Нет! Еще любовный голод Не раздвинул этих уст. Нежен — оттого что молод, Нежен — оттого что пуст.
Но увы! На этот детский Рот — Шираза лепестки!— Все людское людоедство Точит зверские клыки.
23 августа 1917
Иосиф
Царедворец ушел во дворец. Раб согнулся над коркою черствой. Изломала — от скуки — ларец Молодая жена царедворца.
Голубям раскусила зоба, Исщипала служанку — от скуки, И теперь молодого раба Притянула за смуглые руки.
— Отчего твои очи грустны? В погребах наших — царские вина! — Бедный юноша — я, вижу сны! И служу своему господину.
— Позабавь же свою госпожу! Солнце жжет, господин наш — далёко… — Я тому господину служу, Чье не дремлет огромное око.
Длинный лай дозирающих псов, Дуновение рощи миндальной. Рокот спорящих голосов В царедворческой опочивальне.
— Я сберег господину — казну. — Раб! Казна и жена — не едино. — Ты алмаз у него. Как дерзну — На алмаз своего господина?!
Спор Иосифа! Перед тобой — Что — Иакова единоборство! И глотает — с улыбкою — вой Молодая жена царедворца.
23 августа 1917
«Только в очи мы взглянули — без остатка…»
Только в очи мы взглянули — без остатка, Только голос наш до вопля вознесен — Как на горло нам — железная перчатка Опускается — по имени — закон. Слезы в очи загоняет, воды — В берега, проклятие — в уста. И стремит железная свобода Вольнодумца с нового моста. И на грудь, где наши рокоты и стоны, Опускается железное крыло. Только в обруче огромного закона Мне просторно — мне спокойно — мне светло.
25 августа 1917
«Мое последнее величье…»
Мое последнее величье На дерзком голоде заплат! В сухие руки ростовщичьи Снесен последний мой заклад.
Промотанному — в ночь — наследству У Господа — особый счет. Мой — не сошелся. Не по средствам Мне эта роскошь: ночь и рот.
Простимся ж коротко и просто — Раз руки не умеют красть! — С тобой, нелепейшая роскошь, Роскошная нелепость! — страсть!
1 сентября 1917
«Без Бога, без хлеба, без крова…»
Без Бога, без хлеба, без крова, — Со страстью! со звоном! со славой! — Ведет арестант чернобровый В Сибирь — молодую жену.
Когда-то с полуночных палуб Взирали на Хиос и Смирну, И мрамор столичных кофеен Им руки в перстнях холодил.
Какие о страсти прекрасной Велись разговоры под скрипку! Тонуло лицо чужестранца В египетском тонком дыму.
Под низким рассеянным небом Вперед по сибирскому тракту Ведет господин чужестранный Домой — молодую жену.
3 сентября 1917
«Поздний свет тебя тревожит…»
Поздний свет тебя тревожит? Не заботься, господин! Я — бессонна. Спать не может Кто хорош и кто один.
Нам бессонница не бремя, Отродясь кипим в котле. Так-то лучше. Будет время Телу выспаться в земле.
Ни зевоты, ни ломоты, Сын — уснул, а друг — придет. Друг за матерью присмотрит, Сына — Бог побережет.
Поделю ж, пока пригожа, И пока одной невмочь, — Бабью жизнь свою по-божьи: Сыну — день, а другу — ночь.
4 сентября 1917
«Я помню первый день, младенческое зверство…»
Я помню первый день, младенческое зверство, Истомы и глотка божественную муть, Всю беззаботность рук, всю бессердечность сердца, Что камнем падало — и ястребом — на грудь.
И вот — теперь — дрожа от жалости и жара, Одно: завыть, как волк, одно: к ногам припасть, Потупиться — понять — что сладострастью кара — Жестокая любовь и каторжная страсть.
Книга Том 1. Стихотворения 1906-1920, автор Цветаева Марина Ивановна. Русская версия онлайн книги представлена в открытом доступе для чтения на мобильном телефоне или пк. Бесплатная библиотека Read-book-online.com - полные версии популярных, классических или новых книг в разных категориях онлайн бесплатно можете читать прямо здесь.
