Парадокс веры (СИ) - страница 22

-Иди дальше, - послышался женский голос за спиной. - Похоже, мы обогнали крестоносцев. С этими я сама разберусь.

-Только не вздумай здесь умирать. Я собираюсь выполнить задание без потерь.

Оставшихся в живых пятеро воинов, не спешили нападать. Поэтому Грид решил ускорить необратимый процесс. Ринувшись вперед, он ловко отправил в последний путь двух противников, так и быть, позволив спутнице покончить с остальными. Спустя сотню метров узкого каменистого коридора, юноша вышел на просторное плато. Большую часть уединенной от внешнего мира территории занимало озеро, вода в котором имела необычный рыжеватый цвет, предавая небу в отражении багровый оттенок. Почему - то картина на водной глади казалась демону знакомой. Вот только где он мог видеть небо кровавого цвета? В голове вновь вспыхнул образ черного пера. В последнее время таинственное перышко врывалось в его мысли почти каждую ночь. Что бы видение значило, парень даже не догадывался. Но странное чувство подсказывало, скоро он об этом узнает. И истина может не сильно ему понравиться. Внезапно подул легкий ветерок, принесший невероятное напряжение в воздухе. Сверхчутье Грида отчетливо говорили о присутствии неподалеку чуть ли не божественной сущности. Услышав протяжный грохот крыльев, рассекающих воздух, экзорцист повернулся на звук. От увиденной картины у него буквально перехватило дыхание, а сердце учащенно забилось. Размахивая могучими серыми крыльями, над озером медленно опускался человеческий силуэт с длинными пепельными волосами. В блестящих, серебристых доспехах, неизвестное существо походило на... Ангела. Хотя именно им, оно и являлось. Бессмертный воин Всевышнего, покинувший родной дом - райские сады Эдема, ради только ему известных целей. Коснувшись ногами водной глади, тот сложил крылья за спиной и, будто завис в воздухе. Аура, исходившая от миловидного парня приблизительно двадцати - двадцати пяти лет, казалась еще более враждебной, чем энергетика людей. Разумеется, какое еще должно быть отношение высшего проявления света к представителю сил тьмы?

-Ты всего один. А где же остальные церковники? - Каким - то отрешенным голосом спросил он.

-Их немного задержали ваши друзья.

Выхватив излюбленный кинжал, воитель бросился в воду. Ангел безучастно смотрел на приближающегося врага, словно не собираясь сопротивляться и смиренно принять смерть. В самый последний момент, когда юноша совершил мощный прыжок, надеясь прогуляться ножом ему по горлу, губы пепельновласого расплылись в ехидной усмешке, а крылья, с грохотом разгоняя ветер, представ во всей красе, устремили тело подальше от смертоносного клинка. Отскочив назад, он мигом вытащил из ножен за спиной, меч с золотистой рукоятью и направил лезвие навстречу противнику. Тот чудом увернулся от сокрушительного удара в воздухе, силовая волна, даже на попавшего в цель оружия, едва не свалила парня с ног, как только он коснулся земли.

-Почему вы покинули Эдем? - Грид улыбнулся. Соперник был неимоверно силен, что тешило самолюбие церковника.

-Это действительно интересует демона? - с хитрым видом переспросил Ангел. - Паладинские фокусы могут обмануть людей, но не меня. Ладно, я расскажу тебе, перед смертью. У меня есть младший брат, и он совершенно не создан для войны. В Эдеме, для таких как мы, существует только одно призвание. Тех, кто не умеет и не желает сражаться, во благо Света и добра, презирают и в худшем случае отправляют на суд к верховному Архангелу Габриэлю. Я всего - то хочу избавить брата от такой незавидной участи.

-Значит, вы просто хотите жить мирно? Тогда, зачем нужно было захватывать гору? Поднимать на уши всю Инквизицию? Оставлять без завтрака меня?

-Покинуть ряды небесных воителей не так - то легко. Даже, я бы сказал, невозможно, - последнее саркастическое замечание, крылатый, явно, пропустил мимо ушей. - Волею судьбы мне повстречался один из Падших. Он - то мне и предложил разрушить священную колокольню, в обмен на секретные знания о возможности стать простыми смертными.

-И ты ему поверил? - На лице парня показалась ироничная улыбка.

-Я и не надеялся на понимание демона. Семья гораздо важнее долга. Что - то мы заболтались. Пора прощаться, экзорцист.

Взмахнув крыльями, Ангел устремился к юноше. Последняя фраза божественного создания казалась ему до боли знакомой. Но он никак не мог вспомнить, где ее слышал. Приняв тяжелейший удар кинжалом, с трудом устояв на месте, черновласый воин схватил соперника за руку и попытался обезоружить. Простой захват с изломом кисти в подобной ситуации, был наиболее эффективным маневром. Увы, несмотря на чудовищную демоническую силу, у церковника не получилось даже немного провернуть конечность Ангела. Тот смотрел на него, словно на ребенка, упорно пытающегося отобрать конфету у взрослого. Быстро поняв, что ему ничего не светит, Грид отпрыгнул назад, попутно запустив два метательных ножа. Разумеется, какие - то заостренные куски металла были не в состоянии причинить урон божественному существу, чьи рефлексы имели сходство со скоростью реакции воинственных демонов. Парень прекрасно это осознавал, хотя бросил клинки, лишь для отвлечения внимания. В мгновение ока отбив мечем два ножа, Ангел с довольной усмешкой уставился на противника.

-Неужели, это все на что способен демон?

Перехватив кинжал, тот усмехнулся и снова кинулся в бой. В силе он проиграл оппоненту. Значит, стоило попытать счастья в скорости, где незначительный размер его оружия мог сыграть важнейшую роль. Удивительно как клинок не ломался, ведь юный воин вкладывал в атаки всю нечеловеческую мощь, противопоставляя ее божественной силе крылатого создания. Проведя серию жестких ударов, экзорцист снова принял невероятный выпад Ангела многострадальным кинжалом. Его ехидная, наглая физиономия начинала бесить. На сей раз, Грид не стал использовать бесполезные попытки сломать сопернику руку. Звонко вырвавшееся лезвие Могильного Креста на левом запястье, мигом устремилось к груди врага, и если бы не молниеносная реакция небесного воителя, наверняка, отправило бы того домой. А так, всего лишь, немного распорола предплечье. Хоть представители приближенного к Всевышнему рода и считались бессмертными, сочившаяся кровь из раненой конечности, свидетельствовала об обратном.