Изгнанники. - страница 21
— А Сокол? — Индиго слушал заворожённо. — Что ему было надо? Что за мир?
— Сокол, — помедлил Бест, склонив голову, — был хороший и смелый друг.
Отдав так долг памяти, Бест продолжил:
— Дурак он был, натуральный, каких мало, к чёрту! Увидел однажды чужой Собственный Мир, очень красивый на входе, как ты тогда. И не смог его снова найти...
— И что? Почему рычал Чёрный Дракон? Почему он исчез?
— Почему, почему... В отличие от тебя, он тогда, на пороге получил приглашение зайти...
— И?
— И не воспользовался им, мозги ещё оставались. И дорогу нарочно не стал запоминать. Но он не забыл! Он стал одержим этим миром, буквально.
— Ну и что? Риск — благородное дело!
— Риск?! Индиго, это был мир хищника. Собственный Мир хищника! Он это знал, и все это знали!
Индиго призадумался… Он-то Сокола понял. Но предпочёл сменить тему:
— А как ты представляешь себе, что дроид 2-1 отдаляется от семейства? Реже заходит к ним, в соседнее Туманное Море дроидов? Неохотно поручения выполняет? Главе грубит?
— Ну не знаю!.. — Бест рассмеялся. — Многое ведь не менее умозрительно и условно. Вот, как ты думаешь, подлетая на драконе к облаку, и наблюдая за ним чужой мир, тут — облака, там камни, каменные здания?
— Это меня не удивляет.
— Тебя просто дроиды интересуют больше. Ты смотришь на них, как на людей. Ты что, Индиго, думаешь, если 2-2, владыка Дом, хотел сохранить свою власть над тем дроидом, так он этого — хотел? Он же сам ответил, что нет, и сказал правду. Он не человек, а центральная точка в саморегулирующейся системе, которая, как и любое из семейств, думаю, стремится к расширению снаружи, внутри — к стабильности. То есть, они все друг другу немного конкуренты. Границы чуть-чуть плавают между их областями всегда.
— Ты знаешь, Бест, он — хотел.
— Ох, Индиго, все приятели у меня какие-то чокнутые. Что ты, что Мурена, только каждый по-своему. Она считает несуществующим существующее. Ты ищешь там, где ничего нету.
«Точно, с приятелями тебе не везёт, Бест…» — подумал Индиго. «Будь мы с тобой дроидами, то не антагонистами ли?» Невесть почему, когда Бест произнёс её имя, Индиго вспомнил рассказ Мурены, сказку давних времён. Один раз Морское Чудовище выпрыгнуло высоко в облака, испустив яркий свет из глаз. Те, что приняли его за лучи из чужих миров, устремились навстречу и были проглочены...
— Мне надо подумать над этой историей, — сказал Индиго. — Я не хочу сейчас туда, как-нибудь потом.
— Ты хотел сказать: как-нибудь один, — поправил его проницательный Бест. — Не понимаю твоего упрямства. Я подтолкнул тебя к какой-то мысли, рассказав про сделку?
— Я хочу пойти один.
— Да в любом случае туда каждый заходит в одиночку! Несколько человек со своими телохранителями будут, пока ты занят, совсем не лишними со стороны Великого Моря.
— Брось, ты же знаешь, только с открытой воды стоит опасаться внезапного нападения. А пока чудовище пройдёт Туманное Море дроидов, а так делают только глупые, то есть слабые, то есть наименее опасные из них, Чёрный Дракон его сто раз отследит.
— Глупых, не глупых, а их может оказаться несколько.
— Бест, ты прав. И я не знаю почему, но я хочу пойти один.
— А я хочу видеть, каким ты выйдешь оттуда! — сорвался Бест. — И в какую сторону, и за каким чёртом, выйдя, ты направишься! И можно ли тебя будет обратно в пещеры пускать...
— Много бывало инцидентов? А за Соколом ты тоже следил?
— Нет. Нужды не было.
— А за мной есть?
— Ну, ведь совсем ничего ты ещё не знаешь!
— Вот и узнаю. Сам.
— Иди к чёрту!
На том и расстались.
Приближалась ночь. Вдали золотые облака сменились на сизые облачные цепи, над головой слились, где в рябую брусчатку, где в разорванную пелену. Но единственный луч ещё проглядывал из чьего-то Собственного Мира, печаля и маня. Провёл по глазам Индиго, по щеке, сквозь молочную белизну его дракона скользнул и скрылся.
Вместо того, чтобы спешно направляться внутрь материка, Индиго снизился и сошёл на землю. Дракон прикрыл огромные голубые глаза и медленно сверху вниз растаял: глаза, морда, грива, туловище, мохнатые лапы... Красивый дракон.
Туман моря дроидов 2-1 стоял высокой стеной, качался, колыхался, захватывая высокую часть суши, помимо отмелей. Пахло свежестью и покоем. С некоторым трепетом Индиго шагнул в него, развязал пояс куртки и, наклонив голову, взглянул в Огненный Круг. Жар ударил ему в голову, в межбровье, побежал по телу, стремительно охватывая его. Достиг ступней. Индиго осознал, что стоит на колючем, высохшем мху перед корявым стволом дерева толщины и высоты невероятной. А крона шумит. Шумит весь лес в вышине. Замерев, Индиго оглядывался. Травы нет на земле, мох островками, ветер гоняет прошлогодние ржавые листья. Веточка отломилась и упала со стуком, на ней два жёлудя, зелёных. И ещё одна на голову: иди, мол, чего стоишь... Индиго потрогал кору дерева, изумляясь, как всё подробно и реально. "Интересно, а если не выходить отсюда?.." Он обошёл древний дуб почтительно, мысленно попрощался с ним, раздвинул ветки кустарника, увидел внизу овражек, спустился и направился, куда глаза глядят между подобных же деревьев и замшелых, потрескавшихся валунов. Шум леса забирал внимание, беспокоил, почти мучил. Вдали он казался голосами неразборчивыми, гневными, голосами великанов. Эти звуки ничем не напоминали мелодичный перезвон в тумане. Широкая тень, заслонив половину неба, пролетела с дерева на дерево, как если бы лес был подводным, а тенью — огромный скат. "Выйди?.." — тихо сказал Индиго, не дождался ответа и пошёл дальше. А тень последовала за ним, и маленький смерч из листьев... он взвивался то здесь, то там. И звук хрустнувшей ветки. Ещё раз, ближе. Путешествие переставало быть забавным. Индиго остановился у большого камня, сел на корточки спиной к нему и решил: " Сосчитаю до десяти и выйду прочь". Только успел подумать, как ветер, шум крон совершенно, полностью стих. Лес молчал, переменилось неуловимое нечто, и теперь весь он принадлежал одному дроиду.
