Изгнанники. - страница 108

— Ты хочешь жить здесь, Пурпурная Рыбка? — просипел он. — Живи, где хочешь. Что с тобой? Всё было по-честному. С моей стороны! И ты не любила эту изгнанницу. Что случилось?

"Дроиды, дайте забыться!.. Не любила Лауру? А ведь и правда, я недолюбливала её..." Мурену далеко, на самом краю сознания зацепило что-то очень важное в этих его словах. И ушло, не вспомнилось ещё долго.

Чудная музыка разлилась от парадной лестницы, когда Мурена играла на флейте в саду. Словно башня, резонируя огромным колоколом, откликнулась и решила подыграть ей. "Неужели у чудовища начало получаться? Или дроид опустился на струны ступеней? Надо бы взглянуть". Дивная музыка набежала волной, оставив жемчужину утешения в сердце. "Что-то знакомое..." Но Мурена не просто сама играла в этот момент, она была занята очень важным делом: создавала видимость для Монстра, что они просто танцуют, а для танцующих, что они пытаются что-то решить... Соль, грациозная, на шёлковом овальном ковре, раскинутом между трёх цветущих вишен. Двое парней вступили в танец, одновременно притом. Мираж и Буран. Крез пока наблюдал, слушал. Со стороны происходящее выглядело феерически бредово. Буран, сохранивший свою потёртую кожаную куртку коллекционера, с кинжалом на ремне широких брюк, не пустовать же петле для хлыста, и Мираж в белом кимоно до колен. Они ступали на ковёр и, кружась, сближались мимо девушки, чтобы обменяться не фразой даже, а парой слов. Потому что невозможно жить молча, совсем ничего не предпринимая, невыносимо бездействовать и ждать. Они так забавно обсуждали средства против общего врага, опустив первый пункт: а кто применит их, каковы их собственные силы и знания? "За водопадом забвения?.." — мурлыкнул Буран, словно подпевая флейте, обогнул прищелкнувшую пальцами Соль. Он мыслил, если никак нельзя сохранить эту башню отдельно от её создателя, эти защищающие их стены, может, можно поймать его? В подземельях? "Заманить, — хлопнув в ладоши, ответил Мираж коротко. — Но как?" Флейта играла. Мираж обвёл Соль рукой, отгораживая от соперника. Крез кивнул, не вставая, поддержал версию: заманить его туда. Соль вынырнула из-под руки, словно предпочитая другого, два парня оказались нос к носу. "Бегством". Буран: "Попыткой бегства". Флейта поёт. Крайней степенью наивности казались Мурене и их конспирация и их планы. Но понимая, насколько порой необходимо хоть что-то делать и хоть с кем-то поговорить, она играла для них охотно и подолгу. Соль же танцевала просто так — изысканный и абсолютно пустой танец отчаянья.

Гром прервал их, заскрежетали дверные петли, конспираторы замерли все разом. "Тоже мне, заговорщики... — подумал он, остановившись на пороге. — Кто сравняется с Монстром, кто перерастёт, тот его и проглотит. Одиночка..."

— Мурена, — сказал он вслух, — поболтаем?

— Присоединяйся.

— Нет, приватно.

Неохотно Мурена отдала флейту Соль.

— Ну, пошли... О чём?

Гром закрыл за ними железную дверь, и пока шли коридором положил руку на плечо, скорее, взял за шкирку. "Вот ещё, новости..."

— Ни о чём... — пробормотал он быстро. — Не дури. Всё нормально. Насколько оно вообще может быть нормально...

"Хорошенькое начало..."

— Руку убери.

Не убрал. Так они и вышли в главный зал.

На полу, напротив свернувшегося кольцами Змея, сидел Бест, пальцем чертил что-то в рассыпанном перед ними бисере. Спросил: "Видно?" Заглянул в уродливое, сосредоточенное лицо. Взял чудовище за пальцы и стал чертить его когтями... Мурена вскрикнула и повисла в воздухе на сильной руке Грома.

— Он в порядке! Говорю тебе, не дури.

— Бест?!

Бест обернулся, вскочил на ноги и подошёл к ним, радостно, немного смущённо улыбаясь. Обнял Мурену.

— Привет! Как только смог... У меня уже не было причины... Даже повода... Много новых проблем, к сожалению... Они там, но начало их здесь.

— Бест!..

— Я могу выходить и возвращаться! Смотри.

На его груди, блестящий и тёплый висел медальон Индиго, дракон в полёте.

— А Индиго? Где он?

— Я не знаю... Могу только догадываться. Я не взял бы, но так получилось… После.

— Что ты делаешь здесь?! Летал бы там, наверху с новичками, с изгнанниками!

— Сначала я упал... Ну, подрался и упал. Потом я нашёл твою записку...

— Какую?

Он достал камень с перечёркнутым змеем.

— Это была записка для Сократа!

— Не беспокойся, он тоже её нашёл. На земле валялась.

— Ты бродил вокруг пещер?

— Летал. И бродил, конечно, где ещё? Я знал, что найду тебя, что с тобой всё в порядке. Был уверен.

— До этого момента!

— Мурена, всё будет хорошо. Правда.

Змей подполз и завис над ними.

— Уже второй лжец, — просипел он, — приходит по доброй воле ко мне с Чёрным Драконом и с горячей игрушкой дроидов на шее... К чему бы это, Пурпурная Рыбка?

— Я не лжец, — возразил Бест.

— Первым же словом ты солгал. Ты сказал, что изгнанник.

— Я забыл. Я всю жизнь был изгнанником.

— Но значит, ты солгал ещё круче. Ты сказал, чистый хозяин, что тебе — подарили — Собственный Мир!.. Никогда, никогда и нигде подобного не слышал. Отнимали, да. Превращали в рынки. Даже рынок обратно в мир, было единожды. Но дарили?.. Никогда!

— Но это правда, он необычный, был вторым у хозяина, и находился всегда в определённом месте над горизонтом. Теперь уж нет. Я не лжец, Архитектор. Касательно Сократа... Давай исправим, что можно. А после, приглашаю, ты всё увидишь сам.

Змей дёрнулся в сторону, сделал по залу круг, над залом, по стенам, бормоча недоумённо и сипло. Вернулся.

— Любимчик дроидов! Предыдущий с этой штукой на шее был тот ещё лжец! Но ты не сбежишь, я кое-что изменил, знаешь ли!.. И твой дроид не выведет тебя один!