Заповедник Бессмертных. Осторожно - вымирающий вид - страница 17
— Я, — Расти ткнул пальцем в эмблему, вышитую на студенческой форме, — ученик Академии Воинов, Жрецов и Чародеев имени Золотой Леди Моран! Я считаю ваши обвинения в адрес Леди неправомерными! Кроме ваших слов нет никаких доказательств того, что Леди совершила преступление! И я говорю, что это ложь! Кроме того, вы имеете наглость без причин удерживать Бронзового дракона!
Закончив свою грозную тираду, Расти замолчал, тяжело дыша и дрожа от душащей ярости.
— Мне кажется, парень, ты не разобрался в ситуации, — мягко проговорил человек в сером. — Обвинения взяты не с пустого места. У нас есть свидетель.
Юноша и дракониха переглянулись.
— Какой свидетель? — осторожно поинтересовался Расти.
Воины Ордена вывели к ним человека с чудовищными шрамами от ожогов.
— Это она! — взвыл обожжённый тыкая дрожащим пальцем в сторону Моран. — Это она всех сожгла!..
Глаза Золотой опасно сузились. Ох, каким знакомым ей казался этот калека…
— Вот видишь, парень, — с омерзительной ухмылкой сказал человек в сером.
— Во-первых, меня зовут Расти, — скривившись сказал юноша. — Во-вторых, я вижу тут только сумасшедшего калеку, невнятно бормочущего какой-то бред.
Расти с беспокойством поглядел на Гиата. Тот очень тяжело дышал и не открывал глаз. Моран не отрывала пристального взгляда от калеки, в памяти её оживали события минувших дней…
— Так ты жив, тварь! — взревела Золотая. — Ты, мерзкая тварь, я нашла тебя, когда ты вырезал плод из чрева беременной женщины! Ты смеешь обвинять меня… Я виновна лишь в том, что убила бандитов, которые творили редкостные мерзости! Я думала ты сдох вместе с остальными, отвратительный червь!..
Моран не на шутку разозлилась. Калека попытался спрятаться за спинами воинов. Те грозно ощерили на Моран мечи.
— И вы, орден Святого Рыцаря, общаетесь с таким отребьем?! — разъяренно рявкнула дракониха. — Может, в ваши ряды только таких и принимают?! Орден Тупоголового Барана!..
— Успокойте её! — крикнул побледневший человек в сером.
Кто-то из ребят помоложе вскинул арбалет, целясь в Леди.
— НЕТ!.. — заорал Расти, бросаясь к Моран.
Но стрела уже летела к цели. «Только после линьки, моя Леди… Слабая чешуя, даже из плохого лука легко пробить…» — думал Расти, закрывая собой Моран… Его тщедушная фигурка немного могла закрыть всю дракону, но парень стремился защитить самое уязвимое — сердце дракона и выемку меж ключиц. В следующий миг арбалетный болт по самое оперение вошел в грудь парня.
Время казалось замершим. В фиолетовых глазах Моран отразился невероятный ужас. Расти стоял, раскинув руки, прижавшись спиной к бело-золотистой, мягкой как пух чешуе. Лицо мальчишки исказилось болью и он с тихим всхлипом упал. Коротко взревел Чёрный дракон. Вопль, вырвавшейся из груди Моран заставил всех почувствовать невыносимою боль. Крик проникал в разум и душу каждого, выжигая, выдирая сердце. Крик, лучше любых слов давший прочувствовать каждой стрункой души — она любит этого человечка сильнее, чем кто-либо может представить. Той всеобъемлющей, всепоглощающей и безусловной любовью, на которую способен лишь дракон. Только дракон мог одним звуком донести до каждого, даже глухого и нищего разумом столько информации. Любовь к человеческому юноше и невыносимое горе. Ненависть к обгорелому калеке, сопровождавшуюся очень яркими картинами прошлого.
Когда всё стихло, упал и заплакал выстреливший. Воины Ордена стояли бледные и растерянные. Каждый из них, а особенно остро почувствовал это глава Ордена, понял — дракон, способный ТАК дорожить человеком, не способен на такие зверские и чисто по человечески бессмысленные убийства… И открытая на несколько мгновений душа дракона, видная как на ладони, не умела лгать. Каждый, даже самый заядлый скептик, знал — души не способны на ложь. Быстро и деловито солдаты скрутили обожжённого калеку. Дернулся в сетях Гиат.
— Расти… — Моран наклонилась к нему. — Мой рыцарёнок… Что же ты наделал, мой дорогой мальчик…
— Леди… — со стоном позвал парень, обнимая узкую морду Золотой. — Мамочка, я не хочу умирать… Леди…
Вокруг было так тихо, что каждое слово слышалось очень отчётливо.
— Рыцаренок… Держись… Держись, я отнесу тебя в школу… Тебя обязательно вылечат… Держись, малыш, я же не смогу без тебя жить…
— Мамочка… не оставляй меня… мне страшно…
— Моран… — дрожащим голосом обратился к Леди подошедший ближе человек в сером. — Чем мы можем помочь? У нас нет лекаря, но я кое-что умею…
— Мама, не оставляй меня… — прошептал Расти.
— Отпустите моего сына, — тихо попросила Моран. — Он же ни в чём не виноват…
— Освободите дракона! — приказал воинам серый человек. — Позволь мне осмотреть его рану, Золотая.
Моран немного отодвинулась, от потерявшего сознание парня. Серый человек наклонился над ним и бегло осмотрел рану. Потом поднял взгляд на Золотую и покачал головой. Моран поникла, прикрыла потухшие фиолетовые глаза и шепнула:
— Исполните свой чёртов приговор. Я не смогу жить без этого мальчишки…
— Прости, Золотая Моран… — ответил человек в сером. — Все обвинения с тебя сняты.
Серый человек поднялся на ноги, Моран поникла ещё сильнее, и впервые в жизни люди увидели как плачет дракон. Арбалетчику, пустившему злополучный болт, захотелось перерезать себе горло.
Подошедший ближе Чёрный обнял Моран израненным крылом. Наклонился к умирающему парню.
— Тебе очень дорог этот мальчишка? — мягко поинтересовался дракон. — Ты готова отдать за него самое ценное?
