Самое Тихое Время Города - страница 72
Да. Вот. Пожелтевшая черно-белая фотография с зубчиками, наклеенная на плотный картон. Надпись выцветшими сиреневыми чернилами – «Анапа, июль 1936». И имена. Пляж. Солнце. Дед крайний слева, с выцветшими на солнце светлыми волосами, улыбается – куда там Голливуд! Рядом с ним огромный, как медведь, мужик с полосатым полотенцем через плечо и в очках. Справа от них красивая женщина, чем-то похожая на немку или эстонку, и две девочки – одной лет восемь-девять, другая лет на шесть постарше. Младшая, веснушчатая, со смешными косичками, с серьезным видом держит на руках лупоглазого, жутко серьезного малыша. Это отец. Ему здесь, наверное, меньше года. Бабушка стоит за спиной у девчонки, приглядывает…
Игорь провел пальцем по чуть шероховатой поверхности обратной стороны карточки, прочел вслух:
– Алексей Фомин… Светлана… Виктория… Лидия Фомины… Игорь Кременников… Вовочка… Ида Кременникова…
Вот и завязался узел… И что он означает, если что-то означает?
Он долго сидел, рассматривая альбом, удивляясь, какие лучистые глаза у всех на старых снимках. Люди такие были? Или просто так снимали, что такие глаза получались?
Глава 6
ВРЕМЯ СНОВ
Лето 2005
Сирень отцвела. Отцвела сирень моя любимая. Зато опять настало Время Призраков, потому что листва вошла в силу и в Городе снова много теней. А значит, призракам есть где укрыться. Здравствуйте, призраки. Здравствуй, старик Брюс. Привет вам, неуловимые Уличные Музыканты и арбатский трамвай. Здравствуйте, звери Моего Города. Лето – ваше время, ваше раздолье. Я буду радоваться птенцам на чердаках и щенкам на стройках, котятам в подвалах, крысятам в канализации. Привет вам, мое зверье. Вы тоже ведь Мои Горожане.
Привет вам всем – люди, тени, звери и призраки.
– Понимаешь, всех сбивает с толку антураж. А если смотреть только на суть дела, то и выходит, что она из сидов!
Последняя тренировка сезона закончилась, «женский Шаолинь» распускался на летние каникулы, но для Лены, Лизы и Леси все было как всегда – переодеваясь, они болтали на свои заумные темы.
– Ну-ка обоснуй!
– Во-первых. – Андрей не сомневался, что Лиза там, за ширмой, загибает пальцы, сидя на лавке в одной спортивной тапочке и одной босоножке. – Она живет в горе. Во-вторых, она выходит только к тем людям, которые затронуты необычными стремлениями. В-третьих, ее дары легко оборачиваются горем. В-четвертых, она покровительствует мастерам…
– В-пятых, – подхватила Леся, – ее любимые камни – изумруд, хризопраз и хризолит. И еще она охраняет свои владения.
– Вот именно! А еще она не очень хорошо относится к холодному железу, хотя это можно вывести только косвенно!
– Кстати о хладном железе, – прервал увлекательную беседу Витька. – Собственными ушами слышал на майском выезде историю.
– Ой, подожите, – пискнул кто-то за ширмой. – Сейчас выйду, и тогда рассказывайте!
Однако показались из-за ширмы сразу двое: Лена (которая уже месяц была рыжей) и Леся (которая в виде брюнетки уж точно смахивала на женщину-вамп из-за бледности кожи).
– Ой, продолжайте, дорогой Мастер! – хором пропели они.
Андрей тоже подошел послушать. История о том, как компания горе-туристов металась по просеке, попадая вместо берега Протвы то в заросли цветущей черемухи, то на луга серебристой травы, пока кому-то не пришло в голову очертить вокруг стальным ножом, была изложена без явных преувеличений.
– А холм с плоской вершиной там был? – полюбопытствовала Леся.
– Был.
– А березы?
– Ты что, березы совершенно необязательны! – Из-за ширмы выскочила Лиза, которая к лету перелиняла в блондинку. – Ой, девочки, я где-то очки оставила! Никто не видел?
Андрей взял из ниши с ароматическими палочками очки-хамелеоны и протянул ей. Лиза постоянно клала их туда перед разминкой и тут же забывала, куда она их дела.
– Спасибо, Андрей. Так вот, это свидетельствует о том, что в древности ареал обитания сидов был очень велик! От Урала до Атлантики точно!
– А может, они со Среднерусской возвышенности уходили к окраинам? – серьезно спросила Лена. – Люди с железом их вытесняли, племя Дану – на запад, племя Хозяйки – на восток?
– Может быть, и так. Но я твердо уверена, что Хозяйка Медной горы – из сидов! К тому же у них матриархат!
Лиза подхватила сумку, послала всем воздушный поцелуй:
– Всем пока! До осени! Инка, позвони обязательно, насчет лётной практики.
Инна кивнула. В апреле она по совету Людмилы стала готовиться к поступлению в университет и вообще стала увереннее. По крайней мере, удары правой у нее получались теперь почти всегда.
Когда девицы разошлись, Андрей и Витька заперли зал.
– Теперь до осени, – сказал Витька.
– Угу. Слушай, а тех заблудившихся ты знаешь?
– Я с ними водку пил, – сказал Витька и добавил уже серьезно: – Там еще кое-что было, и я это своими глазами видел. Красноухий пес там точно был и в землю ушел. Я в него ножом кидал – так от ножа одна рукоять осталась, остальное поржавело в труху. В общем, Андрюха, бывает такое, что и не снилось мудрецам.
Внешне в жизни Андрея ничего не менялось: дом – работа, дом – работа. Добавился, правда, Интернет и какая-то мгновенная слава на форуме художников, куда он выставил несколько своих старых работ по греческим мифам. Весна началась поздно – или он поздно это заметил, и остается только изумляться внезапности ее победного броска, – вот уже вовсю цветут сирень и вишня. А потом как-то сразу наступило лето, пантерой напрыгнув на город. В школе, монументальном краснокирпичном здании, торцом выходящем в переулок, шли к концу выпускные экзамены. Город тоже жил своей жизнью, но Андрей уже не мог смотреть на него, как прежде. Потому что сейчас было невероятное время по имени Вика, а все до Вики ухнуло в такой мезозой, что и воспоминаний о нем почти не осталось.
