И осталась только надежда - страница 53
Воспользовавшись лифтом, спустился на ярус вниз, в генные лаборатории. В последний миг передумал и отменил команду на открытие шлюза.
Я не собирался щадить самолюбие ВиктОра, но мое неожиданное появление каждый раз становилось поводом для очередного приступа депрессии, когда у него из рук все падало, а в голове билась только одна мысль: чем он меня прогневал? Работы над проектом еще не закончились, и я посчитал более выгодным сберечь его душевное равновесие.
На десятом мне делать было нечего, Сэнши и сам обеспечивал идеальный порядок. Те несколько раз, когда я пытался застать его воинов врасплох, оставили у меня двоякое впечатление. С одной стороны, все абсолютно точно соответствует моим требованиям, с другой… они беспрекословно подчинялись ему, но дистанция, которую держали при этом, была слишком большой. Тогда впервые и появилась у меня та мысль, что мы с ним в чем-то похожи.
В одиночестве, которое стало нашей судьбой.
Лифт замер на одиннадцатом. Створки дернулись, пропуская внутрь яркий свет, но я даже не шевельнулся. Обманка была довольно наивной, но могла стать действенной.
Для тех, кто не знал схемы базы, открывшийся коридор с мощными щитовыми створами вполне мог ассоциироваться с обычным ярусом. К тому же, символ на пульте, которым я воспользовался, был не последним, за ним следовало еще четыре. Стандартные пятнадцать уровней, как на всех прайм-базах даймонов во внешних мирах.
Да только здесь мне казематы были не нужны, и вторжения я не планировал, чтобы увеличивать численность своих воинов. Как только будет активирован управляющих кристалл Храма, власть в этом мире и без того станет моей.
Портал вспыхнул неожиданно. Только не для меня. Прежде чем заклубился серый туман перехода, дохнуло извечным холодом Хаоса. Один шаг в непроницаемую тьму и я вышел у блока накопителей. Даже сквозь мощные щиты блокираторов чувствуется мощь, способная не только разорвать пространства, открывая пути, но и уничтожить то, что называют колыбелью веера.
Надеюсь, Лера….
Ее образ становился навязчивым, но в этот раз он возник весьма своевременно. Уверенность Туорана в том, что она на Земле, передалась и мне.
Я не доверял ему, но только не в этом вопросе. Его самонадеянность позволила заподозрить возможность игры, которую он вел со мной, но открыто выступать против меня, было еще рано. Если команда, которую он привел с собой, и поддержит его, Сэнши со своими воинами легко расправится с недовольными. К тому же, он не меньше меня заинтересован в том, чтобы добраться до преобразователя вероятностей.
Еще один короткий портал, чтобы попасть в зал, уменьшенную копию главного зала резиденции ялтара на Дариане. Два цвета: черный и белый. Колонны, искрящийся мрамор пола, возвышение, на котором в дни приемов устанавливалось кресло правителя.
Набиру отлетело к стене, меч, чуть слышно издав песню будущих побед, выскользнул из ножен.
Это было единственное место во всех мирах, где я не ощущал своего одиночества, где чувствовал себя едва ли не счастливым, где позволял возникать шалой мысли: а стоит ли все остальное этих мгновений, когда я остаюсь наедине со своим оружием? Я, оно и… невидимый противник.
Лезвие рвало воздух на куски, рисовало неповторимый узор, увлекая за собой тело. Выпад, он блокирует удар, но я хитрее и кинжал, неожиданно появившийся в моей руке, касается открытой кожи.
Но бой не окончен, он успел уклониться и клинок лишь глотнул его крови, не успев испить ее досыта. Я отступаю, заманиваю, открываясь.
Мой партнер по этому танцу ни в чем не уступает мне. Его губы не трогает самодовольная улыбка — он не торопится воспользоваться моим приглашением, ведя свою игру. Он также, как и я, ждет, кто первый совершит фатальную ошибку, после которой будет только один итог — смерть проигравшего.
Азарт пропал неожиданно для меня самого. Я пришел сюда сбросить напряжение, избавиться от дум о Лере, а вместо этого вновь и вновь возвращался к ним.
Мрамор колонны, к которой я прижался пылающим лицом, был приятно прохладным, но и ему не дано было усмирить никак не утихающий огонь.
За два года она ни на мгновение не пропадала из сферы моего внимания.
Я знал каждый ее шаг. Я мысленно провожал ее ко сну, не испытывая ни тени ревности к тому, кого она называла мужем. В отличие от меня, он считал себя живым, я же… я не мог ревновать к тому, чье существование прервется нашей встречей.
Я вместе с ней наслаждался рассветом. Она любила нежиться в постели, но я надеялся, что она вместе со мной ощутит притягательность первых мгновений начинающегося дня.
Я видел, как она играла на лужайке с детьми, и догадывался, в чем будет самая большая трудность. Ей нельзя было доверить нашего с ней сына, она так и не поняла, что воина воспитывают с самого рождения.
Утихшая было ярость, разгоралась вновь. Будь жив отец, я бы не сомневался, кто помогает ей скрываться. Но он был мертв, а я не видел среди окружавших ее существ игрока его уровня, который был бы способен прятать женщину от меня.
Не находящее выхода неистовство душило, заставляло рычать и искать крови, которая бы хоть ненадолго, но утолила мою жажду.
Мысль о бывшей правительнице появилась весьма вовремя. Даже если не сдержусь и убью….
Она удовлетворяла мою плоть, но не могла облегчить душу.
Вернув меч в ножны, и подхватив набиру, открыл портал прямо в собственный модуль.
Замер на пороге спальни, ощутив, как вскипает кровь. Раскинувшаяся на кровати женщина, едва прикрытая простыней, была одновременно столь же хороша телом, сколь отвратительна своим прошлым.
