Я нарисую тебе сказку - страница 45

— Зато у них не останется времени на глупости, — ответил Нир, пристально следя за студентами.

— Так же, как и сил доползти до общежития, — укорил Николас. — Сам их разносить будешь, не хочу потом вонять, как стадо нурхов.

— Какие мы нежные! — усмехнулся Сторкс.

— Вот женишься, посмотрю, как сам запоешь! — не остался в долгу Николас. — Привал!

Как только его голос, усиленный магией, разнесся по полигону, студенты попадали там же, на полосе препятствий. Раздался дружный стон облегчения, а один студент поклялся в вечной любви и преданности своему декану.

— Разбалуешь, — припечатал Нирайн, впрочем, не стремясь оспаривать слова друга.

— Приобрету верных соратников, — хмыкнул Николас. — Пойдем, нам нужно к декану артефакторов. Занятия окончились, значит, скоро туда придет и Дорская.

— Чтобы опять начать избегать меня, — недовольно пробурчал Нир, последовав за Вартеном. — Что я ей такого сделал?

— Не знаю, но это действительно странно. Больше ни на кого она так не реагирует.

— Видел бы ты, что с ней было, когда я попытался поговорить во время обеда.

Нирайну повезло отловить художницу, когда та направлялась в академическое кафе. Вот только разговора не получилось. Стоило ему взять ее за руку, как магиану буквально затрясло, и она принялась вырываться. Ниру пришлось отойти, и только после этого Марилиса смогла успокоиться. Пробормотав что-то невнятное, она быстро скрылась из виду. А Сторкс пришел в бешенство.

Его начала напрягать пугливость художницы. Особенно когда он не давал совершенно никакого повода. Нирайну даже начало казаться, что она просто играет с ним, изображая из себя недотрогу. И только оказавшийся рядом в это время Ридан сумел отговорить Сторкса от опрометчивого поступка — высказать Марилисе все, что он думает.

— Сейчас главное — узнать, что именно с ней произошло, — сказал Николас, открывая портал. — А потом попробуем решить и твою проблему.

Нирайн на это ничего не ответил, мысленно понадеявшись на удачу.

ГЛАВА 12

Магистр Янира Торис не разрешила никому, кроме ректора, присутствовать на сеансе гипноза. Сказав, что девочке и так досталось, она выгнала всех за дверь, пообещав потом впустить их.

— Ну как же так? — возмущалась Ларика, сидя перед кабинетом декана факультета артефактики. — Я же ее подруга и имею полное право находиться там.

Правда, высказывала свои претензии травница как можно тише, чтобы, не дай Древние, ее не услышали в кабинете. Помешать сеансу магиана точно не желала.

— Леди Ларика, сейчас вы ничем не можете помочь госпоже Марилисе, — тихо увещевал ее лорд Николас. — Нам всем остается только ждать результатов. Лучше пожелайте подруге все вспомнить, это бы значительно облегчило нашу задачу по поимке преступника.

— А если не получится вспомнить? — поинтересовалась травница.

— Значит, будем незаметно наблюдать за магистром Дорской, нам больше ничего не остается.

— Кошмар какой-то! Я всегда считала нашу академию самым безопасным местом…

— И очень зря, — не согласился магистр Волфус, подпирая стену около двери. — История этого учебного заведения изобилует трагедиями. Невозможно застраховаться абсолютно от всего.

Недовольно поджав губы, Ларика все же была вынуждена согласиться с некромантом. Просто все эти трагедии произошли так давно, что о них часто забывали, привыкнув считать академию Магического Познания чуть ли не оплотом безопасности и спокойствия, ведь опасность всегда приходила из внешнего мира. Ее стены, выложенные из глыб светло-серого базальта, казалось, не смогли бы пробить никакие заклинания. Но теперь враг был внутри.

Проведя рукой по светло-коричневой поверхности скамьи, на которой сидела, Ларика тихо вздохнула. Она умела быть терпеливой — профессия обязывала, но иногда, вот в такие моменты, ожидание просто убивало.

Спустя полчаса дверь открылась, и декан Торис попросила войти Сторкса. Удивленно посмотрев на нее, Нирайн прошел в кабинет.

— А мне разве нельзя? — Он успел услышать возмущенное восклицание травницы, прежде чем дверь закрылась.

— Что-то случилось? — поинтересовался Нир, посмотрев на нахмурившегося ректора и чем-то смущенную Марилису.

— Можно и так сказать, — не стал отрицать лорд Арайн. — И в этом деле нам сможешь помочь только ты.

— Слушаю.

— Марилиса смогла вспомнить вчерашние события. Дело в том, что этот ловкач действительно применил к ней одно заклинание.

— Какое именно?

Нирайн встревоженно посмотрел на художницу, но та упрямо продолжала отводить взгляд.

— Для лучшего запоминания материала, — торжественно возвестил архимаг. — Именно поэтому усыпляющее зелье было таким слабым.

Некоторое время Нирайн пытался осмыслить услышанное, а затем восхищенно присвистнул.

— Слабое сонное зелье убрало сопротивление, а заклинание памяти вложило нужную информацию в мозг, — быстро начал перечислять боевик. — Из-за того, что госпожа Марилиса не могла контролировать процесс, находясь в полусонном состоянии, сказанные похитителем слова подействовали как гипноз. Вот только структура этого заклинания совсем другая, поэтому мы и не смогли ничего понять.

— Вот именно! — согласился ректор. — Какой все-таки опасный противник попался нам…

— И все же почему вы позвали только меня? — наконец спросил Нир, заметив, что художница совершенно не стремится поучаствовать в беседе.

— Потому что помочь можешь именно ты, — ответил ректор, а вокруг глаз глубже обозначились лучики-морщинки, указывая на еле сдерживаемый смех. — Думаю, Марилиса сама тебе все расскажет.