Лысая Гора, полное издание - страница 122
небо до тех пор, пока мельтешащие белые точки в синеве, находя-
щиеся в непрерывном движении, не стали соединяться друг с дру-
гом. И вот в небесах просто из ничего возникли белые пушинки, из
которых затем образовалась крошечная дымка.
Усилием воли Майя заставила её уплотниться, и вскоре рядом с
солнцем появилась на безоблачном небе маленькое белое облачко.
Жива хлестнула двоюродную сестру по щеке, приводя в чувст-
во. Будь Майя в сознании, ей наверняка было бы больно от такого
удара. Но по лицу Майи проскользнула едва заметная улыбка. Как
будто ей понравилось то, что её ударили по щеке. На самом деле,
ей доставляло удовольствие нечто другое. То, что её желание ис-
полнялось. Облачко накрыло солнце, давая передышку её глазам,
но вскоре пёрышко уплыло, и небесное светило вновь заслепило ей
в глаза.
— Ещё! — беззвучно потребовала в мыслях Майя. — Хочу ещё
облачко! — попросила она. — Хочу много облаков! — приказала
она.
И они не замедлили явиться. Весь небосклон покрылся тон-
чайшими перистыми облачками, которые, видоизменяясь, стали
превращаться в пуховые, ватные, барашковые облака.
304
Невыразимое счастье охватило Майю. Она почувствовала в се-
бе опьяняющее чувство власти над природой. Безудержная радость
перекатывалась в ней словно пузырьками шампанского.
Жива этого не замечала. Она испуганно приложила ухо к гру-
ди Майи и прислушалась. Услышав, как оглушительно бьётся её
сердце, она с облегчением вздохнула, и в это время Майя пришла в
себя. Ресницы её вздрогнули, сжатые губы раздвинулись и первое,
что она произнесла, было слово:
— Морок...
— Что? — не поняла Жива, но всё равно обрадовалась. — Ну,
наконец-то! Что это с тобой было? Почему ты не отвечала?
Майя приподнялась на локтях.
— Я не могла. Я всё слышала, всё видела, но не могла произне-
сти ни слова. Он всё время смотрел на меня.
— Кто?
— Морок.
— Он и сейчас смотрит? — замерла Жива. У неё почему-то не
возникало желание его снова увидеть.
— Нет, — с сожалением покачала Майя головой, — сейчас нет.
Его больше не видно.
— Это хорошо. Вставай!
— Я не могу встать. У меня всё тело будто онемело.
— Я тебе помогу.
— Мне не хочется вставать.
— Со мной было то же самое, когда я впервые увидела его. В
тот раз земля, как магнит, притягивала меня к себе. И до сих пор
притягивает. С тех пор земля даёт мне силы. Иногда мне хочется
просто зарыться в неё, и вообще не вылезать оттуда.
Майя вдруг хихикнула.
— Ты чего?
Майя засмеялась в ответ.
— Я не вижу в этом ничего смешного, — недовольно пожала
плечами Жива.
Не обращая на неё внимания, Майя продолжила заливаться
неудержимым звонким смехом.
— Прекрати, — не поняла её веселья Жива.
Но Майя смеялась совсем не потому, что ей было весело. Она
чувствовала, как к ней возвращаются силы. Вернее, она чувствова-
ла, что в неё входит другая, совершенно неведомая ей сила. Теперь
она могла всё.
Она попыталась встать. Жива помогла ей подняться. Майя
сделала шаг, словно это был первый шаг в её жизни.
305
— Вот это да! О! О! — воскликнула она. — Ничего себе!
Она словно прислушивалась к себе, к тем новым ощущениям,
которые происходили в её теле, и гримасы улыбки, радости и вос-
хищения своим новым состоянием сменялись на её лице одна за
другой. Её пошатывало. Подставив ей плечо, Жива обняла её за та-
лию и помогла выбраться из траверза на насыпь.
Некоторое время сёстры, обнявшись, шли молча по Бастион-
ному шляху. Неожиданно Майя остановилась. Расправив плечи и
выпрямив спину, она дала понять Живе, что больше не нуждается
в её поддержке.
Майя вдруг поняла, что только что благодаря Мороку она по-
лучила и свой дар.
27. Сгори, ведьма, в пламени идолов!
Воодушевлённый победой над зелёным змием и удавшимся из-
гнанием бесов из одержимых людей, о. Егорий решил завершить
намеченное и поспешил туда, откуда, по его мнению, исходило пер-
воначальное зло и распространялась по всему миру пагубная зараза.
Он отправился к языческому капищу, чтобы на корню унич-
тожить находящихся там идолов. После тех откровений, которые
явились ему после принятия амброзии, о. Егорию стало ясно: чем
скорее он это сделает, тем скорее вновь наступит царство божие на
земле.
За всё время пребывания на Лысой Горе, дьякону никак не
удавалось попасть на капище, поскольку там постоянно кто-то на-
ходился. На этот раз ему повезло. Убедившись, что поблизости ни-
кого нет, о. Егорий перекрестился перед канавкой, ограждавшей
капище, и переступил её.
Затем он ещё дважды осенил себя крёстным знамением: пе-
ред дубовым истуканом с ножом в руке и перед вырезанным из
осины божеством песиголовцев — вздыбленным из земли оска-
ленным псом.
Он напрямую пересёк огороженное свежестёсанными брёвна-
ми кострище и решительно направился к грозным идолищам, что-
бы рассмотреть их поближе. Задрав голову, он предстал, наконец,
перед четырьмя изваяниями Перуна.
Вид у них был жутковатый. Вырезанные из цельных дубов, все
четыре идола были похожи друг на друга. У каждого на голове бы-
ли шлемы, грудь они прикрывали мечами с непонятными рунами
на клинке, сбоку же они заслонялись щитами, на которых также
были изображены какие-то символы.
306
Обходя идолов вокруг, дьякон обратил внимание, что все они
