Не в силах сопротивляться - страница 24
– Ты когда-нибудь разговаривала со своей родной матерью?
Кира покачала головой:
– Нет. Но несколько лет назад мне удалось ее разыскать. Она отказалась со мной общаться и лично, и по телефону. Видимо, ее нынешний муж и дети не подозревают о моем существовании. Но она отправила мне письмо по электронной почте.
Его лицо исказил гнев.
– И тебя не злит, что у тебя есть родственники, которых ты никогда не видела, и мать, которая не торопится с тобой познакомиться?
Разочарование – вот что она тогда испытала.
– Сначала меня это как-то волновало. Но она захотела сохранить свое личное пространство, и я уважаю ее решение. И после этого я перестала искать родного отца.
– Почему?
– Не вижу смысла его беспокоить, если он наверняка не хочет быть обнаруженным. Я выросла в любящей, удивительной семье. Вот я и пришла к выводу, что эти двое, ответственные за мое появление на свет, очень мало повлияли на то, какая я сейчас. Папа с мамой вложили в меня основы, и это самое важное.
Тарек рывком вскочил с кровати и начал шагать по каюте.
– На твоем месте я пришел бы в ярость! – чуть не выкрикнул он. – Любой имеет право знать, кому он обязан своим рождением!
Киру ошарашил его гневный выпад.
– Злость никуда тебя не приведет, Тарек. Пока ты зол, ты не можешь рассуждать здраво.
Он подскочил к ней.
– Злость подталкивает к достижению цели.
– Не всегда. Если копаться в прошлых обидах, злость тебя только ожесточит. – Тут Кира поняла, что они уже далеко ушли от разговора о его дочери. – Давай вернемся к Жасмин. Видимо, ты к ней очень тепло относишься, раз ее фотография стоит у кровати?
– Да, я о ней забочусь. Но из-за работы я провожу с ней слишком мало времени. Поэтому я долго выбирал людей, которые дадут ей то, чего я не могу.
Его безразличие ее обескуражило.
– Получается, ты можешь предложить ей только свои деньги? Но содержать ребенка могут многие, гораздо важнее его воспитать.
– Ей уделяют достаточно внимания.
Нет, похоже, ему никогда не понять…
– Откуда ты знаешь, получает ли она эмоциональную поддержку? Ты считаешь, что спас ее от одинокой жизни. Но если она тебя любит, то каждый раз, когда ты уезжаешь, она оказывается беззащитна перед миром.
Тарек сел на край кровати и взъерошил свои темные волосы.
– Пока другого выхода нет.
– Почему вообще ты ее забрал? – спросила Кира.
– Она жила в нищете, без родных.
Кира постепенно приходила к выводу, что роль отца Тареку совсем не подходит.
– Надеюсь, ты придумаешь, как проводить с ней больше времени, пока она еще маленькая. Ей нужен отец, а не случайный мужчина, которому не будет до нее дела.
Тарек вскочил и пошел в ванную.
– Нужно подготовиться к делам, пока еще не поздно, – бросил он ей через плечо.
Но, как это ни грустно, для него было уже поздно. Тарек вряд ли когда-нибудь изменится.
Приехав в отель, Тарек с головой окунулся в работу, которая обычно его успокаивала. Но как только он взял камни для акцентной стены, разговор с Кирой опять поглотил все его мысли. Как важна ему была Жасмин – словами не передать. Каждый раз он уезжал от нее скрепя сердце. Может, он действительно оказал ей медвежью услугу? И оказывает до сих пор. Но, несмотря ни на что, он не предаст ее после двух лет, прожитых вместе.
Впервые в жизни под давлением другого человека Тарек посмотрел на свои поступки под совсем другим углом. Кира Дарцин и не подозревала, как неожиданно сильно на него повлияла.
– Ты, похоже, уже закончил?
Оторвавшись от работы, Тарек увидел перед собой объект своих размышлений и мечтаний.
– Нужно еще кое-что доделать, чтобы получилось идеально, – ответил он.
Кира села на скамейку и пригладила полы своего синего платья, как завзятая скромница.
– Иногда красота заключается как раз в неидеальности.
Тарек считал Киру абсолютно идеальной, особенно ее яркие сапфировые глаза, сверкавшие в лучах полуденного солнца.
– Возможно. Но я перфекционист. Почти во всем.
– Почти? – язвительно спросила она.
– Ну, во многом, если тебе так хочется знать.
– Я так и думала. – Она откашлялась и посмотрела в сторону. – Тарек, я бы хотела перед тобой извиниться за наш утренний разговор. Ты очень благородно поступил с Жасмин, обеспечив ей безопасность и жилье.
– Да прекрати.
– Не прекращу! У меня нет никакого права тебя судить. Большинство мужчин вообще не думает о сиротах, не говоря уже о том, чтобы поселить кого-то чужого у себя дома. Можно просто выделить деньги на благотворительность и поручить заботы другим людям. Тебя нужно благодарить за сострадание.
Он отбросил лопатку в сторону и прислонился к рабочему столу.
– Прибереги благодарности для тех, кто их заслуживает. В некоторых пунктах ты оказалась права. Жасмин нужен отец, который был бы с ней постоянно. Кого она с гордостью могла бы назвать папой.
– Если она тебе так часто звонит – значит, видит тебя именно в таком качестве.
– Мне от этого не по себе, – неохотно признался он.
– Почему?
– По-моему, я этого не заслуживаю. Я боюсь, что она привязывается ко мне слишком сильно.
Кира нахмурилась:
– Не вижу в этом проблемы, если только ты не собрался отправить ее назад.
– Нет. Это исключено.
Она смотрела своими бездонными глазами прямо в его душу.
– Тогда, может, ты сам боишься, что привяжешься к ней слишком сильно?
Ее проницательность поразила Тарека.
– Да, наверное, ты права.
Она перекинула ногу на ногу.
– В чем причина этого страха, Тарек?
– Я убежден, что привязанность ведет к предательству. Да ты и сама это знаешь благодаря бывшему жениху.
