От Ленина до Путина. Россия на Ближнем и Среднем Востоке - страница 215
Автор. Это был жест угрозы в адрес СССР, конечно.
М.Л. Богданов. Это другой вопрос. Но зачем мирных японцев убивать?
Автор. Такое же «предупреждение» в наш адрес за три-четыре месяца до атомной бомбардировки они сделали, разбомбив вместе с англичанами Дрезден, где убили почти 100 тысяч человек без атомной бомбы.
М.Л. Богданов. Но с атомной бомбой — это уникальный случай в истории. Больше никто до этого не додумался. Это было принуждение к демократии по-американски?
Автор. США были недовольны смещением Мурси, потому что как бы нарушалась демократия…
М.Л. Богданов. Она нарушалась не первый и не последний раз. Проблема в чем? Те же египтяне говорят: быть избранным демократически — это полдела, надо еще уйти демократически, а «Братья-мусульмане» не хотели. Приходить хотят, а уходить не хотят демократически. Они довели общество до кризиса. От хаоса и гражданской войны Египет спасли военные. Не очень «демократично»? А что было делать?
В Египте многие были против Мубарака, потом — против Мурси. Сейчас исламистская оппозиция против нынешнего президента ас-Сиси. Властям приходится принимать еще более жесткие меры, чем во времена, допустим, Мубарака.
Слышны и такие оценки: в Египте случились две революции: одна — против Мубарака, другая — против Мурси. Сначала режим был военный, военные взяли власть на время после волнений, потом выборы, потом Мурси — ставленник «Братьев-мусульман» победил на выборах, потом опять началось брожение, потом военные опять выступили и удержали страну от тотальной гражданской войны. Это большой успех, и честь-хвала тем, кто удержал страну от гражданской войны. Но при этом, если посмотреть в ретроспективе, что произошло после этих двух революций? Сейчас военные опять у власти, «Братья-мусульмане» опять в тюрьме, Мухаммед эль-Барадей, который был символом либерализма, опять живет в Вене. Но при этом социально-экономическое развитие страны отброшено назад на десятки лет. С точки зрения безопасности ситуация ухудшилась. Все это повлияло на инвестиционный климат и на туризм, в том числе после теракта с уничтожением российского самолета над Синаем. Суэцкий канал дает много меньше, чем мог бы давать в спокойной обстановке. Вот что произошло. Пустая казна. Из-за этого возникает зависимость от тех, кто деньги дает.
После революции 25 января администрация США достаточно быстро решилась согласиться на приход «Братьев-мусульман» к власти, хотя столь же быстро в них разочаровалась.
Президент Б. Обама, несмотря на негативные прогнозы ЦРУ, принял решение о проведении силовой акции, направленной на свержение режима М. Каддафи. Однако общих подходов к оценке сложившейся ситуации в Ливии, единых целей и совпадающего видения последствий военного вмешательства среди США и их союзников не существовало, несмотря на совместные декларации.
Военное командование операцией НАТО в Ливии заверяло о приверженности резолюции 1973 СБ ООН, в которой цель операции определена «как защита гражданского населения». Лидеры США, Франции и Великобритании требовали, чтобы Каддафи безоговорочно ушел в отставку, что не было предусмотрено резолюцией № 1973. К ним присоединился президент России. Разгром сил, верных Каддафи, был предрешен.
Белый дом, втянутый в ливийский конфликт, какое-то время проявлял сдержанность по отношению к ситуации в Сирии. В США понимали, что хаос в Сирии мог распространиться на соседние страны. Позиция Вашингтона затем резко изменилась.
Утрачивалось доверие к себе как гаранту региональной безопасности и стабильности в Персидском заливе, Вашингтон использовал обеспокоенность аравийских монархий угрозой экспансии Ирана.
Даже с учетом арабских революций израильско-палестинское урегулирование оставалось узловым моментом ситуации на Ближнем и Среднем Востоке, но дальше деклараций Вашингтон не пошел.
Встречи автора с американскими коллегами в 2011 году позволили резюмировать позицию США по следующим параметрам.
Размах и сила протестных выступлений в регионе Ближнего и Среднего Востока и Северной Африки, направленных против авторитарных режимов, практически союзников США, были неожиданными для официального Вашингтона. Речь о возвращении стабильности в регионе даже не шла. Результаты революций были также неизвестны.
В Вашингтоне задавали вопросы: что будет дальше? какие в арабских странах будут правительства? как успешны будут реформы или репрессии? устоят ли новые режимы?
Не было ясно, как сложится ситуация в Ираке и в Афганистане после вывода оттуда американских войск.
В США не знали, чем кончатся революции и не будет ли их второй волны или контрреволюций. Поэтому на том этапе задача состояла в том, чтобы найти «правильных» людей, установив с ними контакты.
Существовала принципиальная разница между отношением США к антиправительственным выступлениям в СССР и в странах Восточной Европы и в арабских странах. США были на стороне улицы в СССР и Восточной Европе, спонсировали, направляли и подталкивали улицу. В регионе США сначала были на стороне лидеров Туниса и Египта, с которыми поддерживали прекрасные отношения, а затем их предали.
США не собирались уходить из региона, учитывая его важность, но хотели бы остаться «по-другому». В среднесрочном и долгосрочном планах, возможно, рассчитывали на успешное сотрудничество, если у власти окажутся либеральные силы. Пока же Вашингтон решил искать контакты и с умеренными исламистами.
