Штрафбат магического мира - страница 78
— Спасибо, успокоила. — Ладар с удивлением понял, что действительно стал более спокойным. Гвардия — не изменённые, с ними он уже справлялся. Благодаря невероятному везению и удаче, но справлялся.
— Не спеши радоваться. Шансов у тебя против знающего твои уловки гвардейца — ноль. Так что скорость и силу всё-таки поднимать будем. Вернее, ты сам будешь.
— Как? Для этого нужен маг жизни! И лет десять постоянных занятий!
— Не обязательно. — Илис уже почти мурлыкала. — Маги жизни изменяют сухожилия и связки человека со стороны, пользуясь внешней энергией, делая их более сложными и тяжёлыми, и тратят массу сил, чтобы избавиться от последствий собственных же поступков. Да, результат хорош, тебе, чтобы добиться подобного, также потребуются годы, но не десятилетия. Ты сипал, малыш, и у тебя другие подходы к решению проблем и другой источник…
— Рядовой Рикс! — Резкий запах в носу — и увесистые удары по щекам. Хорошо хоть, открытой ладонью. Мотнуть головой, в попытке увернуться от очередного удара, и сморщиться от вони лекарства.
— Наконец-то очнулся! — Встревоженное лицо Митча и самодовольное — Магрия.
— Вы напрасно беспокоились! У молодого человека уникальный организм! С каким бы удовольствием я провёл на нём десяток-другой опытов… Но — время! Все мы рабы времени, даже лучшие из нас. Ну что, рядовой, теперь дело пойдёт! Ваш порог невосприимчивости к ядам необычайно высок, однако он есть, а значит, можно составить дозу, при которой организм сможет действовать наиболее эффективно. Старый, проверенный метод — стрессовая интоксикация!
— Вам он ещё нужен, льер? — Слова Митча были безукоризненно вежливыми. Но что-то в его словах заставляло почувствовать озноб вдоль позвоночника. Словно ощутить у горла холодное лезвие наточенного клинка. Воину явно не нравилось обрекать другого на смерть, даже ради победы.
— Нет. — Самодовольство пропало из голоса мага. — До завтра вы оба свободны.
— Идите, Рикс, и отдохните. Завтра мы продолжим тренировки. — Штрафнику показалось — или голос мечника был виноватым? И за что он ощущал вину: за грядущую смерть или за его сегодняшнее отравление?
Чувствуя себя разбитым и слабым, Ладар пошёл обратно в лагерь — медленно, с трудом разгоняя круги перед глазами. Шаг-другой. На третьем кто-то крепко подхватил его за руку, и идти стало легче. Потрясти головой, разгоняя дурман, открыть глаза и увидеть рядом знакомую приземистую фигуру.
— Привет! Слушай, а как тебя зовут на самом деле?
— Гном, как же ещё?
— Это не имя. Это мы тебя так прозвали. Хихикал, небось? А как на самом деле? Папа с мамой как звали?
Идущий рядом с человеком гном помедлил. Ему явно хотелось уйти подальше от опасных вопросов, однако бросать больного… К тому же что с него взять? Бредит, небось. Помедлив, он нехотя буркнул:
— Вакенши.
Ладар с трудом, но вспомнил несколько слышанных им ранее имён гномов. Подумав, кивнул головой.
— Подходяще. Хотя соврал наверняка. Впрочем, это твоё дело. Ты знаешь, что такое литор?
Рука, закаменевшая на предплечье Ладара, расслабилась. Тема перестала быть опасной, зато сочувствие к обречённому юноше усилилось.
— Слышал. — Короткое, словно выдавленное из себя слово. Гном явно был возмущён ситуацией, но старался не лезть в дела людей.
— Я тоже понял, что это такое. Этим вечером.
— Этим вечером? — Вакенши остановился, в негодовании не заметив, что человека качнуло от сильного рывка. — А раньше ты что, не знал?
— Нет. Зато на бой выйти согласился. Выйти — и победить. Любой ценой.
— Возможно, этого достаточно. — Гном задумался. — Но всё равно неправильно! Всё у вас, у людей…
Он осёкся, поглядел на безучастно шагающего рядом парня: не понял ли оговорки? Но тот смотрел на тропу, с трудом переставляя ноги.
— Вакенши… Я хочу тебя попросить кое о чём. Мне не важно, кто ты и почему оказался в штрафбате. Я не собираюсь на тебя давить или шантажировать, обещать помочь или замолвить словечко. Мы все — обречённые на смерть, и перед ней все — равны. Каждый наш поступок открыт не для богов или судей, людей или гномов. — Спутник Ладара вздрогнул. — Он открыт для смерти. Она видит нас. Поэтому я не настаиваю, даже не прошу — просто говорю: я могу выжить после литора. Выжить и встретиться со смертью чуть позднее, возможно, всего на несколько дней, но позднее. Для этого мне нужны вытяжка златокровки и отвар целемы.
— Ты хочешь… — Гном задумался. — А что, может получиться. Однако выпить тебе придётся всё это практически перед литором, а потом энергично двигаться не менее получаса…
— Как если бы провести три боя подряд?
Вакенши расхохотался — весело и с одобрением.
Сейчас он ничем не напоминал того диковатого крестьянина, которым был ещё утром.
— Давно понял?
— О тебе? Недавно. Я не Айяр и не Ируг, у меня нет такого опыта определения иных рас.
— Думаешь, они знают? — Вновь задумчивый тон — тон человека, которому приходится пересмотреть свои планы. Внезапно Ладар понял, что находился на волосок от смерти. На волосок — от Илис. Мысль была противоречива, и думать так было страшно и приятно одновременно.
— Думаю, тебе стоит доверять людям. Хотя бы — здесь.
— Здесь? Да любой из здешних подонков предаст меня за лишнюю пайку!
— Не любой. Только тот, кто ещё не смотрел в её глаза. Тот, кто не знает, что они — прекрасны.
— Ты о ком? — Гном приотстал, тряся головой; похоже, он потерял нить рассуждений.
— О смерти, конечно. — Ладар шагал всё уверенней. Организм сипала справился с отравой, силы прибывали стремительно, но веселиться рано: ночью было много работы. — Так сделаешь?
