Кузница Тьмы (ЛП) - страница 89
- Оттуда спускается карета, - сказал Грип. - В ней кто-то знатный. Юный. Как ты, Орфанталь. Не интересно?
Орфанталь пожал плечами.
- Когда госпожа в резиденции, она посылает хорошую еду и эль всякому, кто останавливается внизу. В доказательство своего благородства, понимаешь? Харал на это надеялся и был разочарован, но теперь снова полон надежд. Всем понравится свежая еда. И эль.
Орфанталь поднял взгляд на Харала, а тот деловито привязывал коня, пока остальные разбивали стоянку. - Может, она охотится на бандитов.
- Кто?
- Леди Оплота.
Старик потер шею - привычка, создавшая у затылка полосу грязи, которую, похоже, никак не удается отмыть. - Нет бандитов так близко к Тулла, Орфанталь. Через день, в холмах между этим Оплотом и Хастовой Кузницей - вот где мы будем рисковать. Но пока не тревожься. Ходит слух, что отрицатели получают больше денег, роя шахты ради олова и свинца и отсылая товар Хастам - гораздо больше, чем могут получить, подстерегая случайных путников вроде нас. Но запомни: работа в шахтах тяжела и я не хотел бы ею заниматься. Все дело в оценке рисков, верно?
Орфанталь покивал головой.
Грип вздохнул. - Сними седло и поухаживай за ней, пока мы готовим корм. У твоей клячи заболел глаз - слезы текут не от пыли. Старость не радость, такая вот истина.
Последние две ночи они не находили достаточно дров для костра, только раз приготовили чай и питались хлебом, сыром и копченым мясом, жестким словно кожа. Однако сейчас они разожгли сразу три костра, бросив последние кизяки и полив маслом. Когда поставили палатки и раскатали постели, подоспели посетители из Оплота Тулла.
Орфанталь закончил чистить лошадь и отвел в веревочный загон. Поглазел, как другие лошади приветствуют клячу, подумал, не простая ли это жалость, и пошел к кострам, где уже высаживались незнакомцы.
Он видел, как слуги выгружают древесный уголь и куски кизяка, перенося в фургон Харала; костры тоже были в окружении топлива. Знатная девочка стояла подле Харала, она была одета в темно-синий плащ из какой-то навощенной материи. Приближаясь, Орфанталь ощущал неотрывный взгляд черных глаз.
Харал кашлянул. - Орфанталь, родственник Нерис Друкорлат, это Сакуль из семьи Анкаду, сестра капитана Шаренас Анкаду, копьеносицы Легиона Урусандера в Битве на равнине Мишарн.
Орфанталь оглядел круглолицую девицу. - Ты заложница, как я?
- Гостья, - поспешил объяснить Харал, вроде бы обеспокоенный способным вызвать обиду вопросом Орфанталя. - Младшие Семьи обмениваются заложниками лишь с равными. Леди Хиш Тулла из Великих Семей, влиятельна при дворе.
Выражение лица Сакули не изменилось.
Орфанталь не мог определить ее возраст. Может, на год его старше или на год моложе. Почти одного роста. Взгляд почему-то заставлял его нервничать. - Спасибо, - сказал он ей, - Сакуль Анкаду, за дар пищи и общения.
Брови девочки поднялись. - Сомневаюсь, что ты набрался таких манер у бабушки, - сказала она презрительно. - Та не выказывала уважения к Легиону Урусандера.
Харал глядел смущенно и растерянно, и молчал.
Орфанталь пожал плечами. - Не знал, что моя бабушка обесчестила твою семью. Сожалею, если это так, ведь ты выказала милосердие в отсутствие леди Хиш Туллы. Благодарю от себя лично.
Наступило долгое молчание. Сакуль чуть склонила голову. - Орфанталь, тебе многому нужно научиться. Но этой ночью я воспользуюсь твоей невинностью. Оставим обиды старших в их неугомонных руках. Твои добрые слова меня тронули. Если в жизни у тебя будет нужда в союзниках, позови Сакуль Анкаду.
- Став великим воителем, - отвечал Орфанталь, - я буду рад видеть тебя рядом.
Рассмеявшись его словам, она указала на ближайший костер:- Присоединяйся ко мне, Орфанталь, будем есть и пить как грядущие на битву солдаты, и горе ожидающим нас врагам.
Смех вызвал в нем неуверенность, но приглашение это стало искрами на сухой растопке; она словно безошибочно разожгла его воображаемое будущее и готова была стать частью будущего. Теперь он вглядывался в ее лицо очень тщательно, воображая ее повзрослевшей, ставшей сильнее. Лицо рядом с лицом героя; спутница на годы, верная и надежная. Проходя мимо Харала и Грипа, Орфанталь ощущал, как это лицо проникает в душу.
Они действительно станут настоящими друзьями, решил он. А где-то впереди, смутный и туманный, однако полный черных помыслов, таится предатель.
Их оставили у отдельного костра, и поначалу это тревожило Орфанталя. Он привык к компании Грипа и считал старика кем-то вроде мудрого дядюшки или кастеляна. Но вопрос был в чистоте крови, и пусть род Анкаду из меньших, он все же находится много выше Харала, Грипа и прочих.
Орфанталь не видел в компании возчиков и охранников ничего, оправдывающего разделение классов. Грубость манер? Не подходит, ведь это, по разумению Орфанталя, свойство всех путешествующих; даже резкое обращение Харала с Нарадом объяснялось непослушанием последнего.
Но когда Сакуль уселась на походный стул напротив него, и слуги принесли оловянные тарелки с горами парящей еды, а также кувшины разбавленного вина - вместо эля, розданного у других костров - Орфанталь с удивлением осознал, что привык к спутникам по путешествию и начал видеть в себе одного из них, сироту, которого, разумеется, любят все и каждый.
Внезапное отличие стало нежеланным напоминанием о бессмысленных правилах этикета; он смотрел, как Сакуль соблюдает их с природной легкостью, и все бабкины уроки возвращались, неприятные как удары розог по спине.
- Орфанталь, - сказала Сакуль, подхватывая тарелку, - расскажи о себе. Но вначале, чтобы сберечь твое время, я скажу, что уже знаю. Родич Нерис Друкорлат, овдовевшей в войне - у нее была дочь, не так ли? Прежде заложница в Доме Пурейк. Однако я мало что слышала об ее родне за пределами имения. Нет, я считала, что эта кровная линия практически исчезла, словно на древнем и гордом некогда дереве лишь одна ветвь несет листья. Ты приехал издалека, значит - от некоего полузабытого родового отпрыска, с окраин Куральд Галайна.
