Жрец тёмного бога - страница 20
— Что такое? Нет, это не тебе. — Волховка, за разговором перебиравшая ярлычки на мешочках, нашла нужный и положила на прилавок. — Твой заказ, детка.
— В посёлке недавно появился эль с кучей артефактов и смущает молодёжь. — «Милочка» хихикнув, глянула на меня, похоже её не сильно волновали проблемы отца, в отличие от проблем ученика, читавшего о способах повелевать силой.
— Ох уж эта молодежь… Приходи ещё, коли что понадобиться. — Чародейка попрощалась и ушла, а внимание Вильде опять оказалось сосредоточено на мне.
— Молодёжь значит смущаешь. Ну ничего, им это полезно. — Явное одобрение. — Далеко же ты путь держишь. Хочешь предсказание?
— Нет, предсказание не хочу, а вот узнать, что находиться в конце этого пути…
— Оно причиняет зло окружающему и не может иначе, но злом не является, не живое, но может быть таким, ничего не чувствует, но ему плохо. — Не понимаю.
— Что это?
— Не знаю, я ощущаю его так, как оно само, могу судить о его действиях, но не спрашивать. А твой вопрос, это как спросить себя самого: «Кто я?». И то я могу видеть это только потому, что оно стремится привлечь к себе внимание. И ещё оно сродни тебе. — ЧТО?! Это совсем дико… хотя если не обращать внимания на эмоции, всё может быть. В том числе и признаком, по которому мы похожи.
— Почему ты стала со мной разговаривать?
— Мне просто стало любопытно посмотреть на эля воды вблизи, вы же по деревням не ходите. — Не только я хожу на праздники развлекаться. — Странный у тебя посох.
— Это не посох. — Я прикоснулся к сцине, верхняя треть её превратилась в лезвие с полуторной заточкой, слегка изогнутое, но как только я отнял руку, вернулась в первоначальное состояние. Вильде покачала головой.
— Ты ведь не первый раз в Хетье?
— Не первый и многих знаю. Это хочешь знать? — Как она это делает, даже браслет не реагирует, а во-вторых, то, что я ищу не в этом мире, но ответ был дан.
— Да. Меня интересует человек по имени Гория.
— Я знакома с ним. Он из другого мира и не человек, хотя и выглядит им. Больше ничего не знаю, стараюсь не общаться с ним и не выведывать. Он может быть опасен, особенно для тех, кто много хочет знать.
Больше мы не разговаривали. Я выловил из корзинки пирожки. Вильде лишь усмехнулась, когда предложил ей один. Я успел доесть все и отправить корзинку в хранилище (она мне понравилась), когда толпа, в которой исчезла Джанн, взорвалась криками, разобрать их было невозможно.
— Кого-то на шулерстве поймали. — Пояснила Вильде и отвернулась.
— Почему ты так думаешь?
— Больше ничего не может вызвать такого праведного гнева у толпы, кроме раскрытого обмана. — А ведь Джанн тоже способна обжулить в карты, хотя я даже не знаю, умеет ли она играть, возможно, я несправедлив к ней. Стоило вспомнить…
— Ахерэ, я вернулась. Здоровья тебе, бабушка. Извиняюсь, но его я хочу забрать. — Вильде кивнула.
— Прощай, Ахерэ. — Я улыбнулся и сделал извиняющий жест, а Джанн уже тянула меня прочь.
— Что случилось? — Она была румяная, весёлая и злорадствовала, кому-то свинью подкинула. Мы быстро шли вдоль по набережной.
— Знаешь, как такие аттракционы устраивают. Есть зазывала-шулер, есть пара «везунчиков» как будто из толпы. Шулер себе сдаёт честно, а везунчикам подтасовывает, кроме того, у них кости хитрые — большими выпадают, так что даже когда колода не у шулера, шансы на выигрыш приличные. Ну, я взяла кости и показала народу, что к чему, и приврала слегка, что видела, как они вместе утром тут располагались.
— А я уж думал, что тебя на шулерстве…
— Я и обидеться могу. Меня на шулерстве! Да ни одна сволочь и не расчухает, что я жульничаю, я без хитростей так кости бросать умею, что одни шестёрки выпадать будут. Хочешь, научу? — Э-э… Даже сказать нечего.
— Слушай, зачем тогда мы ушли?
— Наивный ты у меня. Сколько можно предупреждать заикой стану. Понимаешь, они там все большие дяди и за приобщение к истине по головке меня не погладят. — Крокодилам до неё как до неба.
— Джанн, какая у тебя была кличка в школе?
— Запятая.
— Почему? — Достаточно безобидная кличка.
— Потому что подножку преподавателю по расам поставила, случайно конечно, она моему одногруппнику полагалась, но история на такие мелочи не оборачивается. А зачем тебе?
— Праздное любопытство.
Мы вышли в Новый город. Был уже вечер и народ начал расползаться по домам и гостиницам, первый день праздника никогда не переходит в ночные гуляния.
— Нам надо тоже возвращаться. — Джанн кивнула.
— Но лучше подождать пока основная часть народа разойдётся, будет легче поймать летающую кроватку. — Кроватку? Я вопросительно посмотрел на неё.
— Квадратная, с бортиками. — Ясно. Мы повернули назад и пошли по внешней стороне стены.
— Что это за бабуська была? — Джанн вытащила из кармана крупные семечки или мелкие орехи и принялась щёлкать их на ходу.
— Волховка. — Она жестом предложила мне взять немного, но я покачал головой отказываясь.
— Ты думаешь, они на самом деле что-то могут? — Надо же, действительно не знает.
— Многое могут, только иначе.
— Все, кого я знаю, относятся к ним скептически.
— Часть из них слишком мало знает, остальные не хотят распространяться.
— Летит наш будущий извозчик. — Из-за домов появилась свободная платформа, на которой мы и добрались до гостиницы.
Второй день праздника назывался Прощание Лета, в этот день проводился карнавал, люди наряжались, кто, во что горазд и вытворяли тоже. В подобном беспределе мне участвовать не хотелось, так что я засел в библиотеке в поисках информации о ритуальном камне. Потратив на это весь день и не найдя ничего (чего и следовало ожидать), вернулся в гостиницу. Джанн придёт ещё не скоро. Попробуем разобраться с магией. Прошло двое суток, целительница говорила: нужно больше, но она не знает, что конкретно происходит и поэтому перестраховывается.
