Вампиры замка Карди - страница 109
Проводив взглядами уходящего Вильфреда, Димка и Мойше повернулись и неспеша направились предписанной им дорогой к подземному ходу.
Почему-то вдруг навалилась усталость, и на душе было пусто, тоскливо и как-то холодно.
- Я так испугался, - сказал Димка, - Думал, помру.
- А я думаешь, не испугался, - хмыкнул Мойше, - Чуть в штаны не наложил... И что это за немец такой странный?.. Как думаешь?
- Ты слышал, что он сказал тому, которого убил? Детей обижать нельзя.
- Поздно опомнился.
- Для нас - не поздно...
- Ну да...
Коридор постепенно сужался и забирал немного вправо.
Мойше вздохнул, перекинул тяжелый автомат на другое плечо.
- Хочешь, понесу? - предложил Димка.
- Нет уж, - Мойше нежно погладил черное дуло, - Я теперь с ним не расстанусь.
- Ты обращаться-то с ним умеешь?
- Обижаешь... С закрытыми глазами разберу и соберу.
Димка недоверчиво хмыкнул.
- На спор? - обиделся Мойше.
- На спор... Только не сейчас, ладно?
Когда кто-то подкрался сзади и зажал ему ладонью рот, Димка даже пикнуть не успел, только вытаращил в ужасе глаза да нелепо взмахнул руками, роняя пистолет.
Мойше обернулся было, стаскивая автомат с плеча, но его руку уже перехватили и вывернули так, что мальчишка охнул и выпустил оружие.
- Вы говорите по-немецки? - с жутчайшим акцентом осведомился один из мужчин.
- Только на нем и говорим, - пробормотал Мойше.
- Хорошо, - кивнул мужчина, - Значит мы друг друга поймем.
После этих слов железная хватка ослабла и Мойше был освобожден.
Димка был освобожден в следующее мгновение.
Напавших было двое, были они грязны, небриты, кажется, немного пьяны, выглядели агрессивными и очень злыми, и оба мальчишки, независимо друг от друга сделали показавшийся им в тот момент самым правильным вывод, что напавшие - вампиры, что они голодны, кровожадны, безжалостны, и намерены прямо сейчас ими пообедать.
Очень много труда пришлось приложить Джеймсу и Гарри, чтобы убедить впавших от страха в прострацию мальчишек, что они не вампиры и не анахронизмы, а всего лишь солдаты союзной армии, что находятся они в замке на нелегальном положении, и несмотря на то, что голодают, детей пока еще не едят.
Подземный ход, выводящий куда-то в лес, действительно имел место быть, но им пока не воспользовались, вернувшись вместе Гарри и Джеймсом в их убежище.
Опасность, что немцы доберутся до них была все еще, конечно, велика, но как сказал Джеймс, вряд ли после всего произошедшего, немцы вообще будут продолжать поиски, а бежать из замка, оставляя на свободе выводок вампиров безответственно и даже преступно.
Глава XIX. Не молись об исполнении желаний...
Есть такая древняя мудрость: никогда не молись об исполнении желаний а то они действительно могут исполниться.
Гели Андерс на собственном опыте смогла познать, что данная мудрость действительно Мудрость, а не просто чье-то забавное высказывание...
Гели приехала в замок на три недели позже, чем планировала. Так получилось. Сначала она растянула лодыжку, потом Хельмут был слишком занят, чтобы организовать ее переезд, и три недели пролетели, как один день. Но наконец свершилось: Хельмут посадил Гели в поезд и обещал прямо со станции дать телеграмму Магде о том, чтобы Гели встретили.
В роскошном купе первого класса Гели была одна. Всю дорогу, глядя на пролетающие за окном пейзажи, Гели мечтала. Мечтала о том, как она увидит Курта, по которому успела ужасно соскучиться за время разлуки. И о том, как благотворно повлияет на него романтическая атмосфера этого старинного замка - он уже не будет кричать на нее и толкать ее в тачку с навозом, он станет совсем, совсем другим! И еще мечтала о том, как они вместе с Куртом будут исследовать там что-нибудь, подвергаясь ужасным опасностям. И о том, как она, Гели, совершит какое-нибудь очень важное для Германии научное открытие, а в ходе этого спасет Курта с риском для жизни, и как он, склонившись над ее бездыханным телом, будет молить: "Не умирай! Я не смогу жить без тебя! Не покидай меня, любовь моя!". И как она откроет затуманенные смертью голубые глаза и скажет ему... Скажет ему... Было очень много вариантов того, что Гели скажет Курту в последний миг, прежде чем глаза ее сомкнутся навеки - или пусть Курт подумает, что навеки, - а на самом деле она совсем не умрет, и оживет под градом его поцелуев, чтобы пойти с ним под венец в старинной часовне этого замка. Так же было много вариантов того, в каком платье Гели должна предстать перед Куртом. И Гели бесконечно переодевалась, делала все новые прически и мечтала, мечтала... Мечты были упоительны. И вообще эта дорога в Румынию, когда она - совсем одна, как взрослая, ехала в купе первого класса, смотрела в окно и мечтала - эта дорога запомнилась ей на всю жизнь как один из прекраснейших моментов юности. Правда, в ее юности было не так уж много прекрасных моментов.
Приехала она утром.
Вежливый проводник, все дорогу называвший Гели "юной дамой" - что ей нравилось чрезвычайно - разбудил ее заблаговременно, так что она успела причесаться и переодеться целых два раза: сначала выбрала васильковое платье с белым воротничком, но потом сменила его на белое в мелких голубых цветочках. Проводник помог Гели выгрузить на перрон все ее многочисленные вещи. И помахал ей рукой, когда поезд тронулся...
На маленькой, очень пыльной и очень розовой от рассветного солнца станции Гели никто не ждал!
Станция вообще выглядела заброшенной и пустынной. Крохотное здание вокзала, больше похожее на сарай, было не просто закрыто, но дверь и окно были крест-накрест забиты досками.
