Дело Белки - страница 32
– Ах, вот вы о чем! – Кубера показался мне несколько разочарованным. – Так бы и сразу сказали, что хотите вернуться к существам, которые вас так беспардонно используют.
– Они меня используют?!
– А вы что, сами не догадываетесь? Я догадывался. С самой первой минуты моего знакомства с защитниками мной помыкали, надо мной смеялись, поручали мне то одно, то другое нелепое задание. Теперь же и вовсе бросили на произвол судьбы в краю, откуда я понятия не имел, как выбраться.
– Не отчаивайтесь, юноша! – прервал поток моих гневных мыслей индийский гость. –
Все это для вас уже в прошлом. Река времени разделила вас с этими неблагодарными существами на два, а то и на три дня. Зато теперь у вас есть я – свой собственный дружески настроенный бог.
– И что ж мне теперь на вас, молиться что ли? – огрызнулся я.
– Не помешало бы! – усмехнулся Кубера. – Но попозже, когда мы с вами найдем украденную белку, чтобы вы могли утереть нос всем своим обидчикам. Идет?
– Идет, – удивленно протянул я, еще не веря такому счастливому повороту событий.
– Вот и договорились, – подытожил наш разговор бог, одарив меня честным открытым взглядом расположенного посредине лба глаза.
– Спасибо, – искренне поблагодарил я нового союзника.
– Пока еще не за что! – улыбнулся он в ответ. – Позже скажете, когда я вас накормлю. От этого предложения мой рот мигом наполнился слюной, а в животе заурчало так, словно в меня поместили десяток мурлыкающих кошек.
– Никуда не уходите! – предупредил бог и плавно воспарил на самой огромной из своих подушек.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Едва Кубера скрылся в облаках, я поспешил осмотреть Хана. Похоже, божество меня не обмануло. На вид узбек просто спал. Черты его лица были расслаблены, дыхание казалось ровным. Тем не менее, я решил на всякий случай пощупать пульс егеря, и едва не поплатился жизнью. Стоило мне попытаться добраться до его запястья, как из груды подушек подняла голову самая настоящая живая кобра.
Возможно, подобные чувства и не подобают защитнику животных, но змей я ненавижу. По омерзительности они в моей личной шкале занимают третье место – сразу после тараканов и гаишников. Однако по страху, который вызывают, безусловно, стоят на первом. Увидев эту тварь в непосредственной близости от своего носа, я резко отскочил назад и, споткнувшись, грохнулся на спину. Боль была, что надо. Мне словно вилку воткнули в поясницу. Но были в моем падении и плюсы. Как раз под правой рукой у меня оказался подходящий увесистый кусок гранита с острыми зазубренными краями. Я сразу же вцепился в излюбленное орудие пролетариата и приготовился бросать им в кобру. Увы, это было не так-то просто сделать. Лежащий рядом со змеей Хан был куда более крупной мишенью и, метнув свой убийственный снаряд, я скорее угодил бы в егеря, чем в изящную, гибкую рептилию. И вдруг кобра заговорила:
– Слышь ты, брось булыжник! Голос у змеи оказался таким же отвратительным, как и она сама – шелестящий, с присвистом, как будто говорящий одновременно пытается высасывать содержимое устрицы. Тем не менее, сам факт того, что кобра заговорила, был столь неожиданным, что я и впрямь чуть не выронил свое оружие. К счастью, я вовремя опомнился и сумел покрепче сжать пальцы.
– Понятно! – оценила ситуацию змея. – По-хорошему мы не понимаем.
Рептилия стремительно скользнула в изголовье лежбища, на котором безмятежно спал мой напарник, склонилась к его шее и, блеснув кривыми шипами ядовитых зубов, заявила:
– Предупреждаю! Не бросишь каменюку, я его укушу! Мне сразу вспомнились многочисленные злодеи из просмотренных боевиков. Точно
также они требовали у какого-нибудь незадачливого полицейского бросить оружие, а когда тот выполнял приказ, убивали и его, и заложника. Впрочем, бывало, что в этот момент на сцене появлялся еще и главный герой. Тогда он только делал вид, что готов расстаться с пистолетом. Однако в самый последний момент ему удавалось вскинуть ствол и всадить злодею пулю прямо между его безжалостных глаз. Увы, в этой ситуации я не чувствовал себя не то что главным, а даже на простого героя не тянул. Вместо этого я попытался потянуть время.
– Эй, ты! – начал я как можно более сурово. – А откуда мне знать, что ты не укусишь его, после того как я брошу камень?
– Хм… Похоже, мой вопрос заставил кобру задуматься, что разом перевело ее из ранга закоренелых кинозлодеев в разряд запутавшихся в жизни неудачников.
– Ну? – решил я надавить на рептилию, в переносном смысле, конечно. – Поторопись. Мне нужны гарантии!
– Зуб даю! – неожиданно нашлась кобра и, мгновение помедлив, добавила: – Ядовитый! У меня складывалось ощущение, что змея, действительно, не имела ничего против моего напарника, и я рискнул.
– Ладно! Но если что, пеняй на себя. Сдам в Дарвиновский музей на чучело! – сказал я и разжал пальцы. Камень беззвучно погрузился в толщу одной из подушек. Я понятия не имел, делают ли в Дарвиновском музее чучела из кобр или, наоборот, из тех, кто предлагает убить представителя этого весьма редкого на сегодняшний день вид рептилий, но мне надо было хоть как-то продемонстрировать, что даже без камня я остаюсь хозяином положения. Видимо, кобра приняла заявленные правила игры, потому как сразу же отползла от Хана и мирно, если такое слово вообще можно употребить по отношению к змее, свернулась кольцами на краю его лежбища.
– Теперь рассказывай! – приказал я рептилии. – Кто ты? И откуда взялась?
– Ты что сам не видишь? – прошелестела змея. Она была, по-своему, права. Но стоило мне это признать и перестать на нее наезжать, как я скорее всего тут же обратно впал в панику.
