Маленькие женские тайны - страница 34
Рванув дверь, Клодин влетела в библиотеку, держа перед собой пистолет. С порога увидела — Арлетт стоит у стола, на котором разложены какие-то железки, ирландец в углу, у сейфа — кажется, пытается его открыть…
— Руки вверх! — услышала свой голос словно со стороны — тонкий, неуверенный — и повторила, как можно более решительно: — Оба — руки вверх!
Реакция была не совсем такой, как она ожидала. Парень, правда, вскинулся, отпрянул от сейфа и испуганно уставился на нее. Но вот Арлетт… на нее появление хозяйки дома, причем вооруженной, произвело совершенно не то впечатление, на которое Клодин рассчитывала.
— А-а… — девчонка зло рассмеялась. — Вот как кстати! Хватай ее, Имон!
— Ты что, с ума сошла, у нее пистолет! — застыв на месте, быстро, краем рта, выпалил парень.
— Ох, Имон, ну что ты за мямля! — раздраженно бросила Арлетт. — У этой тощезадой модельки кишка тонка выстрелить! А вот сейф она нам сейчас откроет… если, конечно, не хочет, чтобы я ей морду исполосовала так, что на нее ни один мужик больше в жизни не позарится, — в руке у француженки зажат зловещего вида нож с длинным узким лезвием.
Ирландец шагнул к Клодин. Взглянул на Арлетт — та подбадривающе кивнула и махнула ножом, как дирижер — палочкой.
— Давай-давай! Что — все я должна делать?
— Руки вверх! Не подходи! — вскрикнула Клодин.
Еще шаг, еще.
— Не подходи!
Еще шаг… Она непроизвольно зажмурилась и нажала на курок.
Выстрел прозвучал оглушительно громко. Выстрел — и сразу за ним пронзительный вопль, в первый момент Клодин подумала, что это звенит у нее в ушах.
Она открыла глаза.
Ирландец, скорчившись на полу возле окна, держался обеими руками за колено и тонко повизгивал. На черных брюках кровь была почти не видна, зато хорошо заметна на руках.
Это что… это что — она сделала?!
Клодин испуганно взглянула на Арлетт. Та тоже смотрела на нее, словно не веря собственным глазам.
Каким-то не своим, низким и дрожащим голосом переспросила:
— Ты его ранила?! Ты… ты… — и вдруг стремительно, как разворачивающаяся змея, бросилась вперед. Клодин еле успела отпрянуть — лезвие ножа прорезало рукав халата и застряло в нем.
Выдернув его, Арлетт замахнулась снова, но Клодин перехватила ее руку; попыталась ударить девчонку коленом в живот, но та ловко подсекла ей ногу, и в следующий момент они уже катились по полу.
Падая, Клодин больно ударилась обо что-то боком. «Нож, главное — нож!» — крутилось у нее в голове.
Когда-то она кончала курсы самообороны для женщин, но никто не учил ее, как, оказавшись на полу, справиться с обезумевшей от злости семнадцатилетней девушкой. Клодин даже предположить не могла, что щуплая француженка окажется такой верткой и сильной. Удержать ее руку, сжимавшую нож, удавалось с трудом, Арлетт отчаянно дергалась, пытаясь вывернуться, и когтями свободной руки упорно тянулась к лицу Клодин, при этом изо всех сил лягалась и пиналась.
Сама Клодин отвечала ей тем же, пару раз удалось удачно съездить девчонке локтем под дых — та аж крякнула. Стоя на ногах, она бы чувствовала себя более уверенно, но встать, не отпустив Арлетт, не получалось, а отпустить ее значило бы отпустить и нож в ее руке.
Внезапно француженка сменила тактику — и, когда Клодин в очередной раз отбила тянувшуюся к ее глазам руку, вдруг мертвой хваткой вцепилась ей в горло; перевернулась, оказавшись сверху, и навалилась всем весом.
Сразу стало нечем дышать, в глазах потемнело. Клодин из последних сил удерживала занесенный над ней нож, второй рукой пытаясь оторвать от своего горла цепкие пальцы.
И вдруг девчонка исчезла, словно унесенная каким-то вихрем, и Клодин смогла вдохнуть. Рядом оказался Томми, взгляд его был слегка осовелым, но вполне разумным. Выдавив из себя что-то вроде «Я…», он приподнял ее и усадил, прислонив спиной к письменному столу; быстро, словно не доверяя собственным глазам, коснулся пальцами лица, шеи.
— Я сейчас, ладно?! — метнулся к лежавшей на полу ничком в паре метров от них Арлетт; на ходу пинком ноги отбросил подальше выпавший из ее руки нож. Повернул ее, пощупал пульс на шее, оглянулся на Имона — тот, скорчившись в углу, тихо поскуливал — и вернулся к Клодин, схватил ее за плечи.
— Ты… Как ты?
— Ты ей влепил! Черт возьми, ты ей в самом деле влепил! — восторженно выпалила она.
— А что же мне было делать, если она тебя чуть не зарезала?!
— Ох, как я тебя люблю!
— Как ты — в порядке?
Клодин пошевелила головой, нахмурилась, пытаясь понять собственные ощущения. Голова кружилась, перед глазами плавали черные точки; еще сильно болел ушибленный бок, но вроде больше ничего страшного не было. И тут ее взгляд упал на нечто, чему, по ее мнению, здесь было совершенно не место.
— Ты почему без трусов? — покосилась на Арлетт — девчонка, слава богу, все еще лежала без чувств. — Пойди надень, ты что — неприлично!
— Клодин, как ты? — мягко переспросил Томми.
— Я? Я в порядке! — бодро ответила она и потеряла сознание.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Из дневника Клодин Конвей: «Опять у нас все не как у людей!..»
Без сознания Клодин пребывала — так ей, по крайней мере, показалось — довольно долго. Пару раз ненадолго приходила в себя — вроде бы ее куда-то везли, было ощущение вращения, яркий свет. Врачи тоже определенно были — в зеленых халатах и что-то говорили.
Когда она очнулась, то лежала в постели, но не дома, а, судя по минималистскому декору, в больнице.
