Шасса - страница 106
— Однако мой отец был ослеплен любовью. Он не посмотрел, что этот брак откровенно порицали его собственные родители, он заключил союз с Иссидой. Они жили в любви и согласии вплоть до второй кладки. После того, как на свет появилась я, мои родители горько раскаялись в том, что когда-то одели брачные браслеты. Я не знаю почему, но мое рождение произвело такой фурор, что некоторые советовали закопать меня, пока я еще нахожусь в детском возрасте. Однако за меня вступился мой пра-пра-пра… в общем, очень далекий дедушка. Он и поныне жив, если тебе все еще интересно, — я поспешно кивнул, захваченный рассказом.
— Так вот. Меня не умертвили, отдали на воспитание дедушке. Некоторое время я жила в его пещере… Однако через год он заявился в клан со мной на руках и поселился здесь вместе со своей женой. Воспитание мое он полностью взял на себя, научил меня почти всему тому, что я знаю сейчас. Все основы дедушка преподавал мне еще в раннем возрасте, позже я лишь отточила их и узнала особо интересующие меня науки несколько глубже. Однако прямо перед одним событием он улетел, потому что его клану угрожала опасность. Вместе с ним ушла моя бабушка. Он подарил ей долгую жизнь, поэтому она живет вместе с ним в горах Сумеру. Это на западе Темной Империи.
Итак, настал поистине великий день для меня — я должна была выпустить огонь на свободу. В данном случае я могла выбрать два варианта — либо я испепелюсь, не выдержав напряжения, либо останусь жива и смогу пользоваться своим огнем. Впрочем, последний раз шассы не справлялись тысячу лет назад или чуть больше.
Сай замолчала. Она смотрела сквозь меня, вновь переживая эти события. Я не спешил напоминать ей о рассказе. Однако через минуту другую она сама опомнилась и вновь заговорила:
— Пришли Охотники. Многим так и не удалось сбежать, однако почти половина клана и даже чуть больше уцелели. Теперь они либо раскиданы по другим кланам, либо находятся в Тайси'Эн'Свараш'Шессе. Скорее всего, детей отправили в дружественные кланы, а взрослые и семьи отправились в столицу.
На этом она замолчала. Закрыв глаза, она явно предавалась своим воспоминаниям. Я вспомнил, что Найт спрашивал меня о том, чтобы я узнал у Саишшы, что тогда произошло на том уступе.
— Сай… Возможно, тебе неприятно об этом вспоминать и говорить… Но скажи мне — что случилось тогда на горе? Чьи скелеты там лежат?
Она открыла глаза и посмотрела так, что мне показалось, будто она заглянула мне в душу. Она помассировала виски.
— Понимаешь, Сим… Как ты знаешь, я могу зажигать огонь — он внутри меня, поэтому мне не нужно беспрерывно есть, чтобы поддерживать такую массу тела и не умирать с голоду через час после трапезы. Он греет меня зимой и не дает замерзнуть. Благодаря нему я могу управлять мертвыми без заклинаний. Благодаря нему я могу использовать вербальную магию. Благодаря нему я могу ходить в Потусторонний мир. Ну и, конечно, он служит защитой — фаерболы еще никто не отменял. И еще с косвенной помощью огня я могу опознать своего Повелителя.
Однако огонь так просто не удержишь. И иногда у шасс случаются… всплески. Так это называется. Когда огонь вырывается наружу и испепеляет все вокруг. Когда такое случается, мы не можем им управлять, кроме того, это большой стресс, и некоторое время после этого мы не можем пользоваться даже искрами, оставшимися в нас.
Обычно всплески происходят либо из-за того, что шасс очень сильно испугался, либо оттого, что ему очень приятно, — на этом месте она смутилась, — либо из-за того, что он испытывает сильные эмоции. Все равно какие — от любви до ненависти. Однако, сам понимаешь, что бывает чаще. К тому же, всплески, «основанные» на любви и удовольствии не вредные. Тот, кто вызвал их, может гордиться собой, не у всех доходит до такой степени взаимопонимания.
Другое дело, если всплеск произошел от того, что огнем часто не пользовались. Однако и это не так опасно, как всплески от страха. Тогда вырывается весь огонь. Он растекается либо вверх — если шасс в последний момент успеет его туда направить, — либо волной бежит по округе. Он неуправляем и относительно безвреден только для очень близких шасс — тех, кого оберегаешь автоматически.
Я уже догадался, что произошло, но Сай решила рассказать мне все:
— Тогда к нам пришли Охотники, а я как-раз была на Полигоне — с минуты на минуту у меня должен был произойти всплеск, и после него я могла бы управлять огнем. Но так получилось, что огонь усилился ненавистью и страхом, потрясением от смерти брата — все это смешалось в гремучую смесь, и в результате получился целый катаклизм. Огненный дождь, пепел и смерть, буря из пламени! Кстати, чтобы ты знал: мое имя так и переводится — пепел и смерть. Хотя интерпретаций много.
Рассказ был закончен на такой… неожиданной ноте, что я некоторое время оторопело молчал — настолько сильным был контраст между трагической историей детства и значением имени. Впрочем, я быстро пришел в себя.
— Сай… — я не знал, что здесь можно сказать, но сердцем понимал — сказать что-нибудь надо, — Не расстраивайся. Что было, то прошло. Я же с тобой, — сам понимаю, что звучит это неуклюже. Но ничего другого придумать не могу!
Саишша только вздохнула и быстро поцеловала меня в губы, тут же отстранившись. Я потянулся к ней — мне понравилось. Шасса не отстранялась — пора бы уже перестать называть ее так, не правда ли? — и в итоге мне было дозволено покрывать поцелуями ее плечико. Я поднялся выше нашел ее губы и… отвлекся от действительности на несколько минут.
