Младший вовсе был дурак - страница 49

И то хорошо. Из «Правил» я узнал, что в Бюро приходят не только обычные люди, орки и гоблины, но, случается, и короли, принцы, вельможи, маги и прочая аристократия, для которых уже одно то, что они тебя заметили, знак величайшего одобрения. Спрашивать о вампирах у толстяка смысла не было, поэтому я оглядел потолок в поисках летучих мышей, в которых могли преобразоваться Энис и Дэнис, а потом прошел ко второй двери, ведущей во внутренние помещения Отдела. Если толстяку охота дожидаться аудиенции, пусть ждет, а мое дело не требовало отлагательств, об этом явственно заявили окоченевший нос и озябшее тело.

Внутренние помещения выглядели не так роскошно, как приемный зал, зато здесь чувствовалась индивидуальность обитателей. Энис оклеила свою половину темно-синими обоями со светящимися ультрафиолетом лилиями, половина Дэниса была выдержана в строгих серых тонах.

— Энис! — позвал я. — Дэнис! Вы где?

— Мы заняты, — донесся откуда—то из глубины коридоров голос вампира.

— Пусть зайдет, — возразила Энис. — Сергей! Заходи! Люциус сообщил, что ты придешь!

— Никаких "заходи!". Мы заняты! Дело вселенской важности! Он будет мешать!

— Не будет. Пусть заходит. Сергей, пройди вперед, второй поворот налево, пятая дверь.

Я старательно выполнил инструкции. Интересно, что за вселенская важность? Из-за этого дела вампиры заставили красножилеточного толстяка ожидать в приемной зале, а меня, обычного человека, пригласили.

Пятая дверь второго поворота налево вела в туалет. Одетый в черные лосины и снежно-белую рубашку Дэнис стоял на коленях рядом с унитазом и копался в бачке. Энис сидела на невидимом стуле, закинув ногу на ногу ровнехонько над бачком. Она держала черный бархатный камзол молодого человека, украшенный стразами, край ее белоснежного платья касался головы вампира, отчего тот смешно дергал плечом.

— И это дело вселенской важности? — улыбнулся я.

— Именно, — буркнул Дэнис. — Уборная — самое важное помещение любого здания. Не согласен?

— Может быть. Но починка бачка вряд ли важнее посетителя, который сейчас сидит на диване.

— Подождет, — Дэнис обернулся ко мне. — Кстати, приятно познакомиться.

Улыбка на моем лице застыла, словно приклеенная, я не мог пошевелиться, не хотел, чтобы не спугнуть очарование момента. Вампир был очень красив. Бледная кожа, карие глаза, аристократические черты лица, от Дэниса веяло утонченностью, изысканностью, но в то же время властью. Он очаровал меня, загипнотизировал, оплел липкой паутиной соблазна и желания. Вопрос пола исчез, стало безразлично, что Дэнис — парень, мне до дрожи в пальцах захотелось подойти к вампиру и…

— Болван, — констатировал Дэнис. — Сестра, дай ему амулет.

Я перевел взгляд на девушку и понял, что пропал. Утонул в темноте зрачков, окаймленных голубыми, словно мечта идиота, радужками, погрузился во тьму, в голове одна за другой вспыхивали соблазнительные картинки, где Энис маняще улыбается и грозит пальчиком, ее длинные светлые волосы развеваются на несуществующем ветру, а губы призывно шепчут "иди ко мне!".

В реальности девушка наклонила голову на бок, секунды три смотрела на меня, а потом расхохоталась. От ее смеха по спине побежали сладостные мурашки. Энис вытащила из уха крохотную золотую сережку с алой каплей рубина, бросила мне и произнесла:

— Силой горя, силой беды против людской молвы стану таким, как ты.

— Кровь живая, кровь мертвая, разницы нет, разница стертая, — закончил заклинание Дэнис.

Я очнулся. Заговоренная сережка вобрала в себя силу вампирского зова, очарование начальников Отдела квестов пропало, и парочка мгновенно утратила колдовскую привлекательность. Дэнис оказался обыкновенным парнем с бледной кожей, длинными клыками и чересчур женственным лицом; над правой бровью виднелся тонкий шрам. Энис тоже больше не казалась идеальной, хотя я не смог бы сказать точно, что изменилось.

— Я идиот, — признался я. — Пошел к вам, не подготовившись.

— Ничего, — Энис явно было приятно получить очередное подтверждение силы своего зова. — Носи с собой сережку, и никаких конфузов не случится.

Я покраснел и был готов провалиться сквозь землю. Если бы Энис задержалась с амулетом, я набросился бы на нее или на ее брата… Нет, положительно я идиот. Нужно было прочитать "Историю вампиризма". Я положил сережку в нагрудный карман и даже подумал о том, не проколоть ли ухо, чтобы амулет всегда был со мной.

Дэнис потянулся к бачку, а потом поднялся и со злостью пнул его.

— Дурацкая техника.

— Вызовите сантехников, — посоветовал я, обрадовавшись смене темы.

— Они не придут, — хохотнула Энис. — Видел табличку над дверью? Боятся нас.

— Так снимите. Зачем вы вообще ее повесили? Разве Бюро не борется всеми силами с предрассудками относительно сущностей? А вы выставляете свои, — я чуть было не сказал «клыки», но вовремя прикусил язык, — отличия напоказ, возводите преграду.

— Это специально, — буркнул Дэнис. — Не хочу, чтобы сюда лезли все, кому не лень. Если убить страх, появится любопытство, и сюда нагрянут толпы туристов. Тоже мне развлечение — пара вампиров.

Он оскалился, и я невольно отступил на шаг назад. Все же клыки — не слишком приятное зрелище, и точно не располагает к дружеской беседе с их обладателями.

— Ну все, — Энис плавно опустилась на пол, — поиграли и хватит.

Она сделала сложный пасс рукой, и в бачке зашумело.

— Думаешь, я бы не справился? — обиделся вампир.

— Справился, но предварительно сжил со свету меня и Сергея. Тебе уже сказали, чем будешь заниматься? — спросила девушка меня.