Кузница Тьмы (ЛП) - страница 65
Глава отряда подошел к Орфанталю. - Я Харал. Не надо называть меня сиром, ведь я незнатен. Охранять торговцев - все, что я умею.
- Тут есть бандиты? - удивился Орфанталь.
- В холмах вокруг Оплота Тулас иногда бывают. Отрицатели. Ну, ты будешь в палатке Грипа - того, кто заботится о твоей лошади. Ему можешь доверять, а вот некоторым здесь погоди. Негоже им спать с мальчиком по ночам, пусть ты благородных кровей. Некоторые не любят тайн, на них нельзя положиться. Понял?
Орфанталь не понял, но кивнул.
- Но работа им нужна, так что со мной схлестнуться не захотят. Вот почти всех своих солдат я потерял. Ушли дом-клинками к Драконсам. Я сам пошел бы, - добавил он, устремив усталый взгляд на высокие черные стены крепости. Одинокий стражник сидел на скамье у ворот и вроде бы следил за ними. - Моя последняя поездка.
- Ты был солдатом, Харал?
Мужчина глянул на него. - В моем поколении мало кто не был.
- Меня зовут Орфанталь.
Гримаса исказила грубое лицо. - Зачем она так?
- Кто, как?
- Твоя мать. Это диалект йедан - священный язык монахов. Его еще называют трясским.
Орфанталь пожал плечами.
Один солдат, что склонился, раздувая костер - он явно слышал их разговор - фыркнул. - Это значит "нежеланный", паренек. Теперь понятно, почему тебя сплавили в Харкенас.
Харал обернулся к подчиненному: - Буду рад списать тебя из отряда, Нарад. А пока сиди и не раскрывай рта.
- Отлично. Пока я терплю твои приказы, Харал, но ты сам сказал - недолго еще.
- Он неправильно толкует, - пояснил Харал Орфанталю. - Смысл более темен. Скорее "нежданный".
Нарад снова фыркнул.
Тяжелый носок сапога врезался Нараду в висок, брызнула кровь. Потемнев лицом, Харал молча встал над извивавшимся мужчиной. Схватил за длинные грязные волосы и поднял голову, чтобы поглядеть Нараду в лицо. Ударил кулаком, разбив нос. Второй выпад был так силен, что Орфанталь даже сквозь кровь разглядел белые зубы, показавшиеся через рассеченную губу. Харал бросил потерявшего чувства мужчину наземь и отошел, не удостоив и взгляда.
Остальные замерли. Через шесть ударов сердца один встал и оттащил тело от дымящего костра.
Орфанталь едва мог дышать. В груди словно стучал кулак. Он заметил, что дрожит, как охваченный лихорадкой.
Грип оказался рядом. - Тише, - шепнул он. - Дисциплина, вот и всё. Нарад давно нарывался. Мы все знали, что будет и, видит Бездна, не раз предупреждали дурака. Но у этого пса слишком мало мозгов, чтобы знать свое место. Рано или поздно таких нужно пинать, и посильнее.
- Он умер?
- Вряд ли. Если не очнется до утра, тут и бросим. Выживет или помрет - его забота. Он словно всем в лицо плюнул... будь по мне, поджарил бы его на чертовом костре. Ну-ка, давай покажу, как ставить палатку. Такие умения однажды могут пригодиться.
В уме Орфанталя безликий воин-предатель теперь нашел имя и лицо. Нарад, никому не нужный, живущий со шрамами под губой - словно жестокая улыбка, которую не скроешь.
Мастер оружия Айвис и его отряд выехали из холмов и увидели перед собой Оплот Драконс, тяжелую, подобную упершемуся в твердую землю кулаку громаду. Командир поглядел на скачущую рядом женщину. - Мы прибыли, миледи. Но, как вы можете видеть, лорда Драконуса в резиденции нет. Подозреваю, путешествие на запад займет еще несколько недель.
Заложница кивнула. Она ездила отлично, и все же со дня обморока выглядела хрупкой и слабой.
Айвис убедил ее снять все слои ткани, кроме необходимых для приличия; она оказалась изящнее и стройнее, чем он поначалу думал. Опытный взгляд определил, что она познала материнство - эти тяжелые груди и вся манера двигаться; разумеется, такое бывает, нежеланные дети быстро пропадают, отданные навек или растимые в отдаленных домах дальних родственников. И, по правде, не его это дело. Она отныне заложница Дома Драконс, отчаявшаяся мать семейства Друкорлас использовала ее дважды; Айвис решил, что должен хорошенько о ней заботиться.
- Комнаты вас уже ждут, - сказал он, когда они подъехали к воротам. - Если они не придутся по вкусу, только скажите, и мы всё исправим.
- Спасибо, капитан. Весьма любезно. А дом очень впечатляет. Он даже выше холмов.
- Лорд привез богатство в свою резиденцию.
- Откуда же он появился?
Айвис покачал головой. - Даже мы, слуги имения, не знаем точно. Леди Драконс выбрала его наследником. Сказала, он кузен. Так или иначе, - добавил он, - лорд отличился в войнах, тут никто не посмеет отрицать. Так, что удостоился взгляда Матери Тьмы.
- Весьма влюбленного взгляда, как я слышала.
- Насчет этого ничего не могу сказать, миледи. Но разве не уместно так думать?
Она бросила на него короткий взгляд, словно не понимая смысла сказанного, и улыбнулась.
Впереди открылись ворота; они въехали в тень под тяжелыми сводами. Айвис заметил, что Сендалат наморщила лоб, видя неведомые слова на камне, но расспрашивать не стала. Они проехали внутрь, во двор, где уже толпились слуги и конюхи. Выстроившиеся дом-клинки, все шестеро, громко выкрикнули приветствия. Айвис поморщился - в его отсутствие дисциплина ослабла. Он напомнил себе дать по ушам бездарным крикунам, когда заложница скроется в доме.
Он спешился, передал поводья груму и помог слезть Сендалат. Кажется, ее снова охватила слабость, внезапная как лихорадка; проявлявшееся в пути спокойствие исчезло.
Едва она встала на мостовую, слуги поспешили помогать.
- Миледи, - сказал Айвис. - В отсутствие лорда Драконуса вам будет служить домоправительница. Хилит, представься.
Пожилая женщина стояли позади всех, у каменных ступеней входа в дом; теперь она вышла, скованно поклонилась и ответила: - Заложница, приветствуем вас в нашем доме. Вижу, путешествие вас утомило. Ванна готова.
