Фиолетовый меч - страница 99

Хранитель отошел еще на несколько шагов назад, заставляя атакующих двинуться следом – и резко опустил меч, ударив плашмя по поверхности моря. Низкий, долгий звук разнесся над побережьем – и вокруг замершего Большого круга магов взвились фонтаны воды, в которых горели яростью глаза крагга и его соратников. Десятки струй воды ударили по не ожидавшим контратаки человеческим магам, заставляя их уйти в глухую оборону.

Кражал бесился. Победа была уже так близка! Хранитель лишался сил, был почти неподвижен, еще минута – и его можно было бы не уничтожить, а пленить, что доказало бы искусство его, как верховного мага, и открыло бы перед ним новые высоты. И тут эти проклятые рыбы! Но ничего, их магия никогда не была сильной, к тому же у него наготове всегда имелись атакующие заклинания именно на такой случай! Он выпустил пару заготовок – и с удовлетворением увидел, как один их стархов, схватившись за грудь, исчез в глубинах, другой, разваленный напополам, упал замертво.

И тут лопнул кокон. Заклинание оказалось разбито, словно сброшенный со стола хрустальный шар. Мелкие его осколки ударили в державших его магов, заставив вздрогнуть и потерять контроль – и фиолетовые молнии ударили по Большому кругу, испепеляя тех, кто в порыве ненависти к посмевшим восстать рыбам забыл о главном противнике.

Младшие маги, выжившие после первого удара стархов (а таких осталось немного), те, кто оказался дальше всего от воды и поддерживал самые мощные защиты, сейчас с опаской выглядывали из-за скал, в ужасе наблюдая, как гибнет цвет магической гильдии служителей Триединого, испепеляемый силой Предела и разгневанным Хранителем, вращающим гигантским мечом. Последних из магов, окутанных огнем от постоянно творимых заклинаний, он просто зарубил, легко преодолев поставленные адептами защиты.


Элан с трудом приходил в себя. Мягкий песок легко струился, поднимаемый легким ветерком. Кристальный Пепел, весь в чужой крови, еле слышно подрагивал в его руке – и молчал. Прямо перед ним умирал верховный маг великих Большого круга, Кражал. Дыхание с трудом выходило из развороченной груди, а мутный взгляд бешеных глаз прикипел к такому непонятному лицу ненавистного врага. Он победил – но не торжествовал. Скорее, его глаза выражали грусть и жалость.

– Предатель! Ты направил на людей – нелюдей! Победил обманом, заманив нас кажущейся победой в их родную стихию!

Хранитель с трудом усмехнулся прокушенными губами и заговорил. Его негромкий, чуть хриплый голос раздался впервые с начала схватки.

– Предал? Обманул? Не я устроил ловушку над телом раненого Дракона, не я использовал некромантию для энергетической поддержки, и уж тем более не я напал на того, кто призван в этот мир, чтобы помогать и хранить, а не убивать и владеть. Но сегодняшняя твоя ошибка заключалась не в этом. Был момент, когда ты мог легко распознать обман – если бы понял, что стархи никогда не калечат и не проводят эксперименты над попавшими им в руки. Народ моря не издевается над пленниками, ему это не свойственно. Из воды не мог выйти никто, кроме меня!

Губы Кражала исказила презрительная улыбка.

– Ложь! Это делают все – так как это самый простой путь добиться цели. Ты вр…

Элан вздохнул и прикрыл глаза умершего мага. Даже на пороге смерти он не смирился с тем, что есть кто-то лучше его, чище и благородней. Слишком привык мерить других по себе – это его и погубило.

Со стороны моря донесся чистый звук раковины. Хранитель встал, обернулся – на него смотрел крагг народа стархов, Крей. С трудом вдохнув тяжелый для него воздух, он заговорил:

– На побережье не осталось никого живого. Те немногие, кто успел уйти из-под нашего удара, сейчас со всех ног улепетывают в глубь материка, подальше от воды. Но не думаю, что им будут там рады. Путь к Дракону свободен.

Элан наклонил голову.

– Спасибо. Каковы ваши потери?

– Необычайно низкие. Трое мертвы, еще один ранен – однако он поправится. Если бы мне кто-нибудь сказал, что можно справиться с готовым к бою кругом магов – служителей Триединого, подкрепленным жертвенной кровью и имеющим второй круг поддержки, со столь малыми потерями, я высмеял бы его и откусил ему плавник – за наглый обман и безводные фантазии. Но это произошло – и теперь люди надолго перестанут тревожить народ моря.

Хранитель нахмурился.

– По-моему, мы договорились. Пора прекратить войну между народами суши и моря – сотрудничество принесет больше пользы.

Крагг наклонил голову.

– Народ стархов верен своему слову. Он не будет нападать на народ суши – тем не менее оставляет за собой право ответить ударом на удар. Мы еще нужны Хранителю?

– Нет, дальше мне придется лезть под окаменевшую лаву. Это работа как раз для гнома – но никак не для старха. Счастливой охоты в подводном мире!

– И тебе – окончания поисков. Надеюсь, мы еще увидимся!


Камень крошился от ударов грубой кирки, пот заливал глаза. Гномье чутье подсказывало силу и направление удара, позволяя работать в сотни раз эффективнее, чем любому, даже самому искусному старателю мира людей. Кристальный Пепел в этот раз наотрез отказался резать землю, буркнув что-то о близости Дракона и необходимости быть наготове – и теперь выглядывал из-за плеча Элана, настороженно изучая окрестности.

Крей не солгал – вокруг не было ни души; даже рабочие, пытающиеся откопать Дракона из-под многометровых напластований лавы, побросали свои инструменты и разбежались, едва заслышав начало магической схватки. Так что приходилось справляться самому, надеясь на собственные руки и обостренное умение чувствовать слабину породы. Хранитель сел, подхватив найденный среди припасов кусок хлеба, и принялся жевать, прислонившись спиной к камню. Голова после тяжелой работы была пустой, было необычайно приятно чувствовать мягкость хлеба после долгого питания рыбой, твердую почву под ногами и легкий, полный запахов и звуков воздух. Пусть он уже и углубился на пяток метров, но ароматы полей доносились до него, щекоча ноздри и проясняя рассудок.