De Secreto / О Секрете - страница 219
Рассмотрев материалы дела и дополнительный материал проверки, соглашаясь с доводами, изложенными в протесте, и принимая во внимание, что в действиях Солженицына нет состава преступления и дело о нём подлежит прекращению за отсутствием состава преступления, Военная коллегия Верховного Суда СССР определила: постановление Особого Совещания при НКВД СССР от 7-го июня 1945 года в отношении Солженицына Александра Исаевича отменить и дело о нём за отсутствием состава преступления на основании ст.4 п.5 УПК РСФСР прекратить.
Подлинное за надлежащими подписями.
С подлинным верно: ст. офицер Военной коллегии майор о/с (Дегтярев)».
Знакомство с «Определением» вызывает странное чувство.
Во-первых, нельзя не отметить некоторое расхождение между этим документом и приведённым ранее текстом постановления об аресте А.И. Солженицына, а также опубликованными фрагментами материалов следственного дела, о чём уже шла речь ранее.
Во-вторых, если в постановляющей части Определения говорится, что А.И. Солженицыну вменялись в вину антисоветские разговоры, которые он вёл со своими знакомыми «с 1940 года и до дня ареста», то допрошены были лица, которые могли подтвердить или опровергнуть этот факт только в отношении 1940–1941 гг. А далее «до дня ареста»?
В-третьих, в «Определении» вообще обойдена стороной обоснованность обвинения А.И. Солженицына в том, что он «предпринимал меры к созданию антисоветской организации». Ведь подобные меры можно было предпринимать, не только не ведя антисоветских разговоров, не только не оставляя следов в дневнике и переписке, но и изображая себя преданным советской власти человеком.
Поэтому отмену подобного обвинения следует считать немотивированной.
Редкий дебют
А.И. Солженицын любил живописать, как ему совершенно случайно удалось опубликовать свой рассказ «Один день Ивана Денисовича». Однако даже он признаёт, что разрешение на эту публикацию дал Президиум ЦК КПСС. Немного было литературных произведений, судьба которых решалась бы на таком высоком уровне. И если руководство партии обращалось к тому или иному произведению, то только тогда, когда оно было необходимо в идеологической стратегии партии.
В четверг 15 ноября 1962 г. со своим новым рассказом «Случай на станции Кочетовка» А.И. Солженицын отправился в «Новый мир». «Незадолго до ухода Александра Исаевича, — читаем мы в воспоминаниях Н.А. Решетовской, — Твардовскому принесли сигнальный экземпляр 11-го номера. Он предложил его автору “Денисовича”, но Александр Исаевич скромно отказался».
Сигнальный экземпляр появляется тогда, когда начинается переплёт отпечатанного издания, поэтому между подписанием «сигнального экземпляра» и поступлением тиража в систему распространения всегда проходит время, которое зависит как от величины тиража, так и от скорости переплётных работ. Поэтому № 11 «Нового мира» никак не мог выйти в свет ни 17 (суббота), ни 18 ноября (воскресенье).
Между тем утром 18-го в «Известиях» на повесть «Один день Ивана Денисовича» появилась рецензия К.М. Симонова «О прошлом во имя будущего». В этот день, когда её читали по всей стране и даже за рубежом, Александр Исаевич снова был в Москве и здесь в редакции «Нового мира» получил возможность познакомиться с этой публикацией.
Те, кого статья К.М. Симонова не оставила равнодушными, бросились в библиотеки, но там 11-го номера «Нового мира» ещё не было. Не было его ни в киосках «Союзпечати», ни в редакции самого журнала.
19 ноября открылся Пленум ЦК КПСС, среди участников которого находился и А.Т. Твардовский. На следующий день, вечером, первые переплетённые к тому времени экземпляры 11-го номера «Нового мира» были доставлены в ЦК и только здесь его смог приобрести Александр Трифонович. «Вечером, — читаем мы в его “Рабочих тетрадях”, — поделился с Заксом, а он говорит, что весь день в редакции бог весть что — звонки, паломничество. В киосках — списки на № 11, а его ещё там и нет, сегодня, должно быть, будет».
Но ни 20-го, ни 21-го этот номер в киосках не появился.
Зато 22-го появилась новая рецензия на «Один день Ивана Денисовича». Она была написана Г. Баклановым и опубликована в «Литературной газете». Описывая эти же дни, Н.А. Решетовская отмечает, что «англичанин Паркер», решивший переводить «Ивана Денисовича», «требует консультации с автором и его фото».
А повести ещё не было.
23 ноября хвалебную рецензию В. Ермилова на эту повесть напечатала «Правда». 24-го в Рязань с поручением взять у Александра Исаевича интервью был направлен корреспондент ТАСС П.И. Косолапов. А.И. Солженицын отказался от встречи, но пообещал написать автобиографию. 26 ноября на заключительном заседании Пленума ЦК КПСС выступил Н.С. Хрущёв. Перечисляя достижения советской литературы последнего времени, он назвал фамилию А.И. Солженицына. А повести ещё не было.
В этот день Александр Исаевич снова едет в Москву. Всё расписано: «На следующий же день, — вспоминала Н.А. Решетовская, — он будет в театре “Современник” читать художественному совету пьесу. Через день должен встретиться с представителем “Роман-газеты” и впервые присутствовать на спектакле в “Современнике”. Надо принять переводчиков на английский и французский языки, фотокорреспондента ТАСС, побывать в издательстве “Советский писатель”, в “Новом мире”, где ждёт гонорар и накопилась почта, повидаться с друзьями, развить и начать новые интересные знакомства с Анной Ахматовой, Варламом Шаламовым, вдовой писателя Булгакова».
