Слово Императора (СИ) - страница 96
— Что ты о ней думаешь? — заинтересовался я.
— В смысле, о её причастности к последним событиям? — уточнила она. — Я почти уверена, что она не причём. Тая предприимчивая и энергичная особа, гораздо более цепкая, чем её муж, упорно добивается желаемого. Вот только своего желаемого она уже добилась — твоего брата. Насколько я поняла, она искренне в него влюблена уже довольно давно, и к этой цели шла упрямо и планомерно; и тот факт, что Мурмар сейчас — наследник престола, её скорее расстраивает, чем радует. Скажу тебе больше, она просила меня на тебя повлиять, чтобы ты пересмотрел своё решение. Я, конечно, попыталась ей объяснить, что это бесперспективно, но Танагра не очень поверила; она-то мужем вертит как хочет, — Александра насмешливо улыбнулась.
— Какое решение? — лениво спросил я, привычно утыкаясь носом в короткие рыжие прядки за ухом женщины.
— Ну, забрать её ребёнка на воспитание, чтобы вырастить из него наследника. То есть, спорить она, конечно, не будет, но очень не рада подобной перспективе. С одной стороны, это, конечно, мотив от нас избавиться, но её вообще не вдохновляет перспектива стать матерью наследника. Насколько я поняла, отец в детстве был к ней очень требователен и пытался вырастить из старшей дочери эдакую стальную леди. Воспитать в ней целеустремлённость у него получилось, вот только её жизненные цели сильно отличаются от папиных. Тая хочет вместе с мужем сбежать куда-нибудь на острова и там жить большой дружной семьёй. Поразительно для женщины такого высокого происхождения, но она даже любит готовить и желает это делать самостоятельно. А вот к её отцу стоит присмотреться; мне показалось, он весьма амбициозный тип, и мог всё это провернуть.
— Наварр-ан? — медленно переспросил я. — Мог. И помимо него — ещё как минимум трое. Не волнуйся, он в плотной разработке, как и остальные. А что до её просьбы — тут всё зависит от тебя, — добавил я, слегка отстраняясь, чтобы заглянуть ей в лицо.
— В каком смысле?
— В прямом. Роди мне сына, и Мурмар со своей кошкой может проваливать Первопредку под хвост, — я не удержался от насмешливой улыбки при виде чуть смущённой растерянности женщины.
— Кхм. Вот это было внезапно, об этом я как-то забыла. И почему это зависит только от меня, ты в процессе участвовать не собираешься? — иронично хмыкнула Александра, беря себя в руки.
— Забыла о чём?
— О детях, — она неуверенно повела плечами. — Я, конечно, интуитивно догадалась, что моё недавнее превращение может как-то поспособствовать решению вопроса, но всерьёз об этом не задумывалась. А если задумываться, то мне делается тревожно. Во-первых, я не имею ни малейшего представления, как с ними сосуществовать, а, во-вторых, здоровье у меня, конечно, лошадиное, но возраст всё-таки… Рур, что ты делаешь? — осеклась она, потому что в этот момент я распустил завязку платья на её плече и медленно, смакуя, провёл языком по ключице.
— Наследника, — ехидно отозвался я, развязывая крепление на втором плече. Ткань соскользнула, почти обнажив грудь.
— Рур, а тебя не беспокоит, что там за дверью вообще-то гости? — проворчала женщина, пытаясь на ощупь восстановить приличный вид.
— Нет. Если им надоест ждать, они уйдут, — хмыкнул я, разворачивая её спиной и крепко прижимая к себе. В таком положении возможности бороться за целостность собственного одеяния у неё не осталось, и Александра обречённо уронила руки, сдаваясь.
— Вот же кошачья порода, а! Пять минут назад сидел бледно-зелёный и помирающий, а тут вдруг ожил, — усмехнулась она.
— Надо было всё-таки в спальню идти. Я соскучился, — спокойно ответил я, продолжая неторопливо её раздевать, наслаждаясь открывающимся зрелищем и прикосновениями к мягкой светлой коже.
— Я тоже, но почему это не могло подождать полчаса, пока гости уйдут? — упрямо попыталась настоять на своём она, откинув голову мне на плечо, и шумно обречённо вздохнула, отчего красивая полная грудь мягко качнулась. Завораживающее зрелище. Я усмехнулся себе под нос, но вслух о собственной готовности выслушивать подобные укоры снова и снова решил не говорить. — В конце концов, это же неприлично!
— Я тебе уже объяснял, — терпеливо возразил я. Тяжёлый шёлк скользнул к её ногам, оставляя обнажённой. — Оборотни не видят ничего неприличного в близости мужчины и женщины, особенно — соединённых обрядом, и даже уединяются для этого не столько из соображения приличий, сколько чтобы окружающие не завидовали и ничто не отвлекало, или из природного эгоизма. А уж на личной территории вообще никаких ограничений нет. Клянусь когтями Первопредка, я обязательно отведу тебя в гости к Ранвару, чтобы ты наконец-то поняла, как живут оборотни!
— Я не уверена, что хочу это видеть, — нервно хмыкнула она.
Я не стал отвечать, больше увлечённый совершенно другим процессом. Гладил, сжимал и легко прикасался кончиками пальцев, шалея от запаха её разгорающегося желания. Женщина же перестала говорить глупости, вместо этого вцепилась обеими руками за мои запястья — не то в неуверенном желании отстранить, не то в стремлении прижать ближе, не то просто пытаясь не упасть.
— Ты красивая, — прошептал я, почти касаясь губами аккуратного человеческого ушка. — Если бы я сразу мог предположить, какая ты, у меня бы даже мысли не возникло отдавать тебя брату.
— Если бы мне заранее предложили согласиться на брак с тобой, я бы могла отказаться: уж очень ты грозный на первый взгляд. Кто же знал, что ты на самом деле такой пушистый, и даже мурчать умеешь, — тихо хихикнула она.
