Зеркало Мерлина - страница 138

— Сэла… куда?

— Великая Леди, не беспокойся, они будут в безопасности!

Сэла встала, и Талахасси с благодарностью доверила сокровище ее протянутым рукам. Во всей Новой Напате не было более верной души, потому что весь мир для Сэлы был и оставался в Налдамак.

Талахасси не помнила, как она добралась до постели. Но когда она проснулась, в комнате было темно, горела лишь одна дальняя лампа. А рядом на стуле сидела Сэла и клевала носом.

— Сэла! — сказала Талахасси хриплым шепотом, и няня тут же наклонилась над ней.

— Ах, Леди, — она дотронулась до плеча Талахасси, где была повязка с мазью. — Ты пришла в себя?

— То есть?

— Ты говорила так странно, я не знаю этих слов. Я кормила тебя супом, поила вином, а ты как будто не узнавала меня. А твои бедные руки, твои ноги… Леди, что с тобой случилось?

— Я была пленницей… недолго…

Она говорила слова, которых Сэла не понимала. Стала действовать другая часть ее памяти. Она была Ашок… нет, еще кем-то. Кем? Талахасси! Значит, эта часть ее «я» не похоронена, как она опасалась.

— Как Кандис?

Лицо Сэлы омрачилось.

— Великая Леди, мне ничего не говорят. А с тех пор, как ты пришла, я не выходила отсюда. Тут есть девушка-служанка, она новенькая, поступила после того, как ты уехала из Напаты, но она из моей родной деревни и я могу доверять ей. Она принесла еду и сказала, что ходят слухи, будто Кандис погибла в пустыне, когда поднялся песчаный шторм. В городе об этом повсюду шепчутся. Но, — Сэла недоверчиво вздернула подбородок, — я этому не верю. Моя дорогая Леди мудрая, очень мудрая, и у нее были серьезные причины остерегаться даже тени, так что с ней были ее Присягнувшие-на-Мече 12 человек, переодетые придворными дамами и служанками.

Решай сама, мог ли ее коснуться вред? Я не считаю, что она погибла в шторме, скорее она хочет, чтобы так думали ее враги. Но что могло случиться с тобой, Великая Леди? Ведь мы считали, что ты спокойно живешь в Гизане.

Талахасси коротко рассказала о происшедшем. Сэла прямо шипела от негодования.

— Значит, есть тайный путь, и он выходит в эту комнату! Это зло, Великая Леди! Но ты спасла от беды Драгоценные Вещи, и когда Кандис вернется, все будет учтено!

Талахасси села. Ее усталое и разбитое тело протестовало против малейшего движения. Она не чувствовала себя в состоянии сражаться в одиночку с таким сильным врагом, как Касти.

— Не может ли та девушка, о которой ты говорила, добраться до виллы? Я не знаю, живы ли Джейта и Хериор…

— Живы, Великая Леди. Ты спала два дня и три ночи. Ты, похоже, не просыпалась даже тогда, когда я тебя кормила Так что ты не знаешь. Принц-Генерал со своей армией на северных дорогах. Он собрал все полки, в верности которых уверен. Я думаю, что он охраняет путь для Кандис.

А дочь Апедемека пришла к стенам Напаты и официально принесла пропуск. Ее видели многие. Но Храм закрыт каким-то подлым колдовством этого демона из пустыни, и никто ничего не знает о тех, кто внутри Храма.

Говорят, что принц Узеркоф тяжело болен, так что всем домом командует его жена. И никто не знает, где скрывается Касти и какое зло он замышляет.

Сэла с трудом отдышалась после этого потока слов.

— Нельзя ли послать письмо Принцу-Генералу?

— Великая Леди, на воротах какое-то удивительное колдовство. Они открыты, но никто не может в них пройти. И народ очень испуган. Но вот что странно, Леди… Я видела это собственными глазами, когда выходила на балкон посмотреть, не летит ли флайер Кандис…

— Что видела?

— Человек не может перейти через барьер, который поставил на ворота этот подлец, а животное может Ослик фруктовщика вырвался от своего хозяина, пока тот спорил со стражей, и прошел через ворота как ни в чем не бывало. Но когда хозяин хотел бежать за ним, у него это не вышло. А ослик ходил себе туда и обратно!

— Животное может пройти, — вслух размышляла Талахасси, — а птица?

— Птица летает высоко, — ответила Сэла. — Но разве животное может служить твоим планам, Великая Леди?

Голуби могли бы, подумала Талахасси, будь это в моем времени и под рукой нашлась бы подходящая клетка с тренированными птицами. Но ни ослик, ни даже лошадь, хоть и пройдут через ворота, не отвезут послания. Это была глупая и бесперспективная идея, однако мозг Талахасси цеплялся за нее.

Если бы можно было добраться до Храма, никакой проблемы не существовало бы. Там скрывалось несколько человек, настолько тренированных в Таланте, что они могли путешествовать вне тела. Один из таких людей мог бы дойти до Джейты и передать послание, тем более что их тренировка частично и предназначалась для таких случаев. Но, видимо, Касти предвидел это и поставил такой же барьер, как у клетки, в которой держал ее, и если бы не дух…

Дух… Акини!

Она повернулась к Сэле.

— Сэла, ты хорошо знаешь дворец и тех, кто в нем живет? Ты слышала такое имя — Акини?

Это имя подействовало на Сэлу, как неожиданный удар гонга.

— Акини! Великая Леди, ты знаешь об Акини? Его мать каждый день сидит во внутреннем дворе и ждет его. Она выплакала все глаза, но все еще не верит, что он исчез, не сказав ей ни слова. Он был носителем опахала при принце Узеркофе и в один прекрасный день пропал! Никто не знает куда, но только одна его мать не хочет верить, что он сбежал с варваром.

— С каким варваром?

— Один варвар пришел в Новую Напату с посланием к Кандис, но та уже уехала на север. По нашим законам, как тебе известно, он не мог оставаться в городе после трех закатов. Но принц Узеркоф принял его. Говорят, что варвару очень понравился Акини. Он предложил хорошую плату за то, чтобы Акини пошел с ним на побережье и разговаривал за него с теми народами, через чьи страны они должны проезжать. Но мать клянется, что Акини и не думал ехать с ним. Она умаляла офицеров Кандис узнать, что случилось с ее сыном.