Те, кто в опасности - страница 78
— Это твоя жизнь, малышка. Я знаю, что вмешивалась, и жалею об этом. Скажи, чего ты хочешь, и я все для тебя сделаю.
— Я уже записалась в Колорадский университет на ветеринарный факультет, буду специализироваться по крупным животным.
— Лошади? — спросил Гектор.
— А что же еще?
Она рассмеялась. Ошеломленная Хейзел смеяться не стала.
— Ты уже записалась и принята?
Гектор никогда не видел ее такой растерянной. Когда Хейзел открыла рот, собираясь возразить, он снова сжал ей руку, и она промолчала. Несколько мгновений она казалась одинокой и печальной, потом собралась с силами и улыбнулась дрожащей улыбкой.
— Хорошо, дорогая. Если тебя уже приняли, нам лучше в понедельник полететь в Денвер.
— Мамочка, ты ведь не собираешься говорить с деканом?
— Конечно, собираюсь.
— Но это мое дело. Я больше не ребенок. Наверно, впервые в жизни я сделала то, что хотела. Разве ты не понимаешь?
Женщины смотрели друг на друга. Гектор видел, что ситуация вот-вот перерастет в яростное столкновение. Он негромко кашлянул, и они посмотрели на него.
— Скажите ей, Гек. Она не понимает, — попросила Кайла.
— Конечно, понимает, Кай. Твоя мама проницательнее всех, кого я знаю. Она по своему опыту знает, каково быть предоставленной себе в твои годы. Как ты сейчас, она тогда хотела исполнить свою мечту. Она знает, Кай. Поверь мне, знает.
Обе женщины заметно успокоились. Он дал им время подумать.
— Решение принимаешь ты, Кай, — продолжал он мягко. — И ты совершенно права, ты больше не ребенок. Твоя мама это знает и предлагает тебе полную поддержку. Ты ведь не будешь такой жестокой, чтобы полностью исключить ее из своей жизни?
На лице Кайлы появилось отчаяние. Она вскочила и кинулась к Хейзел.
— Мамочка, милая, я совсем не этого хотела. — Она заплакала. — Какая я жестокая! Ты всегда будешь главным в моей жизни.
— Спасибо, доченька.
Хейзел закашлялась, и они обнялись. Обе плакали.
«Что ж, — подумал Гектор, пытаясь скрыть улыбку. — По крайней мере, мамочки и малышки больше нет. Думаю, это хорошее новое начало».
О его существовании забыли. Он встал и ушел вниз, туда, где были привязаны лошади. Облокотился на плечо жеребца и потрепал его по шее. Он редко бывал так доволен собой. Полчаса спустя женщины пришли за ним — рука об руку.
— В понедельник мы все вместе отправляемся в Денвер. Посмотрим мой факультет и познакомимся с деканом, — сказала счастливая Кайла. — Вы тоже, Гек!
Она подбежала к своей лошади, села в седло и поскакала вниз по лесной тропе, гикая по-ковбойски.
Хейзел подошла к Гектору. Посмотрела на него и тихо сказала:
— Ты просто гений, но, полагаю, ты это знаешь.
— Вынужден подтвердить: догадываюсь, — сказал он, и Хейзел поцеловала его.
* * *
В начале первого семестра нового учебного года Кайла отправилась на ветеринарный факультет в Денвер, а Гектор начал вживаться в новую роль — вице-президента «Бэннок ойл». Вначале он не принимал активного участия в деятельности компании, только наблюдал и слушал. Они с Хейзел засиживались допоздна, изучая и обсуждая горы сведений, относящихся к деятельности компании в прошлые пять лет. Вопросы Гектора, острые, точные, рождали новые идеи. Хейзел обнаружила, что возможность посмотреть его глазами и увидеть, где она поступала верно, а где ошибалась, чрезвычайно ее стимулирует. Она поняла, что годы одиночества, когда рядом не было родной души, к которой можно обратиться за советом или утешением, все же оставили свой след. Не сознавая этого, она постепенно теряла силы и проницательность. Слишком долгой была одинокая гонка, и Хейзел начала спотыкаться. Теперь рядом с ней появился человек, на чьи суждения она могла положиться, и это подействовало как удар тока. Она больше не просыпалась по ночам в страхе перед наступающим днем. Перспективы столкновений и вызовов, возможность полностью выложиться снова будоражили ее.
— Как в заключительный день «Открытого чемпионата Австралии», когда я выиграла турнир. Боже, мне опять интересно!
Радость жизни была тем больше, что Гектор всегда оставался рядом, готовый идти с Хейзел вперед. Несколько месяцев его участие в руководстве компанией было так незаметно, что остальные директора почти забыли о его существовании, но потом он заговорил. Когда первоначальное потрясение прошло, к нему начали прислушиваться.
— У этого твоего парня есть нюх и чутье, — с уважением сказал Хейзел Джон Бигелоу. — Он похож на Генри в его годы.
Дела «Бэннок ойл» в последнее время шли неважно, но сейчас пошли на поправку, и не только из-за роста цен на нефть. Гектор слетал в Абу-Зару и после пяти дней переговоров с эмиром получил права на исследование всей береговой линии эмирата, примыкающей к «Заре» № 8. Первый годный для производственных целей газ был получен одиннадцать месяцев спустя — ошеломляющий успех.
Хейзел и Гектор вместе прилетели в Абу-Зару принимать новое месторождение. В аэропорту Сиди-эль-Разига их встречали Пэдди О’Куинн, Берт Симпсон и еще с десяток членов руководства компании. Хейзел и Гектор обняли Пэдди и обменялись рукопожатиями с остальными. Потом Гектор огляделся.
— А где Тарик? — спросил он.
Пэдди искоса взглянул на него со странным выражением.
— Вернется через пару дней.
Что-то в его тоне насторожило Гектора.
— В чем дело? — спросил он.
— Позже! — уклонился от ответа Пэдди.
У них не было возможности поговорить, пока они не дошли до здания нефтяного терминала. Гектор вышел из машины, протянул руку Хейзел, помогая ей выбраться, и в то же время посмотрел на Пэдди.
