XX век как жизнь. Воспоминания - страница 244
Завершая передачу, я поддержал Афанасьева.
Аргументация. Ленин — одна из величайших фигур уходящего века. Историческая фигура. Но даже на таком фоне мне трудно воспринимать Ленина как фараона, чье тело обречено на искусственное бессмертие. Весь внутренний мир Ленина, насколько мы можем реконструировать и понять его, абсолютно несовместим с превращением тела, трупа в некое подобие мощей, в объект поклонения для одних и праздного любопытства для других. Предать тело Ленина земле — значит восстановить справедливость, естественный ход событий, отнестись к Ленину не как к фараону, а как к человеку.
И вряд ли стоит торопиться. Судьбы живых — вот где дел невпроворот. Ленин может подождать. Пройдет время, улягутся страсти, притупится острота вопроса. И тогда превращение Ленина из фараона в человека будет воспринято обществом гораздо спокойнее, чем сейчас.
* * *
Думаю, что представленная выше нарезка дает общее представление о характере передач и характере проблем, которые затрагивались. Не скажу, что передача пользовалась популярностью. Она имела свою устойчивую, но не широкую аудиторию. Но не выделялась так, как когда-то выделялась «Международная панорама». Меня это огорчало. Но я успокаивал себя тем, что в целом, несмотря на отдельные неудачи, даю добротный, нужный людям материал.
На «TB Центре» менялось начальство, что-то передвигалось, что-то задвигалось. Но меня до поры до времени не трогали. Но пора пришла. Меня вызвал новый вице-президент Сергей Львович Корзун и сообщил, что программа моя закрывается. Все необходимые комплименты были произнесены и даже обозначена возможность сотрудничества.
В «Огоньке» (25.10.99) в рубрике «Слухи» была помещена краткая беседа со мной под названием «Ушли?». Цитирую:
Об увольнении Александра Бовина с «TB Центра» ходят слухи еще более чудовищные, чем об уходе с него Сергея Корзуна. Дескать, в случае с известным обозревателем замешана чистая политика. Какая именно?
— Александр Евгеньевич, это правда, что вас «закрыли» на «ТВ Центре»?
— Закрыли мою авторскую программу «Разговор по существу».
— Почему?
— Тогдашний вице-президент Сергей Львович Корзун, который закрывал, аргументировал низким рейтингом.
— Вас это огорчило?
— И да и нет.
Да, потому что мне казалось, что я делаю полезное дело.
Нет, потому что я изначально и сознательно работал для узкой группы людей, которые не разучились думать. По-моему, это была единственная политическая передача на канале, в которой не говорилось о склоках, интригах, компроматах. Не выдувались мыльные пузыри пустопорожних версий.
И я очень благодарен «TB Центру» за то, что меня и мои безрейтинговые передачи терпели почти два года. И не вмешивались в мою работу.
— Но о чем же вы говорили «по существу»?
— О том, что, на мой взгляд, требовало раздумий. Русский фашизм — миф или реальность? Есть ли будущее у СНГ? Кризис федерализма. Религия и мы. Москва — главная провинция России. Отдавать ли Южные Курилы японцам? Ленин: человек или фараон? Цунами иррационализма (о колдунах и ведьмах). Антисемитизм. Косово — взгляд из Тираны. И в таком же духе.
Не все получалось. Но звонили, писали письма. Значит, кому-то было интересно.
— Вы сдаетесь без боя?
— Я остаюсь самим собой. Для меня телевидение (как и газета) — факт культуры, а не коммерции. «Мы не хотим улучшать человечество», — сформулировал свое credo уважаемый Сергей Львович. Иными словами, годится все, что заставляет включать телевизор, то есть обеспечивает рейтинг, то есть добывает рекламу, деньги.
Разумеется, я понимаю, что телевидение должно зарабатывать деньги. Но это не должно превращаться в самоцель. Все-таки СМИ (информация), а не СМО (оглупление).
Продолжаю наивно надеяться, что мои беседы могут помочь людям лучше понять мир, в котором они живут. А значит, и стать лучше. Только в таком ключе я работал и буду работать.
— Я вас правильно понял: на «TB Центре» вы больше работать не будете?
— Пока не совсем ясно. Есть некая предвыборная идея — политические портреты кандидатов. Примаков, Лужков и далее везде… Вподверстку к программе Славы Флярковского. Для меня это могло бы иметь смысл, если я буду иметь возможность говорить то, что я хочу и как я хочу, а не то, что и как хочет очередное телевизионное начальство. Сделал «на пробу» Примакова. Но, кажется, возникли трудности. Не исключаю, что придется искать другую галерею для портретов.
Я очень хорошо запомнил разговор с Сергеем Львовичем. Это был первый случай в моей жизни, когда меня увольняли по «профнепригодности». Но огорчало другое. Передо мною сидел, несомненно, умный, образованный человек. И он был убежден в том, что «делать людей лучше» — это не задача телевидения. Он был весь современный и полагал, что телевидение не имеет отношения к борьбе добра и зла. Информировать и развлекать — сколько угодно, а «проповедников» не нужно.
Беда в том, что Корзун не одинок.
Игорь Евгеньевич Малашенко, когда он руководил НТВ, не стеснялся говорить о том, что «дурной вкус» на НТВ объясняется «дурным вкусом» народа. Так сказать, спрос рождает предложение. Но воздействовать на этот спрос, попытаться облагородить его — избавьте, не наше, не телевизионное это дело.
Семен Вадимович Новопрудский — яркий «публицист» тех «Известий», из которых я ушел. Материал на первой полосе «Моя борьба» (22.11.00). Вопрос ставится ребром: прав ли тот, кто делает замечание человеку, бросающему окурок где ни попадя? Разумеется, не прав. Сам не бросай, а к другим не приставай. Не поможет. «Буду бороться исключительно за себя и с собой» — так решил Новопрудский.
