Холодные звезды - страница 72
– Я спал с ними. А не играл в королеву.
Горло перехватило. В голове снова пронеслись стоны, услышанные мной ночью в отсеке звездолета. Конечно, он не играл. Это со мной у него странные недоотношения, из-за которых мы творим какие-то глупости. Я не сомневалась, что в других, более привычных обстоятельствах Кай бы уже воспользовался случаем. То ли усталость и ранение его удерживали от последнего шага, то ли нежелание потом снова бороться с моей совестью.
Я отпрянула, отползла на свою половину тесного чана и закусила губу. Откинув голову на бортик, Кай продолжал сверлить меня глазами. Он словно предоставлял мне возможность самой решить, что будет дальше. Тягостное молчание действовало на нервы.
– Что ты будешь делать, когда вернешься на Землю? – невпопад спросила я, лишь бы как-то развеять напряженную обстановку.
Он ответил не сразу.
– Куплю новый звездолет.
– А я заберу документы из университета, – зачем-то призналась я, хоть Кай и не старался поддержать беседу. – Космос – это все-таки не мое.
Он коротко кивнул. Я поиграла с хлопьями пены, старательно пряча взгляд.
– Знаешь, если бы мне кто-то разрешил загадать одно желание, я бы, наверно, пожелала вернуться во времени назад и все-таки уговорила тебя остановиться по требованию патруля. Тогда бы мы не упали. И ничего бы этого не было. А ты?
– Я не знаю, чего бы мне пожелать.
Смирившись, что светской беседы не получится, я принялась мыть голову. А что еще оставалось делать? Когда закончила и откинула влажные пряди на спину, Кай наконец пошевелился.
– Кажется, вода совсем остыла. Пора выходить.
Я едва успела отвернуться, когда он поднялся на ноги. Сидела так, пока он вытирался.
– Иди сюда, – позвал Кай, – вставай, не бойся. Я не смотрю.
Я несмело повернула голову. Он, уже одетый, протягивал мне ткань, чтобы вытереться. Я выхватила полотно и быстро в него завернулась. Просушила краем мокрые пряди волос. Кай повернулся, едва успела закончить.
В следующую секунду он подхватил меня на руки и прижал к себе. Чуть пошатнулся, припадая на больную ногу, но удержал равновесие. Я тихонько ахнула от этого ощущения беспомощности и неги. Было приятно не одеваться, а плыть по воздуху навстречу мягкой кровати.
– Твоя рана… – напомнила тихонько.
– Что, никто раньше не носил тебя в постель на руках? – усмехнулся Кай, пропустив мои слова мимо ушей.
– Никто… – я сообразила, что значит его намек, и все блаженство мигом слетело, – только не говори мне, что ты вот так всех подряд таскал!
– Ну… не всех подряд… – Он уложил меня на постель и ушел, чтобы задуть свечи за ширмой.
Я завернулась в меха, как в кокон. Усталость разлилась по всему телу. Как же хорошо, что Кай все-таки не дал мне стряхнуть с себя расслабленность после ванны, а заботливо уложил отдыхать! Веки сами собой смыкались. Кровать за моей спиной прогнулась под чужим весом. Кай вытянул из-под меня край меховой шкуры, одним движением придвинулся ближе, прижал к груди. Я ощутила, как между моих ягодиц уткнулся его твердый мужской орган. Невольно напряглась.
– Не бойся, – пробормотал Кай над моим ухом, – это… ничего не значит. Ты голая… красивая… я старался не смотреть. Но ты очень красивая… я обещал, что не трону.
– Зачем… – только и смогла выдавить я.
– Вдвоем спать безопаснее, вдруг Тхассу выйдет. Не стоит выпускать друг друга из поля зрения.
Кай развернул меня лицом к себе. Я оказалась в кольце его рук, прижатая губами к его плечу, но зато наши бедра больше не соприкасались. Пространство под меховой шкурой нагрелось, стало тепло, даже жарко. Я лежала и вдыхала аромат розового мыла, оставшийся на мужской коже. Чувствовала биение крохотной жилки под своей щекой. Прокручивала в голове события вечера. Неожиданно вспомнила, что показалось мне неправильным.
– Ты понял мое желание, Кай? Я загадала, чтобы мы не падали. Я не загадывала, чтобы мы никогда не встречались.
Губы Кая прижались к моему виску в нежном поцелуе.
– Спи, Белоснежка.
* * *
Утром я нашла на подушке цветок. Дикий, лесной, с желтой головкой и неказистыми крохотными листиками. Он не источал аромата, кроме терпкого травяного запаха от стебля, но мне хватило того, что от подушки пахло розовым мылом. Я невольно улыбнулась, вспомнив окончание прошлого вечера, но тут же поморщилась от боли в горле. Похоже, действие лекарства прекратилось и симптомы болезни вернулись вместе с температурой. К счастью, не такой высокой, как прежде.
С улицы доносились голоса. Завернувшись в простыню, я перебралась в купальню, где оделась и немного навела порядок. Было бы свинством оставлять тут бедлам после того, как воспользовались гостеприимством хозяина. Тем временем Кай и Тхассу вернулись в дом. Они принесли кувшин молока и миску, полную яиц. Вскоре на сковороде аппетитно зашипел омлет.
– На, выпей это, – Кай, который хромал уже не так заметно, подошел и вручил мне кружку с уже знакомым отваром, – как твоя температура?
– Есть немного. – Я с благодарностью приняла лекарство и пригубила, поглядывая на Кая поверх кружки.
– Тхассу даст нам с собой бутылочку отвара. Тебе надо попить еще день или два, чтобы все окончательно прошло.
Я ожидала, что он добавит что-то еще, например, спросит, понравился ли мне цветок, но Кай сделал вид, что ничего особенного не случилось.
– А как твоя нога? – поинтересовалась в свою очередь я.
– Идти смогу, не волнуйся. Мазь действует, как и твое лекарство.
За завтраком он опять крутил карту, перекидывался короткими фразами со стариком. Продумывал маршрут. У меня руки так и чесались отобрать все, чтобы спокойно поел, но я заставляла себя жевать и не вмешиваться. В конце концов, речь шла о нашей безопасности.
