Расстрел «Белого дома». Черный Октябрь 1993 года - страница 110
По одним данным, в 20.20, по другим, в 21.15 на 10 БТРах в Останкино прибыло около 100 военнослужащих 23-ей бригады подполковника Виктора Захарова. Кроме того, в 21.00 в Останкино на пяти «бэтээрах» со штатным вооружением прибыли десять военнослужащих в/ч 3485.
Таким образом, к 21.15 охрана Останкино увеличилась еще на 358 военнослужащих внутренних войск. Правда, к этому времени В. А. Васильев увел из Останкино своих безоружных солдат.
Несмотря на уход софринцев, охрана Останкино продолжала увеличиваться. К концу вечера 3 октября 1993 года МВД РФ сосредоточило здесь не менее 24 бронетранспортеров и свыше 900 военнослужащих и работников милиции со штатным вооружением.
К телецентру не зря подтягивали дополнительные силы. К этому времени сюда подходила вторая колонна демонстрантов, возглавляемая Б. В. Тарасовым.
Новые жертвы
В свое время газета «Коммерсант» сообщила, будто бы, «узнав о провале первого нападения на телецентр, Александр Руцкой дал приказ стягивать туда новые силы и открывать огонь на поражение».
Частично эта информация подтверждается воспоминаниями Р. С. Мухамадиева. По его свидетельству, когда в «Белом доме» узнали о бойне в Останкино, А. В. Руцкой снова появился перед митингующими.
«Я, – пишет Р. С. Мухамадиев, – был на площади среди людей и своими ушами слышал его слова:
– Уважаемые товарищи, братья, – сказал он. – В эти минуты у Останкино обстреливают, убивают ни в чем не повинных людей. Мы не можем не оказать им помощи. Без промедления во главе с генералом Ачаловым на машинах надо отправиться туда… – И через некоторое время добавил: – Не для того, чтобы воевать, а для того, чтобы спасти наших соотечественников, москвичей, пришедших к нам на помощь… Чтобы вести переговоры…».
Да, он не давал команду открывать огонь на поражение. Но зачем он звал сторонников парламента в Останкино? Какие переговоры и с кем под огнем автоматов они могли вести?
Обращение А. В. Руцкого не осталось без последствий. Снова началось формирование колонны желающих отправиться к телецентру. И снова «пригодились машины, что были захвачены» перед этим у «Белого дома». Причем садились в них не только безоружные. «Надо сказать правду, – отмечает Р. С. Мухамадиев, – на первых двух машинах я увидел вооруженных автоматами военных. А в основном в машины сели молодые ребята. На передней люди подняли красный флаг. Толпа расступилась, давая дорогу автомобилям. За машинами, кузова которых были полны людьми, бежали подростки, норовя сесть на ходу. Было не счесть тех, кто хотел стать свидетелем больших событий… Таким образом площадь проводила четыре-пять машин. Все они, непрерывно гудя, с развевающимися красными флагами, скрылись на московских улицах. Через центр столицы машины без задержки и без потерь добрались до Останкино».
«А там, – пишет Р. С. Мухамадиев, – их уже ждали. По подъезжающим машинам открыли огонь. Многие ребята, даже не успев спрыгнуть, остались лежать в кузовах».
«Среди тех, кто приехал на помощь, – вспоминает Р. С. Мухамадиев, – было тридцать-сорок человек, вооруженных огнестрельным оружием. Перебегая и переползая по-пластунски, они начали действовать против воинского подразделения „Витязь“, засевшего в здании телецентра и продолжающего осыпать градом пуль находящихся снаружи людей. Началась перестрелка».
В это время Останкино появились новые бронетранспортеры.
По свидетельству одного из очевидцев тех событий В. В. Попова, он «встретил колонну БТРов, шедшую к телецентру по 1-й Останкинской улице» около 20.40. «Известия» сообщали, что «пять бэтээров» появились на улице Королева «в 20.45».
Именно к этому времени, около 20.40, до Останкино докатилась новая волна демонстрантов, возглавляемая генералом Б. В. Тарасовым.
Ее тоже никто не пытался задержать. Более того, на подходе к проспекту Мира к колонне подъехала «патрульная машина ГАИ, из которой вышел офицер и доложил генералу, что будет сопровождать колонну до «Останкино». Получается, что милиция специально вела демонстрантов к месту расстрела, не пытаясь их остановить и предупредить о том, что происходит в Останкино.
Шедший в этой колонне Ю. Петухов пишет, что «в районе Сухаревки», то есть на подходе к повороту с Садового кольца на проспект Мира, демонстрантами «было решено останавливать машины» и использовать их для дальнейшего движения».
В свое время дорога от «Белого дома» до поворота на проспект Мира заняла у меня примерно полтора час. Это значит, что кто-то принял решение ускорить переброску демонстрантов в Останкино около 18.30, когда в Останкино прибыл П. В. Голубец.
Одной из первых остановленных машин стал автобус. И надо же было так случиться, что этой случайно остановившейся машиной оказался автобус, «на котором ранее перевозили омоновцев». Что же сделали демонстранты с шофером этого автобуса? А ничего. «Водителем в нем, – сообщает Ю. Петухов, – был солдат, перешедший на сторону народа».
Случайности на этом не закончились. Через некоторое время автобус по техническим причинам остановился. По свидетельству Ю. Петухова, он и его спутники смогли тут же пересесть на другую машину. Нам, пишет он, «почти сразу же удалось затормозить огромный военный «Урал».
Невольно начнешь верить в чудеса.
Неужели в тот вечер на Садовом кольце и проспекте Мира не было других машин кроме омоновских автобусов и военных «уралов»? Причем шедших пустыми в сторону Останкино с шоферами, перешедшими на сторону парламента!
«Свернув на улицу Королева, – вспоминает Б. В. Тарасов, шедший во главе колонны демонстрантов, – уже в наступающей темноте мы услышали интенсивную стрельбу. Стало ясно, что происходит. Наша колонна начала таять».
