- страница 270
С громким криком Гальбаторикс бросился на него, и Эрагон относительно легко отразил его неуклюжий удар. Их мечи звенели, как колокола, и этот звон казался удивительно резким и чистым среди рева драконов и шепота мертвых.
Сапфира подпрыгнула высоко в воздух, ударила прямо в гигантскую морду Шрюкна, разодрав ее когтями до крови, и снова спрыгнула на пол. Черный дракон замахнулся на нее, тоже выпустив когти, но она легко отскочила назад и даже немного приоткрыла крылья.
Эрагон присел, уходя от свирепого косого удара, и нанес Гальбаториксу колющий удар в левую подмышку. Он очень удивился, когда острие Брисингра окрасилось кровью. Судорога, скрутившая руку Гальбаторикса, помешала ему нанести следующий удар, но потом они снова сошлись, скрестив мечи у самых рукоятей и пытаясь силой лишить противника физического и душевного равновесия.
Лицо Гальбаторикса исказилось почти до неузнаваемости, по щекам у него текли слезы. Над головами у них вспыхнуло мощное пламя, и воздух стал раскаленным. Где-то пронзительно кричали дети.
Под Эрагоном подломилась раненая нога, и он неловко упал на четвереньки, обдирая костяшки пальцев, в которых сжимал Брисингр.
Он ожидал, что в ту же секунду Гальбаторикс оседлает его, но тот почему-то остался на месте, как-то странно покачиваясь.
— Нет! — кричал он. — Я не… — Он посмотрел на Эрагона и вдруг то ли приказал, то ли попросил: — Пусть это прекратится!
Эрагон молча покачал головой и встал на ноги. Боль обожгла ему левое плечо, когда он оглянулся и увидел, что у Сапфиры на левой передней лапе зияет кровавая рана. На другом конце зала Торн вцепился зубами в хвост Шрюкна, заставив черного дракона броситься на него.
Пока Торн отвлекал внимание Шрюкна, Сапфира подскочила в воздух, ринулась вперед, прыгнула черному дракону на шею, ближе к основанию костистого черепа, и глубоко вонзила когти, запустив их под его мощную чешую, а потом впилась зубами ему в шею между двумя шипами на позвоночнике. Шрюкн издал громоподобный рык, потом завыл и стал метаться, пытаясь ее стряхнуть.
А Гальбаторикс снова бросился на Эрагона и попытался нанести ему рубящий удар, но Эрагон его блокировал. И следующий тоже, но потом все же получил мечом по ребрам и чуть не потерял сознание от боли.
— Пусть это немедленно прекратится! — снова потребовал Гальбаторикс, но теперь его тон был почти умоляющим. — Эта боль…
Снова раздался жуткий вой Шрюкна, на этот раз еще более отчаянный, и Эрагон увидел, что Торн и Сапфира дружно вцепились клыками в шею черного дракона, пригибая его голову к полу. Но все же Шрюкн был слишком велик и могуч для двух молодых драконов и не сдавался. Да и шея у него была такой толщины, что вряд ли даже Сапфире и Торну удалось бы как-то особенно сильно ее повредить.
Затем лесной тенью мимо Эрагона мелькнула Арья. Выскочив из-за колонны, она бросилась к драконам. В левой руке у нее неярким зеленым светом мерцало смертоносное копье Даутхдаэрт.
Шрюкн увидел ее и задергался всем телом, пытаясь сбросить с себя Сапфиру и Торна. Но поскольку молодые драконы не отпускали его, он разинул пасть и выпустил целый огненный поток.
Арья стремительно летела к нему, и Эрагон на мгновение потерял ее из виду, поскольку она скрылась за стеной огня. Потом она снова показалась — уже возле головы Шрюкна, которую Торн и Сапфира прижимали к полу. Концы ее длинных волос были охвачены огнем, но Арья, похоже, этого не замечала.
В три прыжка она взлетела на гигантскую левую переднюю лапу Шрюкна и оттуда перелетела на боковую часть его головы. Языки пламени летели за ней, точно хвост кометы. Испустив громкий крик, который был слышен в каждом углу огромного зала, Арья метнула Даутхдаэрт прямо в центр голубого, сверкавшего, как лед, глаза Шрюкна и, с силой нажав на древко, погрузила копье в глубь его черепа.
Шрюкн взревел, содрогнулся и медленно завалился на бок; из его пасти тек жидкий огонь. Сапфира и Торн спрыгнули с его туши как раз в тот момент, когда черный дракон ударил хвострм по полу.
От его ударов трескались колонны. С потолка падали и разлетались вдребезги каменные плиты. Светильники лопались, разбрызгивая какое-то расплавленное вещество.
Весь зал содрогнулся, и Эрагон едва удержался на ногах. Он не видел, что произошло с Арьей, но очень боялся, что в предсмертных судорогах Шрюкн вполне мог ее раздавить.
— Эрагон! — крикнула Эльва. — Пригнись!
Он пригнулся и услышал, как что-то просвистело у него над головой. Это был белый меч Гальбаторикса.
Выпрямившись, Эрагон ринулся вперед… и нанес Гальбаториксу мощный колющий удар в центр живота, точно такой же, каким пытался убить Муртага.
Гальбаторикс что-то проворчал и отступил назад, как бы снимая себя с меча Эрагона. Затем приложил к ране руку и долго смотрел на окровавленные пальцы. Изумленно глянув на Эрагона, он медленно промолвил:
— Те голоса… голоса… ужасны! Я не могу… мне этого не вынести… — Он закрыл глаза, и слезы потекли у него по щекам. — Боль… как много боли. Как много горя… Пусть это прекратится! Сделай так, чтобы это прекратилось!
— Нет, — сказал Эрагон, чувствуя поддержку Эльвы, стоявшей с ним рядом, и Сапфиры с Торном, находившихся в противоположном конце зала. Он понял, что Арья жива. Она обгорела и была вся в драконьей крови, но все жe осталась цела и невредима.
Но вот Гальбаторикс открыл глаза — круглые, с неестественно огромными белками, они смотрели куда-то вдаль, словно не видя ни Эрагона, ни всех остальных. Гальбаторикса била крупная дрожь, челюсти его непроизвольно двигались, но из глотки не доносилось ни звука.
