Проект "Эдем" - страница 81
– Н... нет, – Лаура снова уронила голову, – это... это правда. Он записал в дневнике о твоем рождении.
– Не может быть, – мужчина сжал кулаки, – этого не может быть! – он всадил кулак в телевизор, панель жалобно хрустнула, картинка расползлась черной паутиной трещинок. Ирина вскочила на ноги, отбежала к двери и прижалась к ней спиной, в страхе глядя на любимого. Лаура, как и в прошлый раз, осталась сидеть, безучастно глядя перед собой.
Дерек закрыл лицо ладонями, воя от нестерпимой боли. Ирина дрожащими пальцами нашарила кнопку и открыла дверь. Оглянулась на подругу – и закрыла ее снова:
– Дерек, – позвала она.
– Бусинка, уходи, – глухо ответил он, – и ты, Лаура, тоже. Уходите. Я – сын мятежника. Сын сумасшедшего... Утопившего корабль в крови... Уходите! – взревел он.
– Нет!!! – Лаура вдруг вскочила, ее глаза полыхнули гневом, – не смей так говорить о себе! Ты – это ты, Дерек! Ты – отец наших детей
Дерек уже не слышал – он покачнулся на стуле, хрипя сполз на пол, дергаясь в судорогах. Ирина снова открыла дверь, закричала:
– Девочки!!! Дереку плохо, помогите кто-нибудь!
Вбежали Вэй Ли и Ди Май. Ди наклонилась к мужу, прикоснулась к его лбу, потом выскочила и через полминуты вернулась со шприцом:
– Это литическая, – пояснила она, вводя лекарство в плечо мужчины прямо через ткань комбинезона, – у него судороги от жара... Из отсека никому не выходить, если это вирус или другая зараза – то у нас карантин!
– Это не вирус, – Лаура помогла Таше и Вэй Ли перетащить мужчину на кровать и теперь держала его за руку, – это реакция на нервное потрясение, – она кивнула на разбитый экран, – Иринка, я дура...
Ирен недоуменно глянула на подругу.
– Он ничего не нашел, – пояснила Лаура, – если бы я промолчала, он бы ничего не узнал...
– Узнал бы, – Таша подсела к Лауре, положила ладонь на ее руки, сжимающие пальцы мужчины, – рано или поздно – узнал бы. Лучше так – от тебя, чем от старейшин, когда они откажутся его выпустить...
Бывший Старший техник очнулся в темноте. Сжал рукой теплые тонкие пальцы:
– Лаурка?
– Ирина, – поправила женщина, – позвать ее?
– Позови... мне такой кошмар приснился... я нашел видео – вы с ней ходили по закрытой после восстания палубе... а... а потом она сказала мне... – Дерек поперхнулся смешком, – что я – сын Аулфа...
– О, Дерек... – Ирина сжала его руку в своей.
– И самое худшее, это было как наяву... – прокомментировал мужчина, – совсем не смешно...
– Прости... – Лаура опустилась перед кроватью на колени, – прости... это... это был не сон...
– Нет, – Дерек снова попытался засмеяться, – ты меня разыгрываешь, дорогая... Это дурная шутка, перестань...
– Ты же сам знаешь, я так не шучу... – Лаура смешалась, – я зря тебе рассказала.
– Покажи, что ты нашла, – попросил ее муж.
Лаура достала из стола пакет с толстой тетрадью, раскрыла на последней записи:
– Вот... – она подала тетрадь Дереку.
Бывший Старший техник прочитал записи:
– Это ничего не доказывает, – Дерек отшвырнул дневник на пол, – ничего!!!
– Хорошо, ничего, тогда тем более нечего себя обвинять, – ответила Лаура и обратилась к Ди Май, – Ди, подежуришь? Дети ждут, мы пойдем.
– Уйдите все, – зло ответил техник.
Девушки испуганно засуетились и друг за дружкой выскочили из каюты.
Дерек закрыл глаза и провалился в тяжелый сон. Утром дверь пискнула, с шелестом отъехала. Мужчина услышал сквозь дрему, как прошуршали чьи-то легкие шаги в комнату и обратно. Дверь закрылась. Дерек открыл глаза и огляделся. Кто-то из девушек принес ему завтрак. Техник встал, закрыл дверь на замок и отключил автоматику сервопривода. Поднял брошенную тетрадь и сел у разбитого экрана.
Открыл на последней исписанной странице, стал листать в обратном порядке к началу. Дневниковые записи касались каких-то событий и дел – не типичных для корабля, но и не вызывающих отторжения или страха. Они перемежались набросками лиц разных людей. Часть рисунков были подписаны, а часть оставлены безымянными. Примерно в середине блока листов Дерек обнаружил очень заинтересовавший его портрет. Техник впился глазами в разлинованный лист. Со страницы на него смотрела Вероника. Над наброском портрета была запись:
18.8.152. Взял новую наложницу. Назвал Семьсот восьмая. Симпатичная, с амбициями, неопытная и послушная. Будет интересно посмотреть, что из нее получится. На всякий случай запретил ей встречаться с другими – она призналась, что любит меня, и вряд ли на кого-то даже просто посмотрит, но пусть знает, что я измены не потерплю… Откуда это собственничество? И в то же время, мне нравится думать, что эта девушка принадлежит только мне.
Он читал записи еще долго, и тем беспощаднее картина случившегося вставала перед ним… Отец и не думал начинать восстание…
29.10.153 5:27 Уровень 192 Разрез X.
Аулф проснулся от того, что в дверь его каюты настойчиво звонили. Он открыл. Вероника стояла, прислонившись к стене и тяжело дышала, держа руками большой живот.
– Семьсот восьмая? Что ты здесь делаешь? Я, кажется, не разрешал тебе приходить сюда, пока…
– Простите, мой господин! – по щекам девушки потекли слезы, – я не знала, к кому идти…
– Иди к себе, – раздраженно ответил мужчина, – нет, сначала скажи, зачем ты приходила.
– Простите господин, – Вероника вдруг скривилась от боли, вскрикнула и задышала чаще, – я не знаю, что со мной, господин… я проснулась – а моя постель мокрая… И… там, внизу… болит очень.
Аулф наконец проснулся. Таких случаев, чтобы ложнобеременная выдавала полную картину родов, на корабле еще не было. Ему стало жаль девушку – та еле стояла, норовила сползти по стене. Он смягчился:
