Эрбат. Пленники судьбы - страница 95
Смотровая площадка находилась, как это и положено в Таристане, на самой вершине замка, и к ней вела неширокая крытая галерея. Вечерело, на землю упали первые сумерки, и в галерее уже было довольно темно — маленькие узкие окошки-бойницы почти не пропускали свет заходящего солнца.
Дариан никогда не был здесь в темное время, и ему стало страшно. Да и из открытой арки, что вела на смотровую площадку, на него вдруг веяло жутью… И еще он почувствовал, что им ни в коем случае не стоит идти туда, не надо переступать границу между аркой и галереей. Он крепче сжал руку матери.
— Мама, давай не пойдем туда!
— Дариан, неужели ты боишься высоты? А я и не знала…
— Мама, там что-то страшное! Уйдем отсюда, а не то я боюсь!
— Дариан, там нас ждет папа!
— Я не хочу идти туда! И ты не ходи!
— Дариан!..
— Я не пойду туда! И ты, пожалуйста, не ходи туда! Давай вернемся в свою комнату…
— Хорошо, мальчик мой, если ты не хочешь идти на площадку, то давай сделаем так: ты останешься здесь. Видишь, часть стены перекладывают, и здесь есть все еще не заделанные ниши. Встань сюда, в одно из этих углублений…
— Но тут темно!
— Правильно. Если кто пойдет мимо, то ты будешь видеть всех, а тебя никто не увидит. К тому же отсюда тебе будет слышен весь наш разговор с твоим отцом.
— Мама, возвращайся поскорее. Я… я не хочу быть один.
— Ты и не останешься один. Я всегда буду с тобой, малыш мой. Сейчас мы поговорим с папой, и я вернусь за тобой. А может, мы подойдем вместе с твоим отцом!
— Возвращайся поскорее…
— Я постараюсь. А ты ни в коем случае не выходи отсюда, пока я тебе этого не разрешу.
— Хорошо.
Дариан отступил в темноту стены, и проводил взглядом фигуру матери. Сейчас она поговорит с отцом, и отныне все у них будет в порядке. Хорошо бы, если б им не пришлось никуда уходить отсюда, и чтоб они отныне жили все вместе, с папой…
Вот мать шагнула на площадку и скрылась с глаз сына. Но почти сразу же до Дариана донесся ее голос:
— Кто вы? И что вы здесь делаете?
— Это, дорогуша, я — раздался донельзя довольный голос Гарлы. — А со мной те, кому я полностью доверяю. Что, не ожидала меня здесь увидеть? Ну конечно, в записке было нечто иное… Понимаю твое разочарование… Эй, куда же ты побежала?
Небольшой шум на площадке… Дариан, прижавшись к стене, со страхом вслушивался в звуки, долетавшие до него наружи.
— Да заткните же ей рот! Как бы орать не начала, лишний шум сейчас не нужен… Кстати, где ее ублюдок? Они же никуда друг без друга не ходят… Его здесь нет? Наверное, дорогуша, ты его у себя в комнате оставила, когда, задрав хвост, побежала к моему мужу на свидание… Я права? Досадно. Это все немного усложняет…
Снова возня…
— Держите ее крепче! Надо же, как рвется! Не волнуйся, скоро отпустим. А пока послушай меня. Сейчас ты покончишь с собой. Спрыгнешь отсюда вниз, прямо на камни двора. Это будет признано самоубийством. Какая печальная история, у меня от горя прямо слезы на глаза наворачиваются! Такая молодая — и пойти на подобный грех! Как ты могла!.. Правда, я рассчитывала, что ты полетишь вниз не одна, а вместе со своим сопляком, но, увы… Ничего, он кинется вслед за тобой завтра, будучи не в силах преодолеть горе от разлуки со своей дорогой мамашей! У меня уже и свидетели наготове, на чьих глазах ты сиганула отсюда… Да утихомирьте же ее! Северянка, ты сама во всем виновата: я хотела решить с тобой вопрос по-хорошему, а ты не поняла моего доброго отношения. Так что теперь пеняй только на себя. Запомни: к врагам у меня жалости нет, а ты, и твой белоглазый ублюдок — вы оба мои враги, которых я ненавижу всей душой. Это мой дорогой муженек способен лишь написать записку, и сделать вид, что он тут ни при чем, а все остальное за него обычно доделываю я, причем с огромным удовольствием… Тащите ее к краю.
Снова возня, а затем оцепеневший от страха ребенок услышал:
— Погодите. У меня еще остался должок перед ней. Помнишь, я обещала рассказать тебе перед смертью о том, откуда у меня появился Кастан? Отчего-то всех удивляет, что я впервые в жизни родила ребенка когда мне уже перевалило за пятьдесят пять… Так вот, поясняю: чтоб такие, как ты, меньше лезли к моему мужу, мне был необходим сын, наследник рода Д'Диаманте. Но увы, я уже с молодости знала, что детей у меня нет, и быть не может. Так что за решением этой проблемы мне пришлось обращаться за помощью в Нерг, к тамошним колдунам. Знаешь, почему свет от камней в руках Кастана был не очень ярким? Просто мне, чтоб забеременеть, пришлось отвалить кучу денег темным колдунам, и вдобавок ко всему этому я еще должна была трижды совершать обряды с жертвоприношениями, каждый раз отправляя на жертвенный камень по шесть человек, причем каждый раз это были дети. Считать умеешь? За жизнь Кастана заплатили собой восемнадцать юных паршивцев. Не знаю, как другие, а я не считаю это большой ценой. Но вот камушки Светлого Бога вздумали показывать свое недовольство… Теперь тебе все понятно? Ну, прощай. Я тебя терпела дольше всех любовниц моего мужа, так что имею полное право на то, что делаю. Ты мне хочешь что-то сказать? Послушала бы я тебя, да боюсь, ты орать начнешь, так что обойдемся без лишних слов. С меня достаточно страха в твоих глазах… Все, бросайте ее!
Раздался страшный крик, уходящий вниз, а затем послышался глухой удар о землю.
— Все, уходим — снова голос Гарлы. — Быстро!
Мимо застывшего в ужасе ребенка пробежали трое мужчин. Дариан их знал — слуги Гарлы… А вот и она сама с довольным лицом прошествовала мимо…
