Золушки при делах. Часть 2 - страница 37
- Я бы тоже так решил, уважаемый Асаш, - чуть пошевелился гость, - если бы не был одним из тех, кого обманом заманили в подобное место.
- Ты? – Дархан едва не отшатнулся. – Ты заражен?
- Слава богам, нет! Мне удалось бежать… Но я видел там многое, чего предпочел бы не видеть. И, да, я видел, как наши братья заражают наших братьев! Я могу рассказать тебе об этом, если ты не настолько глуп, чтобы отказаться выслушать меня.
Дархан сжал кулаки. Наглая рыжая морда! Вызвать его на поединок?
- Проблема в том, - усмехнулся Торхаш, - что зараженные направляются с севера в сторону Вишенрога. И твой клан один из тех, кто обязательно окажется у них на пути.
Глава клана шумно выдохнул. Эмоции – эмоциями, но он в ответе за своих рысей! За их покой, здоровье и жизнь! Никто не упрекнет его в том, что он плохо заботится о клане!
- Как я узнаю, что ты не лжешь мне? – хмуро спросил он.
Лихай толкнул к нему переливающийся всеми цветами радуги драгоценный камень.
- Заглянув в него - увидишь то, что происходило, моими глазами. Если, конечно, решишься! – и он снова усмехнулся, открывая острейшие белые клыки.
Дархан скрипнул зубами.
- Рассказывай! А потом я посмотрю в твой заколдованный камень и проверю, обманываешь ты или нет! И если ты обманул…
Наглец только пожал широкими плечами, да перекинул на спину длинную косу. И начал говорить.
Чувствовалось, что он умеет выражать свои мысли по-военному кратко и ясно. Перед глазами Асаша представали промерзшие пещеры в Весеречской глуши, где, заторможенные холодом и оттого не такие молниеносные и опасные, испытывали невыносимые муки самые разные оборотни. Дархан представил, как его самого ведут, крепко держа, двое дюжих тигров, а каменный, уводящий вниз, коридор, не спешит заканчиваться, словно давая ему время подумать о прежней жизни. Об ошибках. О несделанном, несбывшемся…
- Остановись! – рявкнул Дархан и схватил камень. – Я хочу это увидеть!
- Смотри, - любезно кивнул Красное Лихо.
И Асаш смотрел. На безжизненно застывшие на полу фигуры. На другие, с уголка губ, которых стекала липкая слюна. На тех, кто, беснуясь, бросался на стены каменных клетей, разбиваясь в кровь. Смотрел в маленькие глазки гризли-оборотня, горевшие двумя злыми желтыми искрами…
Когда колдовство опустило, глава клана откинулся на спинку стула и прикрыл веки. Радужник, выпав из его руки, стукнул об столешницу.
- Я прошу лишь подумать, - мягко произнес гость, убирая камень в мешочек, что висел на шнурке на его шее. – Подумать о возможности подобной участи для твоего клана. Те, кто это задумал, не жалеют наших собратьев, тебе это о чем-то говорит?
Дархан открыл глаза.
- О том, что они ненавидят людей, как и многие из нас! Ведь, насколько я понял, они делают это для того, чтобы их уничтожить!
- А мне это говорит о том, что они не остановятся даже перед уничтожением собственной расы, лишь бы утянуть за собой человечество! – резко сказал Торхаш. – Я не хочу, чтобы гибли мои братья и сестры даже ради такой великой цели, как Тикрей без людей!
- Ты – одиночка! – изумился Асаш. – Какое тебе дело до остальных оборотней!
Спустя мгновение белые клыки едва не касались его горла. На грохот упавшего стула заглянула фарга, прикрыв рот ладонями, чтобы не закричать, застыла в дверях.
- Вот именно, - прошипел гость. Его мышцы были из стали, потому что мощный Дархан не мог даже шевельнуться. – Мой клан уничтожили люди, и теперь вы все – и рыси, и волки, и тигры, и медведи – моя семья! И я не позволю никому, слышишь, никому, уничтожить ее!
Он ослабил хватку и отступил. Уже от дверей сказал спокойно и с улыбкой:
- Благодарю за гостеприимство, Дархан Асаш!
И вышел.
Глава клана, рыкнув, отстранил бросившуюся к нему фаргу и поднялся со стола, куда повалил его гость. Наглая рыжая морда.
***
Лихай вошел в дом без стука и увидел у кровати закутанную в черные одежды женщину. Тяжелая копна смоляных волос ниспадала ей на спину, и он невольно залюбовался ими, гадая, какое увидит лицо. Единственное, в чем он не сомневался, так это в том, что лицо будет человеческим – запах рассказал ему все о незнакомке раньше, чем он ее увидел.
Она обернулась, и Торхаш стушевался. Ожидал увидеть молодую женщину, однако незнакомка была не молода, хотя и прекрасна. Резкие черты лица, полные яркие губы, не поблекшие от времени. Несколько морщинок в углах глаз и рта указывали на возраст, не делая ее старухой. Лишь взгляд темных, как сливы, глаз – непонятный, невозможный, тяжелый, казался средоточием самого времени, заставляя подчиняться безоговорочно. Этой женщине была знакома изначальная, древняя сила природы, не та, которую маги добывали из Источников, а та, что пронизывала все сущее, позволяя биться сердцу вселенной. Ведьма!
- Зачем ты здесь? – спросила она низким сильным голосом.
- Хотел взглянуть на парнишку, - не стал скрывать Красное Лихо.
Женщина оглядела его и встала. Чуть раздобревшая фигура была по-прежнему статной и сильной. Такую легко представить королевой в золотом венце и пышном платье. Такую легко представить рядом с королем!
- Можешь поговорить с ним. Он слаб, но пироги умял в одно мгновение!
На ее губах мелькнула и пропала неуверенная улыбка. Казалось, эти губы давно разучились улыбаться.
Она вышла, а Лихо, наоборот, подошел к кровати и сел на стул. И встретил смышленый взгляд рыжего веснушчатого парня лет пятнадцати.
- Ненавидишь их? – просто спросил Торхаш.
Уголок рта парня дернулся.
