Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розенкрейцеровской символической философии - страница 215

Относительно личности Парацельса существует много противоречивых слухов. Несомненно, что он был вспыльчив. Он ненавидел врачей и женщин, увлечение которыми почитал за помешательство и для которых он находил только оскорбительные слова. Насколько известно, у него никогда не было любовного увлечения. Его особенная внешность и неумеренный образ жизни всегда использовались его врагами. Многие считали, что физическая ненормальность была причиной его озлобления против общества, озлобления, которое он пронес через всю свою бурную жизнь.

Неумеренность, которую ему приписывали, навлекала на него много неприятностей. Говорили, что даже в то время когда он был профессором в Базеле, его мало кто видел трезвым. Но тогда каким же образом Парацельсу давалась поразительная ясность ума, которой он был отмечен все время? Огромное число трудов, им написанных (страсбургское издание его работ содержит три тома, в сотни страниц каждый), весьма сильно противоречит сказкам о злоупотреблении им алкоголем.

Нет никаких сомнений, что многие из приписываемых ему пороков были выдуманы его врагами, которые не ограничились наймом убийц и сделали все возможное, чтобы запачкать его память, память павшего в результате их мести. Обстоятельства смерти Парацельса не ясны, но наиболее правдоподобной версией является такая: он погиб в драке с убийцами, нанятыми его врагами, желавшими избавиться от своего соперника.

Рукописей, написанных рукой Парацельса, осталось мало, потому что большинство своих работ он диктовал своим ученикам, которые их и записывали. Профессор Стэнфордского университета Джон Стильман так воздает должное памяти Парацельса: «Каково бы ни было окончательное суждение о роли Парацельса в становлении медицинской теории и практики, нужно признать, что он ознаменовал свою карьеру в Базеле рвением и уверенностью, свойственной тем, кто полагает себя вдохновленным великой истиной и кому суждено внести огромный вклад в теорию и практику медицины. По природе своей Парацельс был острым наблюдателем, хотя не был особенно критичен в анализе своих наблюдений. Парацельс был независимым мыслителем, полагавшимся только на себя, хотя многие расходятся по поводу оригинальности его мыслей. В результате сложной эволюции своих взглядов и посторонних влияний, Парацельс пришел к твердому убеждению, что необходимо отвергнуть священные авторитеты Аристотеля, Галена и Авиценны. Далее, обнаружив, что у него есть удовлетворительная замена древним догмам в рамках его собственной версии неоплатонической философии, Парацельс, не колеблясь, сжег за собой мосты.

...

Из Полного собрания сочинений Парацельса фон Гогенгейма

ПАРАЦЕЛЬС

В своей книге «Биографии древних» Фрэнсис Барретт добавляет к имени Парацельса следующие знаки отличия: «Принц врачей и философ огня, великий парадоксальный врач; Трисмегист Швейцарии, первый реформатор химической философии, адепт алхимии, Каббалы и магии, верный секретарь природы, мастер эликсира жизни и философского камня», а также «великий монарх химических секретов».

Порвав с доминировавшими в его время идеями Галена, он стал учить, что основанием медицинской науки будущего станут изучение природы, наблюдение пациента, эксперимент и опыт, а не непогрешимые догмы давно умерших авторов. Конечно, в гордости и самонадеянности молодого энтузиазма Парацельс не сумел правильно оценить чудовищную силу консерватизма, против которого он направлял свои нападки. Эту силу ему пришлось ощутить на себе в Базеле. Начиная с этого времени, он снова стал странником, живя попеременно то в полной нищете, то в относительном комфорте, но все более разочаровываясь в немедленном успехе своей кампании, хотя он никогда не сомневался в окончательном успехе. Он верил, что силы природы заодно с его новыми теориями, а практические успехи являются выражением воли Бога, и рано или поздно они должны победить».

Это был странный и невероятно противоречивый человек, чей изумительный гений сверкал, подобно звезде, сквозь философскую и научную тьму средневековой Европы, борясь с ревностью своих коллег и с собственной вспыльчивостью, борясь за благо для многих против господства меньшинства. Он был первым человеком, который писал научные книги на языке обычных людей, чтобы те могли читать их.

Даже после смерти Парацельсу не было покоя. Снова и снова его кости выкапывали и переносили в другое место. На мраморном камне на его могиле начертано: «Здесь похоронен Филипп Теофраст, знаменитый доктор медицины, который лечил раны, проказу, подагру, водянку и другие неизлечимые болезни тела, обладал волшебным знанием и раздавал добро бедным. В год 1541 на 24 день сентября он сменил жизнь на смерть. На вечный покой».

...

Из книги «Vitae Illustnum Virorum»

АЛЬБЕРТ ВЕЛИКИЙ

Альберт Великий родился в 1206 году и умер в возрасте 74 лет. О нем говорят, что он был «велик в магии, силен в философии и непревзойден в теологии». Он был членом Доминиканского ордена и воспитателем Фомы Аквинского в алхимии и философии. Известно, что Альберт Великий был епископом Регенсбурга. Он был причислен к лику блаженных в 1622 году. Альберт был аристотелианцем в философии, астрологом и большим знатоком медицины и физики. В молодости его считали слабоумным, но его искренняя вера и преданность были вознаграждены видением, в котором перед ним появилась Непорочная Дева Мария и снабдила его огромными философскими и интеллектуальными способностями. Став мастером магических наук, Альберт начал конструирование любопытного автомата, который он наделил способностью к речи и мышлению. Андроид, как он назвал его, был сделан из металла и неизвестной субстанции, выбранной согласно велению звезд, и наделен духовными качествами через магические формулы и заклинания. Труд этот занял целых тридцать лет. Фома Аквинский, полагая этот механизм дьявольским, разбил его, тем самым разрушив труд всей жизни Альберта. Несмотря на это, Альберт оставил Фоме Аквинскому свои алхимические формулы, включая (согласно легенде) секрет философского камня. Однажды Альберт Великий пригласил Вильгельма II, графа Голландского и короля Римского на празднество посреди зимы. Земля была покрыта снегом, но Альберт подготовил банкет на открытом воздухе в своем монастыре в Кельне. Гости были поражены наглостью философа, но сидели до тех пор, пока Альберт не произнес несколько слов, и снег исчез, и сад наполнился цветами и поющими птицами, а воздух стал теплым, как летом. Вскоре после окончания приема к полному изумлению собравшейся знати на землю снова лег снег.