Мёртвые душат - страница 106

По знакомой уже ему дороге, мимо портретов и пейзажа, выкраденных из замка Мнил, Чичеро прошёл в покои Плюста. Великан его встретил с добродушием, светившимся на широком ноздреватом лице:

— Рад вас видеть, Чичеро. Сожалею, что до сих пор не удосужился с вами поболтать. Всё дела, знаете ли, хозяйство, заботы… Так за этой беготнёй не успеваешь задуматься о чём-то главном и вечном. О Смерти, например. Надеюсь, у вас-то в моём милом замке было больше времени?

— О да, конечно, — признал Чичеро.

— А гости-то мои расшалились! — продолжал Плюст, несколько изменив тон. — Я свято чту законы гостеприимства, завещанные нам предками, иначе бы я рассердился. Вы видели сердитого великана, Чичеро?

— Сердитого — нет. Видел раздражённого.

— Ну, надеюсь, и не увидите. Добро бы просто мебель ломали, а то — людишек моих бьют, почём зря! Живых, мёртвых — без разбору. Ах, гости, гости…

Чичеро вежливо слушал.

— Знаете, Чичеро, а я ведь в курсе, что вы тоже в этом участвовали, — сказал вдруг Плюст.

— В чём «в этом»? — уточнил Чичеро.

— В избиении моих стражников. Мне известно, что вас было двое. Кто второй — вот в чём вопрос. Скажите мне, а, Чичеро?

— Мне не о чем сказать. Я ни в чём не участвовал, и не знаю, откуда у вас такие сведения.

— Хорошо, верю! — произнёс великан. — Ну, а всё-таки, кто второй? Я думаю, это Бларп Эйуой! А вы как думаете, Чичеро?

— Я ничего об этом не думаю, — твёрдо сказал посланник.

— А всё-таки? Вы подумайте! — настойчиво попросил Плюст.

Идея оговорить Бларпа Эйуоя возникла и сама собой погасла. Не приведёт к добру такой поступок. Раз Эйуой — шпион Плюста, то он всегда найдёт способ оправдаться, а вот Чичеро, надеясь его утопить, глупо признает свою вину.

— Значит, этот второй — не Эйуой, — по-своему расценил молчание посланника великан.

Чичеро пожал плечами.

— Раз этот второй — не Эйуой, то значит, с вами был этот мерзавчик Дониа! — сделал вывод Плюст.

Чичеро вновь пожал плечами.

— Итак, судя по вашему жесту, это не Эйуой, а Дониа! Большое вам спасибо, посланник. Ваше содействие очень помогло!

Чичеро вышел из покоев Плюста с чувством вины, хотя (он был в том уверен) не дал со своей стороны великану никаких оснований кого-либо подозревать. У своей двери он нашёл Дониа.

— Вас вызывали к Плюсту? — спросил молодой мертвец несколько напряжённо.

— Да.

— О чём он вас спрашивал?

Чичеро кратко передал суть разговора. Особенно внимательно остановился на подозрении Плюста в отношении самого Дониа.

Тот его внимательно выслушал и сказал:

— Пошли убьём Эйуоя!

* * *

Дрю из Дрона пошёл на звук барабана. Он поднялся на холм, где располагался замок Мнил, и, зайдя за угол замка, увидел великана Ома. Тот сидел на ступеньках крыльца, погружённый в игру.

Дрю подошёл ближе. Ом на миг оторвался от барабана, крикнул: «Будьте здоровы, посланник Дрю», и застучал снова.

Великан и посланник были знакомы.

Постоянно живя за Западным Порогом Смерти, Дрю регулярно наведывался в родные места. Бывая в старинном городе Дроне, где у него остались кое-какие родственники, посланник очень быстро уставал от общения с людьми менее образованными, чем он сам. Чтобы чем-то себя занять, ездил по окрестностям, иногда заезжал и в Цанц — ближайший к Дрону пещерный город (и вообще один из крупнейших и красивейших пещерных городов современности).

В Цанце привычный к светской жизни посланник не раз появлялся на торжественных симпозиумах, которые проводил Умбриэль Цилиндрон. Именно на них он и познакомился с Омом из Мнила. Знакомство, правда, не назовёшь близким. Оно заключалось единственно в том, что оба знали, как друг друга зовут. О том, чтобы хорошо образованному Дрю вступить в беседу с тупым великаном из провинции, в былое время не могло быть и речи.

Сейчас, правда, посланник находился в особом состоянии. Он уже пробовал разговаривать с крестьянами Ома, что стояли столбиками посреди лужка у болота, а когда разговора не получилось, привязал к одному из них своего коня.

Видя, что посланник не уходит, великан догадался, что Дрю к нему подошёл с целью поговорить.

— Я тут… это… на барабане стучу, — сказал Ом.

— Слышу, — сказал Дрю.

— Весна скоро придёт.

— Что?

— Я отстукиваю ритм, который называется «Весна скоро придёт», — объяснил Ом.

— А!

Дрю не сказал бы, что в ритме барабана он услышал весеннюю капель, но спорить не стал.

— А я ваших крестьян видел, — сказал Дрю.

— А что они делают?

— Просто так стоят между Мнилом и Клёцем. Ничего не делают, на вопросы не отвечают.

— Да, я знаю. Они там уже давно стоят.

— Зачем?

— Не знаю.

Тоже мне хозяин, подумал Дрю.

— А ко мне приезжал ваш друг Чичеро, — сказал Ом. — Он был со своими карликами.

— С карликами?

— Да. Они в Клёце ещё одну изловили такую же…карличку.

— Зачем изловили?

— А она мне замок обворовала!

— Много унесла?

— Всё. Только вот один барабан остался.

— Любопытно!

— И мне тоже на барабане любопытно. Я с самого детства ни разу не барабанил. Это мой любимый детский барабан. У меня в детстве был барабан, а у моего брата Фема — сабелька. Я давал ему поиграть свой барабан, а он мне сабельку — никогда. Только барабан лучше сабельки.

— Согласен, — кивнул Дрю. Узнай он полтора месяца назад, что здесь побывал Чичеро, да ещё с карликами, ухватился бы за этого Ома и вытряс всё, что было ему известно.

Он и так стал расспрашивать Ома о Чичеро, но — без особенного вдохновения, скорее по инерции. Гоняться ему сейчас за Чичеро, разоблачать карликов: как-то это мелко… Дрю сейчас завершал большой круг, сделанный им после арбалетного обстрела перед Цанцем (ведь от Мнила до Цанца — рукой подать, если бы не болото). Поэтому не мог он с бодростью встать на след Чичеро более чем двухмесячной давности.