От Ленина до Путина. Россия на Ближнем и Среднем Востоке - страница 196
Стратегическое положение Сирии в Восточном Средиземноморье также привлекало Россию. База снабжения в Тартусе в связи с кое-каким возрождением российского военно-морского флота могла быть востребованной, хотя ремонтные цехи и плавучие пирсы в Тартусе пока ржавели. Экономические отношения были незначительными и определяющей роли не играли, но все помнили, что прежние экономические успехи Сирии были связаны с сотрудничеством с СССР. Тогда были построены плотина и ГЭС на Евфрате, создано водохранилище, расширена площадь орошаемых земель.
Заметим, что в целом курс на связи с Сирией не был легок для российского руководства из-за израильского и американского факторов. В оценках Сирии не было единой позиции российской элиты. На сотрудничестве с этой страной, как и с другими арабскими государствами, настаивала левая оппозиция и часть генералитета, у которого были традиционные, почти союзнические отношения с сирийскими военными. Но противников сближения было немало.
«В последние годы при молчаливом согласии Москвы на эту страну (Сирию) американцы навесили ярлык спонсора международного терроризма, — писал член Думы от КПРФ В. Тетёкин. — Сирия упоминается в российских СМИ, как правило, лишь в негативном контексте. Таким образом, в российских СМИ о Сирии — либо ничего, либо ничего хорошего… Визит Асада в Москву (2005 г. — А.В.) прошел не без мощного сопротивления части верхушки РФ, сделавшей ставку на дружбу с Израилем».
Первый визит президента Башара Асада в Москву состоялся в январе 2005 года и стал толчком к восстановлению исторических связей. Асад встретился с президентом В.В. Путиным, и обе стороны расценили его как «успешный». Москва списала 73 % сирийского долга, достигшего тогда 13,4 млрд долларов. В своих заявлениях В.В. Путин в скрытой форме критиковал США и Израиль и поддерживал сирийскую позицию. Но это отнюдь не означало какого-либо антиизраильского настроя Кремля.
Визит Б. Асада в январе 2005 года действительно стал историческим рубежом, учитывая, что политика Израиля состояла не только в обеспечении своего безусловного военного доминирования в регионе, но и в задаче ослабить Сирию до полной невозможности сохранить у нее какого-то оборонительного потенциала. Сирийское руководство и в советское время безнадежно рассчитывало на военный паритет с Израилем, который США вооружали по лучшим образцам своего ВПК, но СССР на это не шел. Сейчас Сирия надеялась лишь укрепить свои оборонительные возможности, и Россия, аккуратно маневрируя, шла навстречу.
Генерал-полковник в отставке Леонид Ивашов, руководивший в прошлом Главным управлением международного военного сотрудничества Минобороны России, утверждал: «Наше (российское) военно-техническое сотрудничество с ближневосточными странами, с арабским миром и с Ираном находится под контролем Тель-Авива».
Отнюдь не все затребованное сирийцами оружие Россия согласилась поставлять. «Что касается оперативно-тактических ракет «Искандер-Э», то тут друзья Израиля встали насмерть, — писал В. Тетёкин. — Вот и сейчас, одновременно с приездом Асада (декабрь 2006 г. — А.В.) в Москву примчался генеральный директор МИД Израиля А. Абрамович».
В августе 2008 года Россия отказала президенту Асаду в поставке ракет «Искандер-Э» — одноступенчатых твердо-топливных систем с дальностью действия 280–400 км, способных доставлять ядерные или обычные боеголовки.
После январского (2005) визита в Москву президента Сирии стало быстро развиваться экономическое сотрудничество. Товарооборот вырос до 560 млн долларов в год, в 2008 году достиг почти 2 млрд долларов. Он снизился в кризисный 2009 год, затем снова стал расти.
В Сирию пошла продукция российского машиностроения, особенно для нефтегазовой отрасли, товары нефтехимии, — запасные части для энергетических установок, тракторы, грузовики, легковые машины. Российские геологи стали вести разведку на нефть и газ в районе Пальмиры. Были заложены два завода по газопереработке.
Естественно, что стало возрождаться военно-техническое сотрудничество. В армии появились десятки российских военных советников, а в академиях военные преподаватели. До 2006 года Россия не поставляла Сирии современных вооружений, хотя помогала модернизировать и ремонтировать военное снаряжение и готовить офицеров. Уже после 2006 года Сирия усилила свою противовоздушную оборону российскими комплексами среднего радиуса действия.
Но в целом военное сотрудничество было ограничено нежеланием России подорвать баланс сил в регионе. Поэтому, несмотря на просьбы сирийского руководства поставить стране ракеты С-300, Россия воздержалась от этого шага, как и от поставок некоторых других ракет.
Тем временем над Сирией нависла новая угроза. В Бейруте в феврале 2005 года в результате теракта погиб премьер-министр Ливана Рафик Харири, который выступал против присутствия Сирии в Ливане. Немедленно западные и часть арабских СМИ обвинили сирийский режим в этом убийстве.
В Ливане физические расправы с политическими деятелями были нередкими. Причинами могли быть и политические, и межклановые, и межконфессиональные, и бизнес-противоречия, и просто личная неприязнь. Возможно, кто-то из сирийцев в этом тоже участвовал. Но сразу все стрелы были направлены на Сирию, конкретно — на ее президента.
Ситуацию усугубляло и то, что семья Харири тесно сотрудничала в бизнесе с королевской семьей в Саудовской Аравии, а сам Харири был личным другом Жака Ширака, президента Франции, которая имела особое влияние в Сирии и Ливане.
