Маленькие женские тайны - страница 53

Конкурсанток публика приветствовала куда громче и дружнее, чем жюри. Некоторые из зрителей аплодировали всем подряд, но много было и тех, кто специально приехал из других городов, чтобы поддержать своих землячек. Как правило, они сидели тесными группками, размахивали флагами и транспарантами и приветствовали своих избранниц радостным свистом.

Всего девушек было девятнадцать; самой младшей — семнадцать лет, самой старшей — двадцать четыре. Злюку на самом деле звали Кайра Махони, высокую афроамериканку — Розанна Паркер, а белокожую брюнетку, которая так понравилась Клодин — Марта Кройцах.

Потом девушки ушли за кулисы, и на сцену вышел мужчина в ковбойской шляпе и с гитарой. Лицо его было Клодин незнакомо, но, судя по тому, как его приветствовали зрители, в этом зале он был многим известен и любим.

Пока он одну за другой исполнял под собственный аккомпанимент забавные песенки в стиле кантри, она успела позвонить Томми. Договорилась, что после конкурса они встретятся прямо на фуршете, попросила передать привет Фионе и всем остальным и поблагодарить их за транспарант — и побыстрее закрыла и спрятала телефон. И так уже миз Кроссвелл посматривала на нее неодобрительно, хотя замечание сделать не решилась.

Первый конкурс был, казалось бы, самым простым. Он назывался «Приветствие».

За одну минуту — шестьдесят секунд — каждая конкурсантка должна была рассказать о себе. Причем рассказать не просто свою биографию, а о том, что является ее жизненным кредо, о чем она мечтает, каким видит свое будущее.

Порадовала Клодин ее «фаворитка» Марта Кройцах. Вместо обычного сухого «родилась… училась в школе… «, она рассказала, что они с мамой живут вдвоем, больше у них никого нет. Мама работает продавщицей в магазине одежды. Работа это тяжелая — весь день на ногах, и Марта мечтает, что когда-нибудь станет хорошо зарабатывать, тогда маме не придется работать. И еще — что они с мамой съездят в Диснейленд, это мечта на ближайшее будущее. Когда ей было девять лет, они собирались поехать туда втроем, вместе с папой, но не смогли — папа заболел и очень скоро умер. Весь прошлый год по вечерам, после занятий в колледже, Марта работала в пиццерии и копила деньги на поездку, для нее это было очень важно — не только как осуществление детской мечты, но и как возможность доказать самой себе, что судьбу иногда можно переспорить, взять ее в свои руки. И теперь осталось только дождаться маминого отпуска — и можно ехать.

Клодин не знала, сколько правды в этом рассказе, но прозвучал он так просто и трогательно, что за душу взяло. Поэтому Марте, единственной из всех конкурсанток, она поставила высшую оценку — десятку.

Пока на эстраде очередные артисты, на сей раз трио девушек в сверкающих серебряных платьях, исполняли блюзовые композиции, миз Кроссвел подвела итоги конкурса и передала их ведущему. Объявление оценок проходило под одобрительный свист и аплодисменты, крики и топанье ногами недовольных. Клодин невольно вспомнила шуточку ведущего про помидоры — а ну как действительно найдется какой-нибудь идиот?!

Но крики быстро стихли, а ведущий объявил очередной конкурс — дефиле в купальниках; не преминул добавить: «Любезно предоставленных фирмой «Лорелея».

Одна за другой, под ритмичную музыку, конкурсантки проходили взад-вперед по сцене, поворачивались, вскидывали вверх руки и делали пируэты — а когда музыка заканчивалась, устраивались в красивой позе на стоявшем на заднем плане длинном розовом диване.

Сложены почти все они были очень неплохо, но вот искусство красивой походки далось далеко не всем. Многие из девушек явно привыкли ходить в брюках, широким энергичным шагом, и невольно сбивались на него и сейчас.

— Эй! — глядя на очередную девушку, подтолкнула Клодин Ришара. — Кажется мне — или она действительно косолапит?

— Угу… — не отрывая глаз от сцены, промычал он. — А у предыдущей щиколотки были толстые, и двигалась она как марионетка — никакого изящества. О, а вот эта мне нравится! Дурочка, но миленькая!

— Почему дурочка? — Клодин взглянула на дефилирующую по сцене Эффи.

— У нее совершенно кроличья мордочка — без тени мысли. Но фигурка — м-мм! — он поцеловал кончики своих пальцев и лукаво покосился на Клодин. — И вообще, хочешь что-то узнать о девушке — спроси у папочки Ришара.

— Тоже мне, «папочка»! — рассмеялась она, но, поймав на себе взгляд миз Кроссвел, постаралась сделать серьезное лицо.

Какие именно артисты выступали после этого конкурса, Клодин так и не узнала. Едва последняя из конкурсанток, продефилировав по сцене, заняла свое место на переполненном девушками диване, она передала миз Кроссвел лист с оценками и поспешила за кулисы. Ей нужно было позвонить маме, а делать это на глазах у советницы губернатора категорически не хотелось.

За кулисами она еще прибавила ходу — времени было в обрез — и лишь забежав в туалет, перевела дух, одновременно нажимая кнопку быстрого набора.

Мама рассказала, что сегодня, по случаю субботы, они с папой водили Даффи в зоопарк. Ему там страшно понравилось, он не испугался ни тигра, ни даже гориллы. Днем он хорошо поспал, а вечером почти не шалил — только вынул из папиных ботинок шнурки и теперь не хочет показать, куда их спрятал. С Дино тоже все в порядке — он уже вполне освоился и прогнал забежавшего во двор соседского кота раза в три больше его самого.

— Мама, ты мне его вконец разбалуешь! — в который раз за последнюю неделю сказала Клодин. Реплика, само собой, относилась не к драчуну Дино.