Эрбат. Пленники судьбы - страница 404
— Прекрасно, с одним покончено. Вы подтверждаете подлинность камней Светлого бога. Теперь мне бы хотелось представить вам нескольких достойных людей из числа тех, кто присутствовал на том празднике в вашем замке, который состоялся много лет тому назад, а именно когда вы впервые давали своим сыновьям в руки камни Светлого бога. Граф, вы их должны знать… Господа — обратился Вен к нескольким людям весьма представительного вида, стоявшими чуть в стороне, — господа, прошу вас подойти сюда.
— О, мои старые добрые друзья! — по лицу графа разлилась улыбка. — Как же я рад вновь видеть вас!
Судя по лицам подошедших, далеко не каждый из них был так же счастлив увидеть графа, как он их, но вслух никто ничего не сказал. Хватило сухих кивков.
— Так вот, — продолжал Вен. — Эти люди своими глазами видели сияние камней в детских руках, запомнили это необычное зрелище, и могут подтвердить, тот ли свет шел от этих камней, какой мы увидим сейчас. Граф, вы не возражаете против подобного?
— Что вы! Как можно!
— А вы? — обернулся Вен к Кастану.
— Не возражаю. Пусть этот авантюрист посмотрит, и поймет разницу между им и нами! А заодно пускай на сияние камней Светлого бога полюбуются все. Зрелище незабываемое.
— Что ж… Граф, окажите нам честь, пусть камни в ваших руках покажут подлинную древность вашего рода.
Граф Д'Диаманте улыбнулся чистой улыбкой человека, которому совершенно нечего скрывать от посторонних, и достал из шкатулки камни. И тут я впервые увидела, какое это незабываемое зрелище — струящийся золотой свет с рук человека… Восхитительно! И хотя я прекрасно знала, что это не настоящие камни Светлого бога, и этот удивительный золотой свет — дело колдунов Нерга, но, тем не менее, надо признать — зрелище впечатляющее. А вот сияние из рук Кастана выходило несколько иным, не таким чистым и светлым, какое лилось из рук его отца. Впрочем, подобная разница, похоже, не очень волновала сына графа.
— Теперь вы… — обратился Вен к Киссу, но тот лишь отрицательно покачал головой.
— Брать эти камни в руки мне не имеет смысла. Они не будут светиться. К сожалению, это подделка, хотя и довольно точная.
— Ну, все ясно! — расхохотался Кастан. — Чего-то подобного я и ожидал! Значит, ненастоящие… Ну-ну! Думаю, уже можно звать стражу и подгонять к крыльцу позорную клетку! Надеюсь, ваши покровители не будут возражать против подобного?
Судя по реакции окружающий, все были согласны со словами Кастана. Но Кисс продолжал, не обращая внимания на шум.
— Дело в том, что моя мать, принцесса Кристелин, за день до своей гибели спрятала настоящие камни Светлого бога. Я не буду раскрывать причину ее поступка, скажу лишь, что у нее для этого были все основания.
— Хватит молоть вздор! — скривился Кастан, да и граф смотрел на Кисса с видом оскорбленной добродетели. — Умнее ничего придумать не мог?
— Это не вздор, а чистая правда. Могу лишь догадываться, чего вам стоило приобретение почти точной копии утерянного…
— Ну и где же они, эти камни? — уже откровенно насмехался Кастан. — Ну, те, которые, по твоим словам, настоящие? Для достоверности всего сказанного надо только выложить перед нами будто бы подлинные камни Светлого бога! Итак, и за чем дело встало? Где они? Я жду, причем с нетерпением!
— Они со мной…
Кисс снял с шеи мешочек с оберегом, и вытряхнул на ладонь две старенькие деревянные фигурки. С усилием раскрутил одну из них — и на его ладони оказалось что-то серое, которое тут же осыпалось, и оказалось, что на ладони парня лежит большой сверкающий камень. Точно так же Кисс раскрыл и вторую деревянную фигурку, и все увидели второй камень, сиявший ничуть не слабее первого. И тут сверкнула яркая искра, за иней вторая, а в следующее мгновение с ладоней Кисса полилось не просто сияние, а нечто сказочное, то, что можно увидеть лишь в мечтах — буйство золотого света, волшебного сияния груды драгоценностей, пронзенной солнечным лучом и вобравшей в себя все великолепие мира… Невозможно было оторвать взгляд от этой потрясающей игры восхитительного света, притягивающего глаз и заставляющего замереть дыхание от этой немыслимой красоты…
Не только я, но и все находящиеся в огромном зале затаили дыхание, зачарованные удивительным зрелищем, одним из самых необычных, какие только можно себе представить. Казалось, этими волшебными переливами золота и сиянием сказочных драгоценностей можно любоваться бесконечно…
И тут произошло то, на что я не смела и надеяться: граф Д'Диаманте, вскочив со своего кресла, кинулся к Киссу. Грохот упавшего на пол кресла быстро отрезвил всех присутствующих в зале, которые до того не могли (да и не хотели) шевелиться, и стояли, словно околдованные увиденным…
— Отдай! — граф даже не кричал, а визжал, пытаясь вырвать из рук сына камни Светлого бога. — Отдай, я сказал! Это мое! Пока я ношу титул — это все мое! Мое! Отдай!..
Как видно, увидев свое, казалось бы, навек утраченное сокровище, граф позабыл обо все на свете, в том числе и о том, что должен изображать из себя беспомощного инвалида. У него сейчас одна цель — заполучить камни, и для графа это стало самым важным. Его прыжкам и скачкам вокруг Кисса могли позавидовать и здоровые люди — любому понятно, что в этом случае о мгновенном исцелении не может быть речи. То, что граф куда здоровее многих из присутствующих здесь — это всем стало ясно сразу и без слов. И еще в тот же мгновение куда-то пропало необычное обаяние и очарование графа, а его лицо стало не просто неприятным, а даже отвратительным. Такое впечатление, будто кто-то сдернул со стены на редкость красивый ковер, и выяснилось, что он прикрывал отвратительную грязь, размазанную по той стене…
