Меню высоких отношений - страница 17

– Спасибо, Оля. Ты меня успокоила.

На следующий день, в половине восьмого я проводила Никиту в университет. Он читает студентам лекции, поэтому опаздывать не должен ни при каких обстоятельствах. Его подопечные – крайне пунктуальные товарищи. Если преподаватель опоздает на пять минут, то уже через шесть минут в аудитории никого не будет – разбегутся.

Обычно я выхожу из дома через час после мужа, поскольку мой рабочий день начинается в девять утра. Сегодня же я выскочила из квартиры через пятнадцать минут после Никиты – и побежала не в «Три самурая», а в морг.

– Здравствуйте, – задыхаясь от быстрой ходьбы, бросила я на входе.

Рядом с дверью сидел мордастый охранник – не тот, что был вчера.

– Здравствуйте, – вяло ответил он. – Здоровье живым не помешает.

В его голосе было столько скорби, что мне стало стыдно за свою торопливость. Разве в здание, где находят последний земной ночлег бренные души, вбегают так, как я вбежала с пеной у рта?

– Да-да, вы правы, – сказала я, изобразив на лице трагическую гримасу. – Я родственница Артема Петрова. Мне вчера сообщили, что он у вас тут лежит. Вчера доставили.

– Артем Петров, говорите? – охранник наклонился над списком. – Есть такой. Вы первая о нем спросили.

– Ну да, ближе меня у него никого не было, – соврала я. – Я ведь его двоюродная сестра. Родная кровь. Боже, кого я потеряла! – запричитала я, подводя глаза к потолку. – Завтра похороны. Надо подготовиться. Миленький, вы мне отдайте его вещи, пожалуйста.

– Ну знаете, дамочка, я так не могу, – неожиданно воспротивился охранник.

– Почему?

– Вы ведь не жена ему и не мать, и даже не родная сестра. Знаете, сколько двоюродных сестер у человека может быть?

– Одна я у него!

– Это вы так говорите. А после вас еще несколько сестер прибежит. А если все начнут вещи покойного просить? Доказать, что вы его родственница, можете?

– Нет, – протянула я.

Мне попался очень ответственный товарищ. У такого телефон просто так не выцыганишь – это я сразу поняла. С какого же боку к нему подъехать?

– Вы меня не поняли. Мне не нужны все вещи. Мне нужен только телефон Артема, – выкрутилась я, – буквально на несколько минут, чтобы списать номера его друзей и пригласить их на похороны. Хоронить будем завтра, а никто из его друзей не знает. Разве же это по-человечески, если никто не придет проводить брата в последний путь?

– Хорошо, – сжалился надо мной охранник. – Паспорт есть?

– Есть. Только я не Петрова, а Зайцева, – предупредила я, протягивая свой паспорт. – Моя мать была сестрой его отца. В девичестве она была Петровой, а потом стала Зайцевой.

– Ну, ладно-ладно, даже если бы вы были его женой, я все равно попросил бы документ. Положено паспорт требовать, – нахмурился охранник, сличая фото с оригиналом. – Стойте здесь, я сейчас вынесу вещи.

Не было его минут пять, не больше. В большом полиэтиленовом мешке, в котором лежала одежда Артема, я нашла еще один пакет, поменьше. Там находились деньги, телефон, часы, ключи от Полининой квартиры и служебное удостоверение. Мне нужен был только телефон.

– Я могу отойти в сторону? – спросила я.

– Да, конечно, – разрешил охранник. – Присядьте, если хотите.

В контактах Артема было не меньше пятидесяти номеров. Номера сотрудников нашей сети я отмела сразу, остальные пришлось переписать. После этого я открыла архив SMS-сообщений. Здесь меня поджидало разочарование. Все принятые SMS-ки были стерты. Ох, уж эти скрытные мужчины! Из отправленных сообщений сохранилась только одна и довольно странная. «Где и когда?» – и все. Отправил ее Артем, судя по всему, за день до гибели.

«Что «когда»? И где это «где»? Что он имел в виду? О чем идет речь? О встрече? Тогда с кем?» – задумалась я и переписала номер, на который было отправлено сообщение.

Хотелось тотчас перезвонить по этому номеру, но охранник изменил мои планы, спросив:

– Девушка, говорите, завтра собираетесь забрать?

– А? Да, завтра, – кивнула я, сориентировавшись.

– Одежду принесли? Или его в джинсах хоронить решили?

– Нет, конечно, – возмутилась я, про себя подумав: «Приду в «Три самурая» обязательно позвоню в «Фудзияму». Пусть займутся похоронами сотрудника». – Не переживайте, сегодня после обеда будет одежда. Или я принесу, или сослуживцы Артема. Вот возьмите, – я протянула уже ненужный мне телефон. Я собиралась проститься, но, взглянув на пакет с одеждой, спросила: – В этой одежде его доставили в морг? А больше с ним ничего не было? – Я вспомнила, что в квартире Полины мы не нашли ни одной мужской вещи. Значит, сумка с вещами должна была быть с ним, если, конечно, он не успел отнести вещи в свое новое жилище.

– Нет, только это, – ответил охранник.

– Можно, я еще раз посмотрю вещи? Должен быть ключ от квартиры.

– Вот же ключи, – удивился охранник, указывая на связку ключей от Полиной квартиры.

– Нет, это ключи от моей квартиры, – я достала из своей сумки точно такой же комплект. – Я часто уезжаю в командировки, и всегда оставляла ему ключи, чтобы он поливал мои цветы, – выкрутилась я. – Должны быть еще ключи от его квартиры.

– Смотрите, – пожал плечами охранник, предоставив мне право рыться в вещах Артема.

Ключ я нашла во внутреннем кармане куртки. Только ключик был не от квартиры, а от ячейки камеры хранения.

Я повертела в руках плоский ключик, к кольцу которого был прикреплен ярлычок с цифрой 48.

Где эта камера хранения? На вокзале? Вряд ли. Там или автоматические ячейки с кодами на дверце, или те, которые обслуживают люди. Во втором случае выдают или квитанцию, или жетон. А вот в магазинах или даже в супермаркетах ячейки с ключами, весьма похожими на этот.