Стремящаяся Ввысь - страница 48
— Да куда ж вы прете, уроды!.. Получайте, твари! На! Нравится? Не нравится? Да на тебя я даже огненного шара не пожалею, такая красавица!
Огромные зубы лязгнули совсем близко, и рассыпались пеплом. Я отступила еще дальше в тень утеса. Может быть меньше свободы движений, зато меньше возможность подскользнуться на осклизлых краях уступа, щедро политых зеленой дрянью.
— Врешь, не достанешь! У-у… Козлина, куда прешь?! Не видишь, ты мне не нравишься?!
В сердце к доблестному рыцарю Эд'хе потихоньку начал просачиваться страх. Уменьшения количества нежити я не наблюдала вообще, хотя и отправила в пропасть не один десяток тварей. Наверно я впервые почувствовала, что такое безвыходная ситуация.
Одна. Против сотен враждебных мне тварей. С закончившейся магией и иссякающими силами.
— Достали! — еще один удар меча снес ломанное крыло нежити. Та попыталась зацепиться за край уступа, но я с силой пнула ее в безглазый череп и она с воем полетела вниз. Я отогнала еще трех, прежде чем заметила, что отрубленное крыло, валявшееся рядом, конвульсивно дергаясь, пытается ко мне поползти. Волна отвращения затопила меня с головой, отчего я, с силой отшвырнула его прочь, вниз.
Отчаяние потихоньку подобралось и вдруг молотом бухнуло по голове. Ведь впереди меня ждала милая участь в виде дележки одной меня между всеми этими… существами.
Я ведь даже защиту поставить не могу, ее тут же пробьют! Да и сил нет…
Еще одно существо полетело вниз, обрызгав напоследок мне лицо зеленой жижей.
Это было последней каплей.
" Хнэт! Хнэт! Хнэт! Хнэт! Хнэт! Не хочу помирать!!! Не хочу!!!"
Свободной рукой я потянулась к шее и схватила всю горсть амулетов, висевших у меня на шее
Тварь как будто в замедленном темпе летела ко мне. Я замахнулась мечом.
Сила пришла внезапно. Огромная, разрывающая меня сила до верхов заполнила весь резерв и выплеснулась наружу. Сверкавшим молниями куполом разошлась вокруг меня.
Вой нежити усилился, а потом исчез.
Вместо него я услышала грохот сверху.
А потом наступила темнота.
* * *
Сзади послышался громкий многоголосый вой и оглушительный грохот. Ворон, скакавший спереди, решительно повернул Ветра назад.
— Стой, дурак! — Ирбис перегородила ему путь.
— Пропусти.
— Нет. Тебе туда нельзя.
— Ирбис, — мужчина тяжело посмотрел на сестру. — Неужели ты думаешь, что со мной, со мной! Что-то может случиться?! Не дури.
— Я поеду с тобой!
— Еще чего не хватало!
— Поеду!
— Нет, Ирбис. С тобой то как раз много что может случиться!
— Давайте так. — Шакал флегматично прервал начавшуюся было ссору. — Вы едете за Айри, а я нахожу пещеру и готовлю еду. И Стальную возьму с собой, чтоб не путалась.
Оборотень попыталась что-то возразить, но Ворон молча тронул дакета и Снежинка сама ушла с дороги. Ирбис тяжело вздохнула и последовала за братом.
Тишина, встретившая их, резала уши после того бедлама, который тут был около двух часов назад. Там, где они оставили Айри, уступ перегораживала большая куча снега с маленькими вкраплениями камней. Ирбис, ехавшая сзади, заметила как напряглась спина брата, увидевшего это.
— Что она тут натворила?! — Ахнул он и соскочил с коня. Камни на краях уступа были скользкими ри зеленого подобия крови нежити, но самой ее не наблюдалось. А в ущелье все скрывал милосердный туман. Ворон посмотрел в ущелье несколько мгновений, а потом начал решительно раздеваться.
— Ты что делаешь? — Ахнула оборотень.
— Стой здесь, никуда не отходи.
— Ворон, ты что…
— Превращаюсь, что, не видно? — огрызнулся золотокожий. Нательная рубашка легла Ирбис на руки. Кожа Ворона вспыхнула ярким золотом, потом чернотой и… за спиной материализовались огромные черные крылья.
"Совсем черные" подумалось Ирбис.
— Стой тут, никуда не шагом.
— Тебя могут почуять!… - но Ворон уже распахнул свои черные полотнища и спланировал вниз.
Несколько минут показались Ирбис вечностью, но, брат снова опустился на камень уступа, меняя ипостась.
— Что там? — жадно спросила девушка.
— Айри нет. Нежити всего несколько тел. Будем надеяться, что она в завале, а не под водой. — Процедил Ворон сквозь зубы и, быстро одевшись, начал отбрасывать снег в ущелье. Им еще надо было найти в снегу, завалившему около десяти метров дороги, фигурку девушки. И они очень надеялись, что живой.
Разгребать снег оказалось занятием совсем не легким. Они отгребали и сбрасывали снег в ущелье, отвоевывая у маленькой лавины сантиметр за сантиметром. Медленно, но верно, завал начал сужаться.
— Вот она! — Воскликнула Ирбис, сосредоточенно вырывая из снега кисть в кожаной перчатке. Вскоре вся девушка была выкопана. Видимо, она успела закрыть лицо руками и так и осталась в странной скрюченной позе.
— Жива. — облегченно вздохнул Ворон, прощупывая пульс.
Снег и холод работают быстро. За то время, которое Ворони Ирбис потратили, чтобы раскопать девушку, она вся побелела. Припорошенные снегом волосы застыли в странную, взбаламученную прическу, заиндевели ресницы, посинели руки и лицо. Она дышала, но уже как-то угасающе, через раз.
— Сейчас мы ее согреем. — Пробормотал Ворон. — Помоги мне.
— Что ты собираешься делать?
Брат ее не слушал. Он расстегнул на себе все куртки и рубашки вплоть до золотистой груди. Потом раздел бесчувственную девушку, оставив на ней только нательную рубашку, перчатки и штаны с сапогами. Благо, кожаная куртка не дала влаге проникнуть внутрь и рубашка была сухая. Ворон посадил ее в седло к Ветру и сел сзади.
