Зеркало Мерлина - страница 241
— Теперь я думаю, мы стали ближе к тому дню, когда наш флот двинется на восток, — сказал Че, как бы радуясь этой мысли.
Рей вспомнил о своем путешествии к атлантам во сне — а был ли это сон? Для Че битва может стать победой добра над злом. Муриец всегда так говорил о ней, когда изредка упоминал в их разговорах о будущем. Но были еще лаборатория в башне атлантов и то, что затем было стерто из памяти Рея. Теперь ему очень хотелось вспомнить это, потому что воображение может исказить действительность, сделать ее страшней, чем она есть, а когда он пытался вспомнить то, что видел, в нем пробуждался дикий ужас.
— У них кажется есть новое оружие, — сказал он. — Странное оружие.
Че искоса глянул на него.
— Не имею права задавать вопросы, но ты говоришь так, словно знаешь что-то.
Хотя Рею не приказывали держать свой сон в секрете, он инстинктивно избегал говорить о нем. И Че впервые коснулся этой темы, хотя, правда, и косвенно.
— Я не уверен в том, что знаю, если вообще что-нибудь знаю, — сказал Рей. Он сказал правду, но понимал, что Че его ответ покажется уклончивым.
Че пожал плечами.
— Неважно. Приказ есть приказ.
Рей заколебался. Ему почти не за что было держаться в этом мире — только за дружбу с Че, и то их встреча была случайной. И если бы не симпатия к нему леди Эйе… Что, если он утратит даже то малое, что имеет? Но прежде чем он успел заговорить, слуги принесли ужин, и разговор перешел на мелочи дня.
Американец ел блюда, которые перед ним поставили, не замечая их вкуса, — просто он был голоден. Но через некоторое время он обратил внимание, что леди Эйе едва дотронулась до еды. Наконец она встала и подошла к краю террасы, вглядываясь в освещенный город за стеной сада.
— Долго ли это продлится? — спросила она тихо. — Мы переживем эту войну — так сказали нам храмовые предсказатели. Но рано или поздно Му придет конец. Может быть, не при нашей жизни и даже не при жизни наших внуков, но мрак будущего поглотит нас. И ты говорил, Рей, что в твое время о нас не знают. Атлантида пропадет, и человечество хоть смутно, но вспомнит о ней. Уйдет Му — и даже легенды не останется. Море покроет обе наши страны, поднимутся новые земли с новыми расами, не знающими закона, а то и вообще никаких законов. И все начнется сначала. Из диких орд возникнут нации, будут новые города, новые учения, новые сражения… Но нет конца беде, войне и злу. Ведь так?
Рей кивнул.
— Так.
— Ты говорил, что в твое время люди высаживаются на Луну, достигают других планет. Но они не могут победить войну, могут только нести ее дальше и дальше, и, может, когда-нибудь принесут даже на звезды. И что в этом хорошего?
— Ничего хорошего, — согласился Рей, — но…
— Но, — подхватила она его мысль, — это в натуре человеческого рода — то война идет внутри нас, то окружает снаружи. И пока мы не победим самих себя, мы будем нести зло с собой, куда бы ни отправились. Возможно, черные окровавленные пальцы коснутся даже света звезд. Но думаю, такие мысли бросает в наш мозг Тень, это она заставляет нас верить, что всякая борьба бесполезна, чтобы мы сдавались, не сопротивляясь. Мы выступим против Атлантиды, чтобы Тень не покрыла землю — нашу землю, в этом времени и месте. Му состарилась, Майякс и Уйгур тоже старятся, Атлантида гниет от зла. А что такое Бесплодные Земли, Рей?
— Великие равнины и лес… — Рей замолчал, вспомнив лес. — Деревья…
— Деревья? — переспросил Че, и Рей понял, что, видимо, сказал это вслух.
— Такие деревья, каких в мое время нет, — объяснил он. — По крайней мере, в этой части страны. Эта местность, я думаю, неблагоприятна людям. — Он понял, что разгадал какую-то часть тайны. Эта правда — лес не приветствует человека, противится ему, старается изгнать чужого.
— Однако это твоя страна, — сказала леди Эйе.
— Она станет ею. Теперь же она не для человека. Наверное, чтобы взять ее себе, человек должен будет сражаться с ней.
— Когда-нибудь — да, — уверенно сказала она.
Вошла Лисса, горничная леди Эйе.
— Посланец из цитадели. Солнцерожденные лорды должны явиться немедленно.
— Идите с миром, — леди Эйе протянула обоим руки. — Хотя я думаю, что у нас осталось очень мало мира, а это самое драгоценное из всего, что мы имеем.
Носилок на этот раз не было, только взвод охраны. В тишине боковых улиц звон мечей о доспехи казался слишком громким, но шум главной дороги его заглушил.
Ре Му сидел на троне в зале для официальных приемов, но из придворных сегодня здесь были только два Наакаля и отряд воинов. Эскорт Рея и Че отсалютовал обнаженными мечами, и звон металла заставил стоявшего перед троном человека бросить на пришедших злобный взгляд.
— Скамью для Солнцерожденных, — повелел Ре Му.
Два воина принесли узкое сидение для двоих. Правитель опять повернулся к стоящему перед ним человеку.
— В твоем разрешении говорится, что ты плывешь с зерном на западные окраины Майякса.
— Так, Великий.
Рей удивленно вгляделся в человека. Это был изменник из Уйгура, Рей мог бы поклясться в этом.
— Твой родной порт — Чен-Чель?
— Так, Великий.
Он был моложе, чем предполагал Рей. И в нем была какая-то уверенность — то ли обычное для человека, привыкшего к встрече с опасностями, умение держать себя в руках, то ли безрассудная решимость бросать вызов врагам, даже рискуя жизнью.
— Сколько лет ты плавал во флоте?
— Пять, как обычно, Великий. Я не Солнцерожденный, чтобы гулять по палубам только три…
Нет, не прикрытие, решил Рей. Этот человек знает, что ему конец, но умрет, сражаясь. Сейчас он бросил открытый вызов.
