Зеркало Мерлина - страница 246
В отличие от мурийцев, лица которых всегда были гладкими, у атлантов черная борода начиналась прямо от скул.
Они щедро смазывали ее жиром, придавая этой буйной растительности форму клина. Очень толстые и красные губы казались накрашенными.
Хоть капитан и щеголял густой бородой, но под шлемом у него оказался почти лысый череп — только на макушке оставалась единственная прядь волос, тоже жирных и прилипших к голому коричневому черепу.
Хозяин усмехнулся, показав желтые зубы, и погладил себя по шелковой тунике, которая была в жирных пятнах от пищи. Его позолоченный пояс, как подумал Рей, явно не предназначался для такого брюха: он застегивался цепочками, что удлиняло его на несколько дюймов.
— Добро пожаловать на «Черный Ястреб», брат. Я — капитан Тейт. Люди Му не имеют причин относиться ко мне благосклонно. И надо признаться, поживиться нам там сейчас нечем: все «торговцы» торчат под защитой флота во Внутреннем море.
Рей поставил стакан и жестом показал, чтобы его наполнили снова.
— Я — Сидик из Уйгура.
— Ну-ну. Но ты моряк. Разжалованный офицер флота? Они присоединяются к нам время от времени. Как поживает мать-страна в эти дни?
Рей вынужденно засмеялся.
— А ты, похоже, был раньше рейдером, капитан. Му, наконец, начинает просыпаться. Я вовремя удрал.
Капитан Тейт кивнул.
— Да, я всегда говорил, что мурийцы, хотя и слишком уж доверчивые, но не слепые же они. А теперь, Сидик, снимай-ка свои мокрые лохмотья. — Он подошел к сундуку и вернулся с новой одеждой.
— Хорошее барахло. Мы взяли его с корабля, который захватили в Северном море, прежде чем он успел запросить помощи у своих. Принадлежало какому-то офицеру. Он встретился с Баалом, как я слышал.
Неохотно, но стараясь не показывать неудовольствие, Рей натянул на себя одежду мертвого и украдкой спрятал в его складки свой драгоценный браслет.
— Ложись, если хочешь, — Тейт указал на койку. — Мы увидим землю только завтра.
Он вышел, оставив Рея одного. Выбрав наименее вонючую койку, Рей устало вытянулся на ней. Он так далеко зашел в своей игре, и кто может сказать, что ждет его через день и даже через час?
В эту ночь Рей не видел во сне деревьев, но картины его сна так удивительно накладывались одна на другую, что он одновременно был и наблюдателем, и участником действия. Он был Сидиком из Уйгура, и ему снились прошедшие годы его жизни. Но в то же самое время он был и Реем, который словно бы стоял в стороне и внимательно наблюдал за всем, что происходило с Сидиком, потому что ему было необходимо узнать и запомнить все, что делал когда-то Сидик. Крик «Земля!», наконец, разбудил Рея. Он еще немного полежал, чувствуя, что совсем не отдохнул. Сверху, с палубы доносился топот ног, слышались приглушенные приказы. Тейт говорил, что они высадятся завтра. И, видимо, пока Рей спал, погрузившись в свои странные сны, оно, это завтра, уже наступило. Рей медленно поднялся. На стуле лежала просоленная одежда Сидика, от вчерашнего купания в морской воде она еще больше выцвела и помялась. Но все-таки Рей охотнее носил бы ее, чем богатые наряды, добытые разбоем и грабежом. Выходя на палубу, он все еще застегивал пояс с мечом.
— Ты, видно, крепко устал, друг, раз так долго и крепко спал, — крикнул ему, стоявший у руля, капитан Тейт. — Ну, хочешь увидеть Красную страну? Баал был милостив к нам: всю ночь дул попутный ветер. Прозакладываю пять монет, что мы войдем в гавань еще до ночи. И на этот раз я буду рад бросить там якорь. Крысы Му стали глядеть лучше, а зубы у них острые… — Он ухмыльнулся и подошел ближе к поручням, чтобы сплюнуть в море. — У нас совсем тощая добыча, когда торговцы не выходят в Северное море. Но служба у Посейдона обещает больше, чем может дать война без добычи. Поскорее бы сбылись эти золотые обещания. Надеюсь, друг, ты не повторишь эти слова перед безобразным лицом Хроноса — Посейдона. Мы, северные волки, не присягаем ему на верность, разве что иной раз соглашаемся объединиться с ним. Нам мало одних обещаний. Ну, а что ты скажешь о каравае хлеба и еще какого-нибудь недурного наполнителя для брюха — не то что черная дрянь на кораблях Хроноса, от которой несет пылью и тараканами.
Он повел Рея в каюту. Пища, хоть и поданная в разномастной посуде, была куда лучше той, что ел Рей после отъезда из Му. Похоже, такой стол был слабостью капитана Тейта и одновременно его гордостью.
— Я думал, — Рей отодвинул блюдо, которое поставил перед ним капитан Тейт, — что ты служишь в атлантском флоте.
— Во флоте? Я — Тейт? Ну, нет, я — свободный капитан. Сейчас в гавани Пятистенного Города наберется с десяток таких людей. Но только сейчас, заметь, только сейчас. В других местах сейчас нечем поживиться, а у Посейдона большие планы. Но все равно над нами нет хозяина: мы ссоримся и с толстопузыми торговцами, и с мурийцами, которые мечом защищают их от нас. Однако как Хронос посулами заманивает нас в Красную страну, так и мурийцы хотят, чтобы мы остались в Му. Они, конечно, держат свои обещания, упрекнуть их я не могу. Но Му не получит никого из нас. Теперь, когда мы должны выбрать одну из сторон, мы идем в гавань Атлантиды. Здесь у нас есть свободный город Санпар. Хронос посылал, туда своих послов, чтобы поговорить с нами откровенно — насколько он способен говорить откровенно. Мы хорошо знаем, что, если идешь по Красной стране, то должен смотреть и перед собой, и по сторонам, и оглядываться назад. Но Хронос сейчас нуждается в нас, так что мы подняли его знамя — в то же время поглядывая, чтобы никакая тень не потянулась к нам с берега. Мы не любим Хроноса. Он имеет привычку приказывать то так, то этак. Но мы давно знаем, что лучше иногда быть глухим, чтобы не слышать того, что тебе не нужно. А Хронос посылает людей к Баалу или к этому дьяволу, приходящему по зову Красных Мантий, — к Преданному Тьме.
