нам время до завтрашнего утра. Вы ничем не рискуете. Никакого приказа не нарушаете. Мне ведь нужно время, чтобы подготовить дело к передаче. — «Главный» смотрел на него, тяжело дыша и утирая вспотевший лоб белоснежным платочком. — Если маньяк скроется и начнет убивать снова, в этом будет и ваша вина. «Главный» поджал губы, спрятал платочек в карман, пригладил волосы, осмотрел стол.

— Все разбросал. Знаешь, как квалифицирует Уголовный кодекс то, что ты сейчас тут вытворял, Волин? Хулиганство. До двух лет, между прочим. Мало тебе угона?

— Завтра утром я передам дело.

— До двенадцати ночи ты официально ведешь дело. Уложишься — молодец, нет — не взыщи. После двенадцати не вздумай даже пальцем шевельнуть в этом направлении. А к девяти часам утра подготовленное к передаче дело должно лежать у меня на столе, — с тяжелым вздохом согласился «Главный». — В девять и ни минутой позже. Опоздаешь хоть на секунду, оформлю на тебя рапорт вверх по инстанции.

— Конечно, — кивнул Волин.

— Доконаете вы меня. В могилу сведете. До пенсии не доживу.

— Вы еще на наших могилах лезгинку станцуете, — улыбнулся Волин.

— Иди, иди, — проворчал «Главный». — Лезгинку ему. Кордебалет из Большого выпишу по такому случаю.

— А как быть с Сашей?

— С каким еще Сашей?

— Со Смирнитским? Он член моей группы и необходим мне для подготовки дела.

— Слушай, Волин, ты не наглей. Есть желание — вытаскивай его сам. Он в местном сидит.

— В местном, говорите? Может быть, все-таки позвоните? Происшествие-то наше…

— Иди, Волин, иди. Не мешай работать.

— Вам ведь проще. Вас знают, уважают, — продолжал гнуть свою линию Волин.

— Слушай, ты меня достал, Волин. Я тебе серьезно говорю. Позвоню я в отделение, но под твою ответственность. Получишь своего Смирнитского для снятия показаний, понял?

— Понял. Спасибо. И еще… Мне нужно больше людей.

— У нас нет свободных сотрудников. Все при деле.

— Можно попросить в МВД. «Главный» снял очки, отложил, спросил негромко:

— Ты что, Волин? Обалдел совсем? После того, что твой опер устроил? Нет уж. Крутись как хочешь, делай что хочешь. Я больше никуда звонить не буду. Никакого МВД. Ты передаешь дело, а я для тебя людей цыганю у смежников? Так получается?

— Мне нужны люди. Без них не удастся поймать этого психопата, — упрямо повторил Волин. «Главный» вновь нацепил очки и уткнулся в бумаги.

— Все. Оставь меня в покое. Утомил. Если не хочешь, чтобы я приказал тебе положить дело на стол немедленно, до конца дня не показывайся мне на глаза. — Волин, прищурясь, смотрел на начальника. Постепенно его лицо прояснялось, а на губах даже появилось подобие улыбки. — Ну что стоишь-то? — спросил «Главный». — Я что-то непонятно говорю?

— Вся понятно. Я ушел.

* * *

К моменту возвращения Волина в кабинет Лева уже загрустил. Сидел, перебирая листочки, изъятые в квартире Баева.

— Отправил людей? — с порога поинтересовался Волин, подходя к столу и снимая трубку телефона.

— Все, как вы и сказали, — откликнулся Лева, оживляясь. — По поводу дач и домов. Есть и дома, и дачи. У Баева и Каляева. Сергея Сергеевича. У Газеевых даже два. Особняк под Истрой и родительский дом, где-то в Тмутаракани. Триста пятьдесят километров от Москвы. У пятого, Никитина, ни дачи, ни дома нет. Потомственный москвич.

— Отлично. Значит, Никитина передвигаем в самый конец списка.

— Еще эксперты звонили, относительно белья Пашиной.

— И что?

— На них обнаружены следы спермы. Очевидно, убийца заставлял ее демонстрировать белье, а потом вступал с ней в половую связь.

— Что показал анализ?

— Согласно результатам молекулярного анализа, сперма и слюна на окурках принадлежат одному и тому же человеку.

— Ясно, — кивнул Волин, набирая номер на клавиатуре телефона.

— Насчет Сашки ничего не слышно?

— Жив Сашка. Жив и здоров. Сейчас поедем за ним, — пробормотал Волин. — В местное отделение. «Главный» сказал — позвонит, чтобы нам его отдали для снятия показаний.

— Дело будут заводить? — Лева тяжко вздохнул.

— Нет, леденцами потчевать. А ты думал, за угон у нас… Алло? Дежурный? Волин из райпрокуратуры беспокоит. Меня интересует капитан Пилюгин Виктор Павлович. Есть такой? Ну отлично. Я могу с ним поговорить? Хорошо, подожду. Спасибо. — Волин прижал трубку плечом и снова повернулся к Леве. — Ты думал, за угон ордена дают, да? Спешу тебя разочаровать. Дают, но только по шапке.

— Аркадий Николаевич, так мы можем теперь взять образцы слюны у всех пятерых подозреваемых, — предложил Лева. — И этот парень в наших руках.

— На каком основании, позволь спросить? И что нам это даст? Ну найдем мы слюну, идентичную по составу, а дальше? Он скажет, что да, стоял в том подъезде, курил, «бычки» бросал. Только было это не во вторник вечером, а в понедельник или в воскресенье. Или во вторник, но днем.

— А сперма?

— О господи, Лева. Да то же самое. Во-первых, еще надо заставить ее сдать. Оснований, как ты понимаешь, для назначения экспертизы у нас нет. Ни одной улики. Вообще ни одной. Даже косвенной. Но, допустим, мы возьмем образцы, отправим их на анализ, и они совпадут, а этот психопат заявит, что был знаком с Пашиной, спал с ней. Статья за совращение несовершеннолетних? Так ведь надо еще доказать, что он ее совратил, а не «снял» где-нибудь у вокзала. Заявления от потерпевшей нет, значит, и дела нет тоже. А убивать он никого не убивал. Но вот если мы придем к нему за образцами спермы и слюны, он затаится, понимаешь? Станет стократ осторожнее. Боюсь, тогда нам его и вовсе не поймать. — Волин поднял руку, показывая: «Тихо». — Виктор Павлович? Доброе утро. Волин. Вы мне звонили вчера утром по поводу дела, которое я веду. Хорошо, что помните. У меня к вам деловое предложение. Насколько я понял, вы заинтересованы в поимке этого парня не меньше нас. Верно? Отлично. Не знаю уж, зачем вам это нужно, но я решил предложить альянс. Мне известно, что дело приказано передать в ваше ведомство. Но это произойдет не раньше, чем завтра к обеду. Пока вы проштудируете материалы, будет уже вечер, а послезавтра маньяка уже может не быть в городе. Отлично, что вы все понимаете. Мое предложение формулируется так: «Действовать сегодня и сообща». У меня нехватка кадров, это вы верно заметили. Дивиденды? — Волин засмеялся. — Оформим передачу части документов сегодняшним числом и зафиксируем как совместное раскрытие сложнейшего преступления. Если нам повезет, конечно. Да, у нас есть кое-какие наметки. Я вам расскажу о них при встрече. Через сорок минут мы подъедем к вам. Да, на Петровку. Хорошо, я позвоню вам по внутреннему. И вот еще что, Виктор Павлович, подыщите пару сотрудниц помоложе. Скажем, от двадцати до двадцати семи лет, с контральто. Короче, с низким грудным голосом. Хорошо бы еще с легкой хрипотцой. Сделаете? Отлично. До встречи. Волин повесил трубку, поднялся, прошел к вешалке и стал одеваться. Натягивая пальто, он повернулся к Леве и сказал: